Я не люблю убивать. Часть 2 (СИ) - Волжский Максим - Страница 43

«Ну, начинается! — подумал я. — Информацию ещё не проверили, а уже готовы загнать лошадок?!»

— Дай мне одну ночь, Леофрик, чтобы понять, что происходит в реальности, — спокойно сказал я. — Если слова твоих разведчиков подтвердятся, я помогу тебе собрать войско и сам выступлю на твоей стороне.

Леофрик задумался. С одной стороны — всего одна ночь, которая ничего не решает, поскольку скакать в кромешной темноте в полную силу, не сможет ни один всадник. С другой стороны — охотник, то есть я, даёт слово верности и готов подержать вампиров в сражении с орками. А если в вампирской коалиции присутствует охотник Вершинский и его могучий оруженосец, то такая армия непобедима. И кто вспомнит об охотнике после победы или бегства орд из-за леса? Никто не скажет, что верх взял какой-то охотник из Москвы, а все вознесут не пьедестал только вожака вампиров, — и вся слава достанется исключительно Леофрику.

— В полдень твоё время выйдет, охотник! — не в меру заносчиво произнёс барон замка Пеккар.— В полдень мы начинаем войну, Григориан!

«Ах ты ж клыкастая морда! — рассмеялся я в душе наглости и позёрству Леофрика. — Плюсики решил заработать? Авторитетом за мой счёт задумал разжиться?!»

— Как скажешь, барон, — отвесил я скромный поклон. — Уверен, что мне хватит подаренного тобой времени… И ещё… у меня есть скромная просьба. Прикажи присмотреть за товаром орка Фанари. Там на стоянке хранится всего десяток тюков, семь сундуков, сколько-то лошадей и пара верблюдов.

Первым делом я решил навестить купца Фанари. Этот пройдоха был сведущ во многих делах оркской знати. Он всегда кичился, причисляя себя к элите. Уверял, что его родословная тянется от первых орков, воздвигших горную гряду за диким лесом. Многие народы приписывали себе несуществующие подвиги и великие труды. То они море выкопают в пустыне, то солнце зажгут, то луну на верёвке туда-сюда таскают…

Я с Фанари никогда не спорил. А он и не доказывал. Парень он был не глупый, но только очень любил махнуть за высокий оркский воротник. Многие семьи знали его как разгульного пьяницу, прославившегося своими похождениями. И кстати, я понял почему земли орков наполнились слухами о его победах над зеленокожими дамами. Я давеча заметил размерчик интимного органа, когда Эдуард возвращал мне привычный образ.

Но я не завидовал. Если только совсем чуть-чуть…

Мы летели над тёмным лесом. Каждый взмах крыльев приближал меня и Гарда к скромному жилищу на берегу реки, где купец Фанари дожидался верного часа.

Трижды я использовал заклинание скорости. Хотелось до полудня узнать всю правду о воинственном лагере орков у горной гряды.

Я заметил тусклый костёр.

— Здесь наш парень, — сказал я и камнем полетел вниз.

Мы приземлились точно у тлеющих углей. Фанари валялся рядом. Всюду разбросаны пустые бутылки. Пахло рыбой. Орк ловил карасей или какую-то другую рыбёшку и наслаждался подарком из людского мира. Водочка ему очень нравилась.

Фанари еле продрал глаза.

— Ни хуя себе я нажрался! — первое, что сказал он.

Я понимаю, орк был впечатлён мной, моим ростом, моей статью. Да и Гард производил головокружительное впечатление. Такого огромного зверя орк никогда не видел.

Для простоты общения мы трансформировались. Гард превратился в Игоря Праскурина. Ну а я стал меньше ростом, но всё также красив и сногсшибателен в своём величие.

— Григорий, ты что ли? — присел на толстую задницу Фанари.

— Ага, — только и ответил я.

Орк нащупал в траве бутылку.

— Ты уже всё? — спросил он, изучая пустую тару. — Ты уже не в моём теле? Надоело оно тебе?

Я присел рядом с ним. Тоже пошарил в траве и нашёл полную бутылку водки.

— Это ищешь?

Орк хмыкнул, потом встряхнул хмельной головой.

— А который сегодня день? Мы, вроде, сговорились на попозже…

Фанари всё время причмокивал. Это называется сушняк, а ещё грёбанный отходняк. Я знаю, о чём говорю. Сам бывало, перепью, перепробую крепких напитков — и еле языком ворочаю.

Пришлось поделиться магией. Щепоточку ему в ноздрю запустил по-братски.

— Сейчас отпустит, — с улыбкой сообщил я. — Только водички попей. Дело к тебе имеется.

Фанари жадно втянул воздух, собирая все крупицы магии, а затем чихнул.

— Дело так дело, — поднялся на ноги он. — На то мы с тобой и фартовые купцы, чтобы коммерцией с выгодой заниматься.

Орк направился к речке. Фыркал, пил холодную воду и постоянно ругался — на своём, на оркском.

— Классный чувак, — почему-то похвалил его Игорь.

— Сойдёт, — согласился я.

Напившись воды, орк, не сходя с места, распахнул халат и стал отливать. Слышалось мощное журчание и хриплые охи-вздохи.

— Какие дела привели тебя в эту глушь раньше срока? — поинтересовался Фанари, наблюдая за своей струёй.

— Война… — коротко бросил я.

Орк обернулся, хмуря зелёную рожу. Затем он попрыгал, запахнулся, затянул пояс и присел к воде, чтобы помыть свои могучие руки.

— На войне можно большие деньги заработать, — плевался он, омывая лицо. — Мой дед поднялся на прошлой войне. Это когда на нас вампиры напали… А в этот раз, я разбогатею…

Он вернулся к огню, в который Игорь уже набросал веток, и присел рядом со мной.

— Кто с кем воевать собирается? — спросил он.

— Это я у тебя хотел узнать: кто и с кем? — ответил я.

Фанари недоверчиво посмотрел на меня.

— Я тебя давно знаю, — хитро щурился он. — Ты, Григорий, всегда издалека заходишь. Выставляешь себя простачком, который будто вчера на свет божий родился… Вот ты мне скажи, получилось у тебя проверить мой товар?

— Ты о средстве от кашля, что ли? — подыгрывал я.

— От кашля, от кашля, — кивал орк. — Ты на спор обещал дать вампирам, выкурить пару пластин. Ну что, подымили бессмертные? Сумел их одурачить?

— Плёвое дело. Двое курили, чуть ноги не протянули, — заулыбался я.

Орк понимающе закивал.

— Ну и какой эффект? Что с ними стало? — спросил он. — Лёгкие галлюцинации, прекрасное настроение или сразу параноидный психоз?

— Ничего такого. Только кратковременно отправление и зверский понос.

— Так я и знал! — врезал кулаком о ладонь Фанари. — Этих вампиров ни одна зараза не берёт!

Он снова нахмурился и строго, изучающие посмотрел на меня:

— А не врёшь? Точно проверял?

Понятия не имею зачем орку этот фокус со средством от кашля. Но я спор выиграл, подсунув под видом смесей эти не курительные пластины.

— Слово охотника! — подтвердил я. — И теперь ты мне должен… И к тому же, я весь твой товар продал. Если войны не случиться, придёшь в замок Пеккар за деньгами… Считаю я так себе, но в данном случае не продешевил.

Орк расплылся в улыбке.

— Любишь ты прибедняться, Григорий, — весело тряс мордой орк. — Всюду ты простачка из себя строишь…

— Так, Фанари, ты уже повторяешься, — остановил я его. — Ты лучше расскажи, кто у вас войной на вампиров собрался? И, пожалуйста, не обманывая меня. Я ведь проверю.

Я сразу понял, что этот большой парень многое знает. Не может он не знать. Я о войне говорю, а он и вовсе не удивлён. Разве это не показатель?

— У нас ведь как, если что-то плохое случается: не урожай или горы трясёт — то сразу обвиняют вампиров. Наши матери только и знают, что малышей вампирами пугать. А уж вожди — так те завсегда пальцем за лес тычут. Тычут-тычут и кричат — там наш враг!.. там наши горести зреют!

— А если немного покороче, — направлял я в нужно русло замутнённый разум орка. — Ты скажи, не маги ли сдружились с вашим племенем? Не они ли орков к войне готовят?

— Вот и я говорю! Во всём виноваты маги! Ведь вампиры они нормальные мужики! Я и торгую с ними и дружу… А маги?..

— Откуда тебе о магах известно? — уточнил я.

Фанари лукаво разглядывал меня, поражаясь моей неосведомлённости.

— А оружие кто раздаёт? — зашептал он. — Мечи, сабельки и наконечники стрел?

Теперь я понял, о чём он говорит. Всё дело в том, что рубящее и колющее оружие из мира людей, попадая в безлюдие, становилось смертельно опасным фактором в войне. Мечи пробивали самую добротную защиту. И ни один самый лучший доспех не мог сдержать бросок копья или попадание стрелы. Материалы в мире людей были совершенно другого уровня жёсткости. Механические, физические и химические свойства металлом могли решить исход любой войны, Потому существовало чёткое правило — никогда не пользоваться человеческим булатом или стрелами из мира людей.