Единственный конец злодейки — смерть. Том 4 - Квон Гёыль - Страница 54

В прошлом он был влюблен в Ивонну и, сам того не зная, помогал Лейле, но перед тем, как мир рухнул, решил искупить свои грехи и повернул время вспять. Вернувшись в настоящее и потеряв память, он снова использовал запретное заклинание, узнал обо всем и по своей воле направился в прошлое. Волшебник так поступил, чтобы снова повернуть время, если я потерплю поражение в битве с Ивонной и люди Лейлы захватят мир.

— Тогда я буду повторять это до бесконечности.

В голове крутились эти спокойно произнесенные слова. Я думала разделаться с Ивонной и любой ценой дойти до концовки этой чертовой игры, но теперь узнала, что произойдет в случае моей неудачи. Все усложнилось.

С трудом отбросив тяжелые мысли, я двинулась к выходу. Я торопилась вернуться, сообщить кронпринцу то, что узнала, и придумать план. Я открыла дверь, вышла наружу и пошла по переулку в надежде взять повозку и добраться до герцогского имения.

Ранним утром на улице было крайне тихо. Похоже, повозку придется подождать…

Я оглядела пустынную улицу, где не было никого, кроме нескольких прохожих, и вздохнула. Тут было на редкость спокойно по сравнению с дворцом, который захватили мятежники и зловещие монстры. Сколько же времени я простояла рассеянно, ожидая повозку у поворота в переулок?

Издалека на улицу медленно въехала карета. Я обрадовалась, но по мере приближения повозки разочаровалась: в нее были запряжены несколько лошадей, а сам экипаж был большим и роскошным. Это была не наемная повозка, а одна из тех, в которых ездили аристократы.

Мне нужно вернуться до того, как служанка принесет завтрак. Я погрузилась в раздумья, как бы побыстрее вернуться в герцогское имение. Но тут карета плавно остановилась передо мной. Что?..

От испуга я попятилась и спрятала за спиной зеркальце, чтобы меня не приняли за мага. А увидев человека, вышедшего из роскошного экипажа, так и остолбенела.

— Госпожа.

Это был Иклис, на лбу у которого все еще краснел след от моего удара.

— Ты? Почему ты здесь?.. — инстинктивно спросила я и прикусила язык. Ясно же, что из-за Ивонны, которая уже замучила Винтера.

— Поехали.

Не сводя с меня глаз, он медленно протянул руку.

Я совершенно не собиралась послушно подниматься в карету и оглядела округу, нет ли здесь монстров. К счастью, на дороге не было признаков появления странных монстров. Вместо них выбежали несколько вооруженных человек, чьи лица скрывали маски, и окружили экипаж. Я поняла, что сбежать мне не дадут, и крепко сжала зеркальный жезл.

— Тебе было недостаточно получить в прошлый раз? — спросила я, глядя на Иклиса. Пепельные глаза мгновенно прищурились.

— Ни в коем случае. Мне было очень больно. Рана нагноилась, и я серьезно болел, — пожаловался Иклис.

Рана на лбу действительно выглядела не лучше, чем после моего удара. А я все-таки надеялась, что от этого удара мозги встанут на место.

Внешне Иклис совершенно не изменился с прошлой нашей встречи. Мне стало тревожно, и я произнесла на выдохе:

— И почему ты опять ведешь себя как бешеная псина?

— Потому что я без ума от вас.

От мгновенного ответа я онемела. Отношения, которые были начаты из-за моего неправильного решения, никак не собирались заканчиваться. Поняв по моему виду, что я совершенно не собираюсь садиться в карету, Иклис сказал:

— У меня ваша горничная и дети.

Его тон был бесстрастным, но это, несомненно, была угроза. У меня перехватило дыхание, я резко усмехнулась.

— Это можно считать официальным заявлением, что ты предал меня и служишь Ивонне?

— Я вас не предал, я вас защищаю, — поправил меня мерзавец. — Если бы Ивонна отправила не меня, а монстров или войско, вы были бы уже мертвы.

Хоть мне и было обидно, но он был прав. Ивонна была способна на такое. Но даже если так, Иклису все равно нельзя доверять.

— Я тебе не верю. Ты думаешь, я не знаю, что последователи Лейлы все это время убивали только волшебников? А ты уже однажды предал соотечественников. Как тебе можно доверять?

Иклис резко ответил:

— Это было условием сделки.

— Сделки?

— Если я добуду и верну осколок зеркала, она не тронет вас и тех, кто вам дорог. Вам же будет грустно, если они умрут. Вы же добрая, госпожа…

Лицо Иклиса исказилось, словно он вот-вот заплачет. Мое удивление продлилось недолго: словно в доказательство, что сочувствие мне померещилось, он бесстрастно проговорил:

— Мне безразлично, что вы мне не доверяете. В любом случае мне неважно, умрут они или нет, мне надо только привезти вас.

Сверлящие меня пепельные глаза ярко блеснули. В этом пристальном взгляде просматривалась навязчивая идея во что бы то ни стало забрать и увезти меня.

Некоторое время я колебалась, а не разрушить ли мне все вокруг и не сбежать ли. Но древнюю магию, ослаблявшую физические силы, нельзя было использовать как попало. Глупо растрачивать энергию, прежде чем я по-настоящему схлестнусь с Ивонной.

— Отдайте мне это и садитесь в карету.

Иклис заметил, что во время спора я крепко сжимала зеркальце, и протянул ко мне руку. Действительно, нельзя же похищать человека и оставлять ему оружие!

Деваться было некуда. Я протянула зеркальный жезл Иклису, а он швырнул его человеку в маске, который был поблизости.

Под его пристальным взглядом мне ничего не оставалось, кроме как сесть в карету. Иклис поднялся следом, сел напротив, и экипаж тут же тронулся.

Теперь надежда оставалась на заклинание слежения, которое наложил на меня Жан. Я прикрыла рукавом ладонь, чтобы Иклис ничего не заметил. Я попросила его наложить заклинание вовсе не потому, что предвидела такое…

Я вспомнила молодое лицо волшебника, который так умолял меня вернуться побыстрее, и с жалостью представила, как Каллисто будет орать на него за то, что он оставил меня одну.

Он с ума сойдет, как только узнает, что меня нет! Кронпринц был крайне озабочен моей безопасностью. Когда я представила, как он будет рвать и метать в поисках меня, на душе стало тяжело.

— Скоро в столице начнется серьезная битва, — неожиданно заговорил Иклис. Я перевела взгляд с окна на него. Он пристально на меня смотрел и явно хотел мне что-то сказать, но нервничал.

Внезапно меня охватило странное чувство. В те времена, когда шкала симпатии постоянно светилась над головой Иклиса, если мы ехали куда-то вдвоем в экипаже, то это я изо всех сил старалась разговорить молчаливого раба. А сейчас мы поменялись местами.

— Пока вы в безопасности, заложники не пострадают. — Иклис наконец-то подобрал слова, чтобы заговорить со мной.

— Разве с тобой безопасно?

— Да.

Я спросила из любопытства, но он ответил совершенно серьезно:

— Безопаснее, чем рядом с теми, кто умрет первым.

— Что? Что это значит?

— Я же вам сказал, что убью всех, кто сделал вам больно.

— Ты…

— Когда начнется настоящее сражение, я планирую в первую очередь направить войско Дельмана в герцогское имение.

От его зловещего обещания я замерла. Одновременно с этим я вдруг вспомнила его слова, которые он произнес во дворе для сжигания мусора.

— Я отомщу тем, кто поступил так с вами, госпожа.

Иклис заучил имена, как безумный.

— Я уже расправился с Марком Альбертом и такими же придурками, как он.

Эти слова шокировали меня. Я думала, что он бормотал всякую всячину из-за промытых мозгов, но оказалось, что он решил сделать все это на самом деле.

— Теперь остались главные персонажи — герцог и его сыновья. Я вычищу каждый уголок того дома от крыс… И тогда вы простите меня?

Его лицо исказилось, и он взмолился о любви. Я почувствовала сильное головокружение.

— Ну, ты, в самом деле… — какое-то время мямлила я, не зная, что ответить. Кажется, Иклис действительно решил отомстить за меня.

Конечно, сейчас мне было безразлично, что произошло с второстепенными персонажами. Возможно, я даже хотела бы наказать тех, кто игнорировал меня и насмехался над «фальшивой благородной леди». Однако это ни в коем случае не было связано с такими радикальными способами, как убийство.