Единственный конец злодейки — смерть. Том 4 - Квон Гёыль - Страница 40

К счастью, даже при закрытой двери в комнату проникал слабый лунный свет, и благодаря этому можно было различать предметы. Однако то место, где стояла Ивонна, оставалось во тьме.

Он отдышался и невозмутимо произнес:

— Как вы сюда вошли?

— Дверь была открыта, — ответила Ивонна, пожав плечами. Этого не могло быть. Однако прежде, чем Винтер успел возразить, Ивонна продолжила: — Сейчас не об этом… Может, вернете мне мою вещь, маркиз?

— Я не знаю, о чем вы, мисс. Сегодня уже поздно, возвращайтесь лучше завтра…

— Сколько еще я могу разочаровываться в вас, маркиз?

Внезапно она вышла из тьмы, сделав еще один шаг. Лунный свет озарил ее лицо. Освещенная половина лица была вся в слезах.

— Вы же видели, как тяжело мне жилось в деревне? — жалобно всхлипнула Ивонна. — И зная, что я потерявшаяся дочь герцога Экхарта… Как вы могли так бесчеловечно меня бросить?

Винтер стиснул зубы. Он отдалился от нее и считал это своим проступком. Ради Пенелопы, которой было бы больно, если бы настоящая леди вдруг вернулась, он держал это в секрете, даже зная, что Ивонна была дочерью герцога. Он всеми силами старался отдалиться от нее.

— Когда на меня напал монстр, я действительно чуть не умерла, маркиз. Рана на голове очень долго болела. Но еще больнее мне было оттого, что вы, маркиз, без причины стали отдаляться от меня. Почему вы после того перестали приходить на волонтерские работы? Я ждала вас.

Это случилось сразу после того, как Винтер проводил Пенелопу с Солеиля домой, в его подсознании выросла маленькая, еще не распустившаяся фиолетовая роза. Еще не догадавшись, почему вырос цветок, он лишь наблюдал за Ивонной издалека и не стал с ней больше встречаться.

— Вернувшись в герцогский дом, я сразу узнала вас на церемонии совершеннолетия и так обрадовалась… Как вы могли обвинить меня в том, что я нанесла вред фальшивой леди? Как вы могли так?.. Так жестоко со мной поступить…

Винтер молчал, не способный сказать ни слова, а Ивонна продолжала расспросы. По ее щеке скатилась и упала слеза.

Винтер закрыл глаза. Было время, когда при виде ее полных слез синих глаз он был готов сделать все что угодно. Однако с какого-то момента ему стали дороже синие глаза. И взгляд той, которая словно уже поняла, что никто ей не верит, и без надежды взирала на окружающее.

Вскоре он снова посмотрел на Ивонну.

— Вы были ранены не монстром, а магией, которую использовала леди Пенелопа на Солеиле. — Его голос был совершенно холодным. Полные слез глаза Ивонны сверкнули.

— Что? Что это значит?..

— У большинства людей, пострадавших от нападения монстров, обширные ранения и большая потеря крови. У вас же, в отличие от них, был рассечен лоб, и все, я проверял. Как будто на вас что-то упало.

Ивонну ранил не монстр. От мощной магии, использованной Пенелопой, обрушилась пещера, и ее обломки стали причиной повреждений.

С появлением новой Лейлы Винтер начал изучать действия Ивонны и нашел много странностей. Она пострадала от внезапного нападения монстра не в своей деревне, а в совершенно другой, находившейся довольно далеко. К тому же нападение произошло на следующий день после событий на Солеиле.

Винтер решительно продолжил:

— Я также уже знаю, что вы достали яд при помощи служанки Бекки и вынудили ее участвовать. Ведь души умерших не лгут.

После разговора в саду герцогского имения Берданди потратил массу магических сил, вызвал душу погибшей, и после этого его печали не было предела. Почему он не поверил Пенелопе раньше?

Он хотел немедленно рассказать обо всем герцогу и снять с нее подозрения, однако в итоге ничего не смог сделать: в империи запрещалось вызывать души умерших, но главное — Пенелопа не хотела, чтобы он вмешивался. На ее лице читалось, что если она сейчас же не покинет герцогский дом, то просто задохнется в нем.

— Вам есть еще что сказать? — спросил Винтер спокойным голосом.

— Э-э, я этого не…

Ивонна, чуть не плача, сделала еще один шаг вперед. Показалась вторая половина ее лица, прежде скрытая темнотой. Но если по первой стекали слезы, вторая была до мурашек бесстрастной.

— Вас не обмануть.

На ее невероятном лице, наполовину плачущем, наполовину спокойном, появилась улыбка.

— Давай закончим этот маскарад и перейдем к делу. Верни то, что принадлежит мне.

— Не знаю, что вы ищете, но у меня этого нет, — с трудом сохраняя хладнокровие, сказал Винтер и почувствовал, как по затылку пробежал холодок.

Ивонна тут же ответила:

— Реакция точь-в-точь как у нее.

— Что?..

— Как у Пенелопы. Она точно так же изворачивалась. А почти попавшись мне, торопливо сбежала.

— Я подверглась зомбированию в доме герцога. Но все же с трудом выстояла и сбежала.

Когда Ивонна договорила, в голове пронеслись слова Пенелопы. В глазах снова помутилось. Он тяжело вздохнул.

— Она думала, если тайком вынесет осколок из дома, то я не узнаю? Тогда не надо было попадаться на глаза моему брату. Она вызывает у меня жалость. Я думала, хоть что-то изменилось, но эта девчонка все такая же глупая, как и в прошлой жизни. Но хватит глупостей…

Глаза Ивонны вдруг округлились, и она повторила:

— Отдай мой осколок.

— У меня его нет.

— А как тебе это?

Она беззвучно улыбнулась, сунула руку в карман и что-то вынула. Это был осколок зеркала, мерцавший на свету.

— Что, если я промою тебе мозги с его помощью?

— Это бесполезно, — спокойно ответил Винтер, глядя на осколок. Он уже представлял множество вариантов развития событий и был готов решительно противостоять.

Ивонна склонила голову набок.

— Почему?

— Потому что промывание мозгов, которое ты на мне использовала, давно рассеялось.

— Как ты можешь быть так уверен, маркиз?

— Я больше не чувствую к вам жалости и сочувствия. Остались лишь… Лишь ненависть и отвращение.

Видимо, почувствовав в словах Винтера угрозу, Ивонна нахмурила красивые брови.

— Вот как?..

Однако, на удивление, она кивнула, согласившись с тем, что промывание мозгов было снято, и засунула осколок зеркала обратно в карман. Нахмурив брови, Винтер пристально следил за ней. Тем временем Ивонна приблизилась еще, и между ними осталось не более трех шагов.

— Вы, мерзкие волшебники, сотни лет ошибались в одном.

Когда она снова заговорила, Винтер напрягся. Пока Лейла постепенно сокращала дистанцию, его рука так же постепенно приближалась ко внутреннему карману. К палочке.

— Ты думаешь, я не смогу промывать мозги людям без осколка Зеркала Истины?

Винтер сверкнул глазами. Он в этом не сомневался.

— Значит…

— Это же элементарно. Нет смысла использовать силу через зеркало, созданное магами.

Ивонна улыбнулась. Винтер вмиг невозмутимо спросил:

— О чем вы говорите?

— Так вот, все наоборот. Осколок зеркала сдерживает мои силы. Потому что я с трудом контролирую их и могу случайно разрушить человеческий мозг. Она приблизилась еще на один шаг. Винтер взялся за палочку. Глаза Ивонны, полностью вышедшей на свет, блестели, как у змеи, гипнотизирующей добычу.

— Знаешь, Винтер, я недавно съела жертву, поэтому не уверена, что смогу сдержаться. Будет лучше, если ты скажешь, где осколок, прежде чем твои мозги разрушатся. С этими словами она резко протянула руку к голове маркиза. Нападение было настолько внезапным, что Винтер не успел уклониться. Острые ногти коснулись его кожи…

Пш-ш!

— А-а! — закричала Ивонна и отпрянула. Ее рука обгорела дочерна и дымилась. Ивонна смотрела на Винтера так, будто была готова разорвать его на части.

— Что это за?..

— Я же сказал, что это бесполезно.

Винтер равнодушно посмотрел на пострадавшую Ивонну, поднял руку и коснулся лба. Железное кольцо на его указательном пальце сверкнуло. Хоть Берданди и не мог сам использовать древнюю магию, но у него был мощный древний артефакт, способный защитить его.

— Реликвия древних магов! — догадалась Ивонна. Она тяжело дышала.