(не)случайная невеста для проклятого мага (СИ) - Халкиди Марина Григорьевна - Страница 12

Он невольно улыбнулся. В столице уже многие стали закрывать глаза на женщин в мужском седле. За что те должны были благодарить чародеек, которые с легкостью нарушали принятые нормы этикета и обычаи, во многом ограничивающие женщин.

— Суровая у вас матушка.

— Она... не суровая, просто нас у нее пятеро, вот и приходилось всегда крутиться, чтобы правильно нас воспитать. Ведь отец если и мог кого-то наказать, то только братьев, а нас с сестрами всегда баловал, особенно меня.

— Единственная пока встреча с вашими родителями убедила меня, что они искренне любят вас.

— Я знаю. Хоть мама часто и не понимает меня, но я знаю, что она все делает на благо мне... — Вивьен запнулась, разглядывая стойла с лошадьми. — Какой красавец. Как его зовут?

— Буревестник.

— Грозное имя, — Вивьен подошла к вороному коню, провела рукой по его гриве и заглянула в карие умные глаза. — А можно я буду звать его Буря?

— Э… это имя для кобылы, — рассмеялся Лерн, — а он жеребец.

— Ну, — Вивьен задумчиво сморщила нос. — Придумала! — сверкнули ее глаза. — Вестник. И коротко и по делу, ведь ему не обязательно быть предвестником бед и бурь.

Хоть Лерн и сам дал когда-то имя своему скакуну, сейчас, задумавшись, он был готов согласиться с юной герцогиней.

— Пусть будет Вестником.

Слуга протянул кусочки овощей и фруктов.

— Если госпожа желает покормить лошадей.

Вивьен желала. И следующие полчаса она носилась по конюшне как маленькая юла. В дорогом платье, но в домашних тапочках, слуги только эту обувь смогли отыскать для ее маленькой стопы, казалось, ей не место на конюшне. Но она смотрелась там гармонично. Уютно.

Лерн присел на стог сена, хотя после настойки нога болела не так сильно как в последние дни, когда магия и зелья почти не помогали.

Да и ему просто было приятно наблюдать за босоногой герцогиней, ведь в какой-то момент она умудрилась потерять и одну домашнюю туфлю.

Он с трудом заставил себя остаться на месте, чтобы не опуститься на одно колено и не помочь ей обуться.

— Не стоит перекармливать лошадей, — хмыкнул он, когда опустело и второе ведро с фруктами и овощами, а слуга принес из кухни вторую миску с кусками сахара. — Пойдемте в вашу башню. Вид оттуда вам обязательно понравится.

Вивьен хотела уже выдумать новую причину, чтобы осмотреть только первый этаж замка, но внимательно посмотрела на герцога и молча направилась вслед за ним.

На лестнице она подала ему руку, чтобы он мог опереться на нее. Но он только покачал головой и взялся за перила.

— Гордыня — это недостаток, с которым надо бороться, — поучительно и совсем как почтенная матрона заметила она.

— Еще одно изречение вашей настоятельницы или сестры Эбби? — усмехнулся он.

— Это из наставлений небесной супруги, — ахнула она. — Неужели не читали?

Он чуть поморщился. У магов было свое отношение к вере, религии и небесным супругам.

— Нет, не читал.

— А меня мать еще в детстве заставила выучить все наставления, утверждая, что я должна следовать им. А сестра Бета, одна из сестер обители, — пояснила Вивьен, ведь у нее были и родные сестры. — Она сказала, что тот, кто не следует этим наставлениям, попадет в темное царство Бога без имени. И душа того будет страдать и мучиться за все совершенное зло.

— Не любят эти сестры из обители моего брата.

Вивьен остановилась на очередной ступени.

— У вас есть брат? Но вы же сказали, что потеряли всех близких родственников.

— Потерял, — согласился он. — А это выражение такое, в данном случае оно подразумевает, что небесные сестры не любят магов и пророчат им страдания и после смерти.

— Вы ошибаетесь! Ни одна из сестер обители никогда не позволила бы себе порочащие магов высказывания.

— Вивьен, маги если и отдают почести то только двум богам — Ханель и богу без имени. Так что нам, магам, всем дорога в это царство тьмы, в котором, как вы сказали, мы ответим за совершенное зло.

— Но вы не злой, — заметила она.

Он мог много чего сказать в ответ на эту фразу, но промолчал, не решаясь смущать слух и думы юной нимфы своими боевыми подвигами — во имя короля и королевства.

— А вот и вход в башню леди Итель, — преодолев последние ступени лестницы, он поспешно подошел к резной двери.

Он перевел тему разговора, но видимо неудачно, так как взгляд Вивьен продолжал сверлить его. И это был отнюдь не детский взгляд.

Дверь была заперта. И он едва не рассмеялся. Он ведь сам приказал запереть двери большинства комнат в замке, особенно двери, ведущие в высокие башни и подземелья. Но это было месяц назад, и он просто забыл об этой мелочи.

— Только не говорите, что мне придется спуститься за ключом, — вздохнула Вивьен и бросила беглый взгляд на сотни ступеней лестницы.

— Кхм...

— А может я лучше покричу, и кто-нибудь из слуг придет нам на помощь?

— Не стоит напрягать голос, тем более, что для мага не бывает закрытых дверей.

Глаза Вивьен расширились, будто она пыталась увидеть что-то недоступное для нее.

Он улыбнулся, а потом изящно щелкнул пальцами. И дверь сама распахнулась.

Вивьен зачарованно смотрела на двери, наконец-то по-настоящему осознав тот факт, что герцог — маг.

Глава 16. Водный гигант

Глава 16. Водный гигант

— Всегда восхищалась теми, кто обладает магией, — призналась Вивьен, не скрывая восхищения в глазах. — В детстве даже прибегала на побережье, чтобы проверить есть ли у меня магия. Но, увы, у меня ничего не выходило — ни одного заклятия.

— Магия подвластна немногим.

— Сейчас знаю, — согласилась она, — но несколько лет назад думала, что тренировками можно ее проявить.

Комната леди Итель была роскошна. Хотя с каждым новым столетиями она не раз подверглась изменениям, но все же многое в ней оставалось нетронутым, с того дня как ее хозяйка ждала возвращения своего супруга.

— Это она?

Вивьен подошла к портрету — фреске на всю стену. С годами фреска чуть потускнела. Ее давно уже пора было реставрировать, но даже время и мелкие трещины не могли скрыть или исказить красоту, изображенной на ней женщины.

— Красивая, — искренне произнесла Вивьен. Умолчав о том, что она никогда не видела таких красивых женщин — изысканных, с тонкими чертами лица, белоснежной кожей, не тронутой загаром, и взглядом, пронзительным, но при этом с затаенной грустью в синих глазах. Женщина, имеющая право повелевать. И перед которой трепетали мужчины, желая снискать ее благосклонность.

— Да, — чуть брезгливо согласился Лерн, — красивая.

Вивьен вновь внимательно взглянула на него.

— Не находите ее красивой? — удивилась она.

— Отчего же? — улыбнулся он. — Яркая женщина, но ее красота холодная. Такая красота часто становится причиной раздора и бед.

— Но если даже это и так, разве в этом есть ее вина?

— Вы слишком чисты и невинны, Вивьен... но годы исправят и это... Пройдемте лучше на балкон. Уверен, вам понравится вид оттуда.

— Но... как скажите.

Она распахнула створки, которые уже давно не открывали, чтобы выйти утром или вечером на балкон, дабы полюбоваться солнцем и водной гладью. А потом восхищенно вскрикнула. Она и не думала, что башня так высока. Волны моря бились о камни где-то там далеко внизу, но соленные брызги все равно достигали балкона. Она схватилась за балюстраду, а затем посмотрела на восток. Она увидела все. Южный риф, удобную бухту, сотни рыболовецких лодок, яхт и шхун. Видели море совершенно бескрайнее, венчающееся на горизонте с небом. Вскрикнула, когда одна из чаек пролетела совсем рядом с ней, а затем бросилась в воду, вылавливая мелкую рыбу.

— Отсюда, — тихо заметил он, — она и смотрела на корабль с темными парусами. А он управлял волной, подхватившей ее на своем гребне.

Вивьен вздрогнула. Она стояла спиной и не видела лица герцога. Но на мгновение ей показалось, что кто-то другой вышел на балкон и стал позади нее. Слишком молодой голос был у мужчины... и слишком знакомый. Ее рука метнулась к тому самому шнурку, который она носила на шее — своему талисману и напоминанию, что тот день ей не померещился. Как и тот, кто вручил ей свой подарок.