Желанная для вампира (СИ) - Зимина Юлия - Страница 63

Коридор… Кухня…

– Какого… – выдохнул я, борясь с собственными эмоциями и плохим предчувствием, когда меня потянуло к стене, рядом с кухонным столом.

Секунда и я прошел сквозь нее, оказываясь в странном, темном проходе, который вызвал много вопросов.

Он уводил меня все дальше, а потом и вовсе вывел к ступеням, убегающим вниз…

– Какого черта здесь происходит?! – занервничал я, боясь даже думать о том, что отчетливо маячило на горизонте.

Учащенно дыша, помчался вперед, что было силы. И вот передо мной предстала массивная дверь, обшитая странной тканью, немного поблескивающей в темноте.

Не раздумывая проплыл через нее, улавливая тихий стон боли…

– Да не стони!..

– Дядя? – шокировано выдохнул я, не веря своим глазам, которые показывали мне то, во что я никогда бы не поверил, если бы мне рассказали.

Он склонялся над не двигающейся Айсэль, беспощадно втыкая в нее длинную иглу, от которой шла тонкая трубка, ведущая к сосуду.

– У тебя осталось не так много времени! Ты отдашь мне всю свою кровь, чтобы после твоей смерти я мог наслаждаться ей, а потом отправишься туда, куда должна была уйти девяносто лет назад!

От представшей передо мной картины на глаза опустилась кровавая пелена, и я рванул вперед, пытаясь схватить высшего, который предал меня. Который держал в дураках столько времени, мучая и истязая половину моей души.

Сколько не старался, но не удалось даже проявить своего присутствия, потому что руки проходили сквозь Нэрайя, а он все скалился и продолжал свое грязное дело, наблюдая, как по трубке течет кровь Айсэль, перемещаясь в сосуд.

– Примерно через два часа от тебя останется лишь бездыханное тело, – захохотал он.

Я задыхался от своего горя и бессилия, не имея возможности прекратить этот ужас.

– Племяш всегда верит мне, так что на сутки он обезврежен… – и снова этот мерзкий хохот.

– Я убью тебя! – закричал во все горло, выпуская ярость на свободу. – Убью! Разорву на куски! Как ты мог? КАК ТЫ МОГ?!

Кричал в голос, медленно умирая вместе с Айсель, чья жизнь уже одной ногой переступала за грань. Дыхание любимой было едва заметным, щеки впали, под глазами чернота, губы потресканы, а все тело в укусах, ведь ее регенерация не работала, так как сил у моей ледяной вампирессы уже не осталось…

– Прости меня! – упал перед ней на колени, касаясь полупрозрачной рукой лица Айсэль. – Прости! Темный Арос! – взвыл измученно. – За что?! За что ты так с ней?!

Внезапно меня что-то дернуло назад, и я замер, сам того не понимая, как оказался в своей комнате, а надо мной нависает взволнованный брат.

– Быстро! – вскочил с кровати я, учащенно дыша.

– Что такое, Леарт? – метнулся за мной Кай.

– Собирай всех! У нас есть от силы час, иначе я потеряю ее навсегда!..

76. Спасение или иллюзия?

76. Спасение или иллюзия?

Леарт

Никто не стал задавать лишних вопросов и возмущений со стороны отца тоже не последовало, когда я в двух словах, на ходу, описал то, что произошло, выдавая виновного, ведь не собирался покрывать того, кому ранее безоговорочно доверял.

Нужно было видеть лицо Девира и шок Арьяны, когда я назвал имя дяди, который уже во второй раз собирался отнять жизнь у их дочери. Впрочем, человеческие родители моей любимой недалеко от них ушли. Они видели в дяде приятного мужчину, который ценил и уважал свою семью, готов был прикрывать ее собственной спиной, поэтому в их головах не укладывалось услышанное.

Отец… На того вообще было страшно смотреть. Его глаза сверкали настолько жутко, что даже мне стало не по себе, и это не считая моего состояния.

Оставив Тенису и Архата в доме, мы поспешили к распахнутому окну, отправляясь в путь.

Неслись по воздуху стаей летучих мышей. Темные оборачивались нам вслед, шушукаясь, ведь сразу всем было понятно – случилось что-то из ряда вон выходящее, если столько высших мчатся в одном направлении.

Никто не отставал, наоборот, Девир и мой отец постоянно вырывались вперед, желая добраться до подаренного дома пыток как можно скорее.

Представительницы прекрасного пола наших двух семей летели следом за ними. Они старались храбриться и не думать о плохом, это было заметно, но я, если честно, даже представить не мог, каково им сейчас.

Брат и я рассекали небо самыми последними. Мое сердце больно сжималось, ведь каждая стремительно пролетающая секунда могла забрать у меня половину моей души. Я видел, в каком состоянии была Айсэль. Видел, как тяжело давался ей каждый вдох, как тело моей ледяной вампирессы ослаблено, как сильно она измучена и истощена…

«Держись! Я молю тебя, держись! Еще совсем немного и я заберу тебя из этого ада!»

Когда вдали показался дом, на вид напоминающий уютное семейное гнездо, чего нельзя сказать о том, что творилось у него внутри, мы камнем полетели вниз, принимая человеческий образ.

– Нужен план! – мотнул головой глава совета, хватая Девира за рукав пиджака.

– Какой план?! Я размажу этого ублюдка по стене! – рычал отец Айсэль. – Живого места не оставлю!

– Подожди, – пытался достучаться до него родитель. – Я знаю Нэрайя. Он понимает, что если его раскроют, смерти избежать не получится! В такой ситуации он использует Айсэль, как живой щит, пытаясь сбежать! Нэрай может причинить ей еще больше боли…

– Да она и так уже держится на последнем издыхании! – взревел я.

Со стороны Арьяны послышался судорожный всхлип.

– Что предлагаешь? – тяжело дышал Девир, до побелевших костяшек сжимая пальцы в кулаки.

– Предлагаю поступить так…

Айсэль

«Темный Арос… – вымученно шептала я мысленно, пока высший стоял рядом, с маниакальным блеском в глазах наблюдая, как кровь покидает мое тело, перетекая в какую-то стекляшку. – Дай мне еще времени… Не забирай меня… Леарт придет… Обязательно придет…»

Если бы не безграничная любовь к старшему сыну клана Танэш, то наоборот молила бы о смерти, чтобы наконец обрести покой, избавляясь от чудовищных мучений, но я терпела. Каждую секунду проживая в пытках я верила, что Леарт спасет меня, что обязательно найдет и вступится, жалея.

Боль была уже почти привычной, она стала частью меня. Я смотрела в одну точку, с неимоверными усилиями сглатывая ставшую вязкой слюну. Каждая клеточка тела напоминала оголенный нерв, при соприкосновении с которым испытывала нестерпимые муки. Хотелось кричать в голос, но я не была способна даже на это.

Раны от укусов не заживали, холод уже почти не чувствовался, конечности начали неметь. Я не боялась смерти, нет. Переживала лишь об одном, что больше не смогу увидеть того, кого полюбила всем сердцем и приняла душой.

– Еще немного и можешь быть свободна! – захохотал Нэрай.

Не было сил даже на то, чтобы ненавидеть его. Я просто лежала без движения в темной, подвальной комнате, напоминая бродячую псину, попавшую по неосторожности на опыты в руки одного душевнобольного.

– Ты не думай, – продолжал вещать он довольным тоном, – позже я обязательно предам твое тело земле, все таки во мне есть здравый рассудок и сострадание…

На самом деле хотелось сказать ему многое и не только сказать, но еще и показать, да беда заключалась в том, что мое состояние не позволяло ни того, ни другого.

– Знаешь, а ведь это я привел в дом Асиру, – хохотнул Нэрай. – Я все подстроил таким образом, чтобы ты подумала, будто Леарта с ней до сих пор что-то связывает. Женщины, – его голос наполнился едкостью, – вы всегда превращались в тупых куриц, когда дело доходило до подозрений в измене! Ну и вам же хуже! Сами выбираете не тех! – рыкнул он. – Что ты, что твоя мать! Это из-за нее я столько лет живу в мучениях! Она отвергла меня! Пнула под зад, словно я голодранец с дороги! Но я смог отомстить! Ударить по самому больному, чтобы Арьяна в полной мере почувствовала ту боль, которая не желает покидать меня! Она будет жалеть вновь и вновь, что выбрала другого! Дело почти сделано! Теперь моя душа успокоится, а жизнь наладится. Я наконец буду отомщен, за все те годы страданий и мук, в которых томился, ожидая часа расплаты!