КГБ в 1991 году - Сойма Василий - Страница 71

Горбачева обвиняли в лицемерии, лжи, предательстве и обмане народа, в разрушении Отечества, отданного им Западу; в умышленном неисполнении Конституции СССР и других законов, преднамеренном нарушении Ялтинских, Потсдамских, Хельсинкских договоренностей, чем создал условия для пересмотра итогов Второй мировой войны.

Народный трибунал приговорил его к вечному позору и проклятию.

Последние герои

24 августа на Ваганьковском кладбище похоронили трех погибших москвичей — Комаря, Кричевского и Усова. Горбачев подписал указ о присвоении им звания Героя Советского Союза посмертно.

Они стали последними Героями страны. Больше такое звание никому не присваивалось. Правда, Горбачев предлагал присвоить Героя Ельцину за особые заслуги в деле подавления «путча», но Борис Николаевич гордо отказался.

У «Белого дома» прошел траурный митинг в память погибших. Ельцин произнес душещипательную речь, назвал погибших спасителями, а их имена — святыми и, обратившись к их родителям, сказал:

— Простите меня, вашего президента, что я не смог защитить, не смог уберечь ваших сыновей.

Горбачев в своем выступлении назвал их «настоящими гражданами своего Отечества».

— Те, кто пошел на путч, получат по заслугам, прощения не будет, — пообещал он.

Самым молодым из них был 23-летний Дмитрий Комарь Родился в семье кадрового военного, майора. В детстве мечтал связать свою жизнь с армией, как и отец. Срочную военную службу проходил в десантных войсках. «Афганец», награжден медалью «За боевые заслуги».

Работал водителем автопогрузчика на мебельной фабрике «Интерьер» у метро «Полежаевская». Жил с родителями в военном городке в Истринском районе.

Илье Кричевскому было 28 лет. Архитектор. Родился в семье архитектора. Гордился дедом — старым большевиком, членом партии с 1918 года. Служил в армии танкистом-наводчиком. После демобилизации устроился в проектный институт. Писал стихи, рисовал, любил театр. Жениться не успел.

Старшим был 37-летний Владимир Усов. Отец, контр-адмирал в отставке, в прошлом штурман, командир подлодки, потом командир соединения на Тихом океане, перед отставкой служил в Главном штабе ВМФ. Владимир отслужил срочную на флоте, затем работал экономистом в совместном предприятии. Был женат, дочь-девятиклассница осталась без отца.

Такие вот подробности о людях, гибель которых в тоннеле на Садовом кольце, по сути, повлекла прекращение действий ГКЧП.

Нет, это не все подробности. Прошло совсем немного времени, и о них… забыли. В прямом смысле этого слова. Только спустя полгода (!) родителям Комаря, Кричевского и Усова вручили Золотые Звезды Героев уже не существующей страны, которых были удостоены их сыновья — «защитники демократии и конституционного строя», как было сказано в указе и в траурных речах на их похоронах. Вспомнили лишь после того, как в одной из московских газет появилась статья «Кто присвоил Звезды Героев?».

Сегодня практически никто не помнит обещания властей установить памятник на месте гибели тех ребят. Сначала, вроде бы, рьяно взялись за это дело, даже конкурс объявили на лучший проект. И победитель был. Но не нашлось денег на его возведение. Да и разговоры пошли: зря ребята погибли…

Что касается их родителей, то еще в 1993 году они получали за своих погибших сыновей 250 пенсионных рублей. Это была цена пяти буханок хлеба…

В августе 2016 года, в 25-ю годовщину событий 19–21 августа 1991 года, редакция «Комсомольской правды» решила посмотреть, стоит ли стела погибшим за «Белый дом». Корреспондент поехал и с трудом отыскал. У кого бы он ни спрашивал, никто не знал, что это за памятник и где он находится.

Первое, что журналист увидел, это… баррикады. Только не те, а другие, из строительного мусора. Валялись дорожные знаки, столбы, окурки… Ни портретов, ни цветов. Даже в юбилейные дни. И журналист был единственным, кто пришел туда.

И это все о них

24 августа 1991 года газета «Московские новости» опубликовала материал под названием «Экспертиза: состав преступления».

Группа сотрудников Института государства и права АН СССР пришла к заключению, что ГКЧП совершил тягчайшее преступление — предпринял попытку устранить президента СССР. Этот акт, названный учеными подлым, по их мнению, не имел под собой никаких юридических оснований, грубо нарушал Конституцию СССР и все другие действующие законы. Для них, специалистов-правоведов, совершенно ясно, что организаторы переворота должны нести уголовную ответственность.

«Преступления Янаева, Павлова, Бакланова, Пуго, Язова, Крючкова, Стародубцева, Тизякова и иже с ними, — говорилось в экспертизе правоведов, — состоят в следующем:

1. На основании статьи 127/6 Конституции СССР “Президент СССР обладает правом неприкосновенности и может быть смещен только Съездом народных депутатов СССР и законов СССР”. Но никто не обвиняет Горбачева в нарушении Конституции и законов, а если бы даже и обвиняли, то вопрос о виновности может быть решен только приговором суда. Следовательно, решение Янаева и его клики о смещении и фактическом аресте президента без ведома и согласия Съезда народных депутатов СССР — грубейшее нарушение Конституции СССР.

2. На основании статьи 127/4 Конституции СССР вице-президент вправе замещать Президента СССР в случае невозможности осуществления им своих полномочий (например, отъезда, болезни, смерти). Клика выдвинула мотив: Горбачев болен. Но это утверждение ничем не подтверждено. Единственным доказательством болезни может быть заключение авторитетной и независимой комиссии врачей. Наглая ложь, использованная кликой, лишает всякой правовой основы ее действия по отстранению Горбачева от власти. За тягчайший должностной подлог виновные должны нести уголовную ответственность по статье 175 Уголовного кодекса РСФСР.

3. Незаконное вступление Янаева в должность исполняющего обязанности Президента СССР — еще одно преступление. Оно предусмотрено статьей 171 Уголовного кодекса РСФСР, которая так и называется “Превышение власти или служебных полномочий”. В ней сказано, что “совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы прав и полномочий, предоставленных ему законом, если оно причинило существенный вред государственным или общественным интересам, — наказывается лишением свободы на срок до 10 лет”.

4. У преступной хунты не было никаких правовых оснований и для объявления чрезвычайного положения. В законе “О правовом режиме чрезвычайного положения" точно и исчерпывающе перечислены условия, когда такое положение может быть объявлено: а) стихийные бедствия, б) крупные аварии или катастрофы, в) эпидемии, г) эпизоотии, д) массовые беспорядки.

Ни одного из этих условий в момент издания Янаевым указа не было. Следовательно, указ незаконен, и те, кто его исполнял, тоже действовали незаконно со всеми вытекающими из этого последствиями.

В конечном счете, все то, что предпринято хунтой в эти тревожные дни (незаконные указы, распоряжения, призывы и т. д.), образует состав наиболее тяжкого уголовного преступления, которое статья 64 Уголовного кодекса РСФСР именует “Изменой Родине”. Конкретно это формулируется как “заговор с целью захвата власти” и карается лишением свободы сроком до 15 лет или смертной казнью”».

Экспертизу подписали сотрудники Института государства и права АН СССР: 7 докторов юридических наук, профессоров и 5 кандидатов юридических наук.

Но есть и другие мнения. 1994 году в одном из московских издательств вышла книга «Москва. Кремль. Охрана». Автор — М.С. Докучаев, в течение 14 лет служил заместителем начальника 9-го управления КГБ СССР. До этой должности была служба начальником отдела контрразведки в ПГУ. Герой Советского Союза, лауреат Государственной премии СССР.

По словам Докучаева, «путчисты являются национальными героями, и об этом еще скажет свое слово история. Сейчас же можно только посочувствовать им за их непоследовательность и нерешительность в доведении дела до конечной цели».