Супергерои: Нола (СИ) - Кондратенко Алексей - Страница 59

— Отличная идея!

— Вот и договорились. А с Петром Быкаровым что? Он же от вас не отстанет?

Клим пожал плечами, прикидывая вслух:

— Без производства горелок он будет не таким борзым. Его мечты по монополизации рынка оружия рухнули. Думаю, его тесные отношения с Легионом тоже пошатнутся. Теперь наемники не видят в нем суперсильного делового партнера. Он больше не обеспечивает их горелками, значит, он перешел в разряд обычных клиентов. В общем, всё, лавочка прикрыта. Летун обещал найти и дожать Быкарова. Нола тоже подключится со временем. Ну и у меня есть кое-какая идейка, как усложнить Быкарову жизнь, чтобы ему было не до нас с Нолой.

— Какая?

— Пока не буду раскрывать карты.

Хитрость Клима заключалась в том, что он успел снять несколько фотографий, пока они находились в Лабораторном комплексе Чулым. Вдобавок у него имелась ценная информация о горелках и деятельности «Быкаров Биотех», и он знал, с кем ею поделиться. Что из этого выйдет, он пока не знал, но ему очень хотелось внести вклад в победу над Быкаровым.

После встречи с Матвеем, Клим сел в машину и позвонил своей давней знакомой из федерального агентства новостей, Анне Бегловой. Ей можно было доверять. Это она год назад раскрыла Климу информацию, где на самом деле правительство ожидает падения астероида. Именно по её наводке прошлой весной Клим подоспел к месту падения корабля Рохнур.

Сейчас он набрал её номер, чтобы отплатить ответной наводкой.

— Привет, Анна, это Клим. Скажи, ты слышала что-нибудь про крупный взрыв на объекте Петра Быкарова на Урале?

Как истинный профессионал, Анна ответила объективно в соответствии с объемом информации, которым располагала по этому поводу:

— Пока не могу ничего сказать, информация проверяется. У нас противоречивые источники. Возможно это фейк, пресс-служба «Быкаров Биотех» всё отрицает.

Она решила, что Климу нужна информация, но всё оказалось наоборот.

— А если я скажу, что у меня есть пара ценных сведений об этих событиях?— с азартом поинтересовался Клим.

После минутного удивления, в трубке раздался радостный голос:

— Выкладывай!

— Только при встрече. Где-нибудь, где нас не подслушают.

Встретились они ближе к вечеру на набережной парка Музеон. С одной стороны шумела река, с другой стороны поток людей, гомон разговоров и отзвуки выступления музыкантов создавали отличный фон, чтобы заглушить их диалог. Майский вечер выдался теплый и ясный, и лишь прохладный ветер изредка дул с Москвы реки.

Анна Беглова была ухоженной молодой женщиной, одетой в легком деловом стиле с элементами ярких игривых аксессуаров. Отвороты на рукавах пиджака, ремень, крупные серьги, шейный платок, цветастая брошь, удобные и дорогущие кроссовки — всё это оживляло строгий серый брючный костюм. При этом в конце весны и начале лета Беглова по обыкновению страдала сильной аллергией, поэтому она периодически чихала, извинялась и вытирала красный нос.

— Спреи и таблетки уже не помогают, врачи говорят, мне нужно сменить климат, но разве ж Москва отпустит! — усмехнулась Беглова.

— Это точно.

— Ну так что у тебя?

Клим рассказал практически всё, что относилось к информации, связанной с Быкаровым и горелками, а также про то, что недавние погромы в Москве, крушение вертолета и налет наемников на ТЦ Андромеда были совершены по заказу непосредственно Быкарова, чтобы поймать Нолу. Также он переслал ей все фото, которые удалось сделать в лабораторном комплексе. Их оказалось не много, и качество порой было смазанным, что и понятно, ситуация там не располагала к продолжительным съемкам.

Беглова признала:

— Материл сочный, но ты знаешь, как всё устроено. Этого недостаточно.

— Иными словами, редакция побоится давать этому ход, — хмыкнул Клим.

— Нужны очевидцы, нужны перекрестные источники информации, нужны подтвержденные вызовы пожарных, полиции, скорой. Заявления официальных лиц. Ничего этого по объекту Быкарова в Чулыме у нас нет. Если взрыв и был, то его замалчивают. Ближайшие населенные пункты там далеко. Местные жители видели какое-то свечение и слышали какой-то шум, но ничего конкретного. Это может быть что угодно. Ждем съемок местных репортеров, может им удастся заснять последствия взрыва. Что до деятельности «Быкаров Биотех» на том объекте, так они всё отрицают.

Клим усмехнулся. Он эту всё тираду знал и понимал, как устроены принципы объективного сбора информации. Больших иллюзий он не питал.

— Я даю лишь направление, — сказал он. — Если хочешь раскопать эту историю, если у тебя есть такие репортеры, которые захотят, то теперь у тебя есть наводка. За горелками стоял Быкаров. В Чулыме происходили незаконные вещи, противоречащие биоэтике и правам человека. Если по-настоящему копнуть, вскроется много грязи. Но доказать, да, будет сложно.

Беглова смотрела на противоположный берег реки, обдумывая его слова.

— Да понимаешь, проблема не только в том, что доказать сложно, проблема в том, что у Быкарова никогда не было проблем с правоохранительными органами, — сказал она. — Пётр Быкаров из другого поколения олигархов, за ним не тянется этот воровской след из 90х. У него репутация покровителя наук, новатора, мецената, человека мирного и интеллектуального. И самое главное, ни одного уголовного дела вокруг его деятельности.

— Так было раньше. Сейчас он оступился. Лабораторный комплекс Чулым, это его слабое место.

Беглова подозрительно прищурилась:

— А почему рванул-то цех в Чулыме? И откуда ты всё знаешь?

Клим не хотел закладывать Летуна, поэтому искреннейшим образом соврал:

— Мой источник пожелал остаться анонимным. Там на производстве горелок произошло ЧП. Ну, сама понимаешь, новые, да еще незаконные технологии оружия... опасное дело.

— Ну да, — недоверчиво согласилась она и помолчала, рассматривая ссадины на его лице. — В любом случае, фотки ценные. Информация тоже важная. Спасибо! Я буду иметь в виду это всё, правда. Но ничего пока не обещаю.

Клим кивнул.

— Попытка не пытка. Ладно, пока, до встречи!

Его план внести вклад в борьбу с Быкаровым не очень-то сработал. В очередной раз провал. А файлы из серверов Легиона утрачены в пожаре. Сильных карт против Быкарова у него не осталось. Похоже, надежда только на Летуна. Или Нолу.

Он развернулся и побрел в сторону парковки.

Беглова пошла за ним:

— Слушай, я хотела спросить... но это не относится к делу... просто личный вопрос... ты что правда взорвал свою квартиру?

Клим нервно вскинулся:

— Блин, да не взрывал я свою квартиру! Ты что тоже смотрела подкаст Мармеладки?

— Ну да, я подписана на нее, как и 3 миллиона человек, это очень перспективная блогерка.

От новомодного и весьма сомнительно суффикса «ка» в феминитиве у Клима аж уши сжались в трубочку. Пожелав хорошего вечера, Клим скорее сбежал от дальнейших расспросов про его личную жизнь с Аней Спэшл и этого черного пиара вокруг их расставания. Три миллиона подписчиков у чертовой Мармеладки. Это ж надо! У Клима зародилось плохое предчувствие, что теперь все будут спрашивать насчет взрыва его квартиры, бил ли он Аню и прочую мерзкую чушь.

Успокоение он находил лишь в мыслях о том, что больше года это не продлится. Потом с планеты Рохнур прилетит Великий жнец, уничтожит человеческую цивилизацию, интернет прекратит свое существование, и черному пиару придет конец. Хоть какой-то плюс в апокалипсисе!

____________________________________

На Boosty доступно уже 36 глав: https://boosty.to/katrina_universe

Глава 27. У нас есть мы

— Это очень смешно! — растянулась в улыбке Нола, когда Клим рассказал ей про видео Мармеладки с Аней Спэшл.

— Это становится уже не смешно, — проворчал Клим, беспокоясь о трех миллионах подписчиков Мармеладки.

Первый вечер, когда Клим остался ночевать в диковинном доме Нолы, они проводили в приглушенном свете гирлянды, растянутой по-над стенами. Рядом на столике дымились кружки ароматного чая с добавлением трав, стояли опустошенные коробки из-под китайской еды, которую Клим купил на обратном пути. Они сидели на диванчике, Нола в своем плюшевом костюме-кигуруми Стича оперлась на Клима спинкой, нежась в его ласковых объятьях. В воздухе висела спокойная уютная атмосфера. И Клим со спокойным сердцем видел, что Нола чувствует себя довольно хорошо.