Князь Берёт Своё (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 44

Бойцы переглянулись. Их капитан сказал слово. — Я уже получил сведения.

— Отлично! Тогда я отвезу господина Велёсова прямо к главе клана. Благодарю вас за преданность делу, — он закивал гвардейцам а потом жестом руки пригласил меня проследовать к авто.

Он мне не нравился, не любил я фальшивых улыбок.

Но опасности от него не было. На всякий случай я сказал: — Имей в виду, если ты замыслил какую-нибудь глупость в мою сторону, то подумай ещё пару раз, прежде чем её провернуть.

Улыбка парня чуть скисла. — Э-э-э, ничего подобного, господин Велёсов! У меня строгое предписание доставить вас в Ростовский кремль. Вот и всё.

Я кивнул, но был начеку каждый момент. Мы сели в машину и быстро двинулись в путь. Автомобилей на нашем пути практически не было. Вдали я увидел преграждения, которыми перекрыли движение.

— Очень непростая ситуация получилась, — со своей улыбкой, которая начала меня раздражать, заявил он. — Сын господина — Алексей, очень своенравный юноша. Любит скорость, красивые машины и не очень уважает правила дорожного движения.

Он натужно рассмеялся. — Молодой парень, что с него взять. Ваш спутник, который особенно пострадал, уже в больнице. Его состояние стабильно, наши целители вмиг поставят его на ноги!

— Этот «спутник» — мой родной брат. В том, чтобы он выздоровел, вы должны быть заинтересованы не меньше меня.

— Разумеется мы заинтересованы, даже не сомневайтесь! Но тут вот ещё одна проблема. Алексей тоже очень пострадал, я прошу вас принять это во внимание, когда вы будете говорить с господином Ростовым. Он уже оповещён обо всём и очень переживает за своего сына.

— Лучше бы он переживал за моего брата. Потому что тому отморозку точно ничего не грозит.

Улыбка Ивана не исчезла, но глаза беспокойно забегали, будто он не знал, как ему реагировать. — Понятно, господин Велёсов!

— Ничего не болит?

— Что, простите?

— Щёки не болят, спрашиваю? Ты так вытуживаешь из себя фальшивую улыбку, что я скоро смотреть на твою физиономию не смогу. Настолько притворно она выглядит.

Улыбка вмиг испарилась, а парень даже не косился глазами в мою сторону. — Простите, это профессиональное.

Мы подъехали к высоким воротам белокаменной крепости. На её стенах были прикреплены пластины из белого мананита, пульсирующие маной. Если присматриваться издали, то над крепостью можно было увидеть и едва заметную плёнку защитного купола.

Вершины башен крепости были непривычной мне формы, похожей на луковицу. Над ними парили сферы из сконцентрированной энергии.

В самой крепости всё было устроено «по уму». Охрана у ворот, на стенах. Каждый защитник сосредоточен и смотрит исключительно в зону своей ответственности. У входа в центральный замок крепости дежурили два огромных каменно-мананитовых голема.

— Мы прибыли, господин Велёсов! — торжественно объявил Иван. Мы вышли. — Прошу, следуйте прямо за мной, чтобы охрана не нервничала. Безопасность в кремле — это самое важное.

— Понимаю, — я кивнул, подмечая, что из организационных решений стоит взять себе на вооружение.

Едва ли у меня получится превратить усадьбу в такую же крепость. Там банально не хватит рабочих рук, чтобы возвести такие же стены. Но вот выучить бойцов похожим образом будет полезно.

Мы зашли в кремль и по запутанным коридорам дошли до массивной двери из красного дерева. Разумеется, она тоже была надёжно защищена магической печатью.

Либо Ростов параноик, либо он готовится к войне. Либо всё вместе.

Иван постучал в дверь, с другой стороны послышалось строгое: «Войдите». Мы зашли внутрь.

Аскетичная роскошь, так я бы охарактеризовал убранство зала.

Огромное пространство, примерно на полсотни метров. Но в нём практически ничего не было: дорогой красный ковёр; рабочий стол из чёрного лакированного дерева; да огромные панорамные окна. У одного из них и стоял боярин Ростов.

— Господин Велёсов прибыл, — с поклоном объявил Иван.

— Оставь нас, Вань, — не поворачиваясь, велел Ростов.

Отвесив второй поклон, парень вышел. Я успел увидеть на его лице облегчение.

— Знаешь, в нашу первую встречу я сразу понял, что иметь с тобой дело будет непросто, — Ростов тяжело вздохнул. — Ты очень своевольный и словно абсолютно лишён инстинкта самосохранения. Это хорошие качества для воина в первых рядах. Но не лучшие для делового человека.

Он посмотрел на меня тяжёлым взглядом.

— Поэтому, когда мне сообщили, что ты пересёкся с моим безмозглым старшим сыном, я ожидал самого худшего. Я думал, кто-нибудь из вас убьёт другого и обрушит все мои планы. И судя по увиденным видеозаписям, я был критически близок к истине.

— Я скажу тебе сразу, Максимиллиан, если мой брат умрёт, то твоему сыну конец, кем бы ты ни был.

Он напрягся.

— Твой брат не умрёт. Даю тебе слово слово аристократа! Но я не могу гарантировать, что он будет жить так же, как и раньше. Повреждён его спинной энергоканал. Его практически невозможно восстановить заново.

— Не понимаю, Олег что, будет в чём-то ограничен? — внутри меня начало закипать.

— Понимаешь, восстановить спинной энергоканал — это не то же самое что отрастить глаз, зубы или руку. На это способны лишь самые могущественные целители. В Российской Империи таковых всего четверо. К сожалению, они не по карману даже мне.

— Конкретнее, что с моим братом?! — повторил я свой вопрос.

— Скорее всего, он будет парализован ниже шеи.

Непроизвольно сжались мои кулаки, а зубы стиснулись до боли. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы взять себ в руки.

— Кто может ему помочь? — выдавил я, смотря в пустоту перед собой.

— Владимир Медведев — личный целитель первого наследника, Адольф Вагнер — младший брат наместника Царства Польского, Светояр Голицын — князь Крымской губернии и Ангелина Ангелова — дочь императора. Сеанс лечения с любым из них стоит от двенадцати миллионов золотых рублей.

Двенадцать миллионов... это примерно как два «Озёрских Мананита» по полной стоимости, со всеми активами и стабильной ценой на мананит. Но продавать шахту — это верный путь в никуда. Без неё мой клан не выстоит, тем более, что вторую для продажи мне нигде не взять.

Либо одиннадцать лет чистой прибыли от компании. Сейчас таких средств у меня нет.

Получается, что мне остаётся только идти на поклон к Ангеловым и отдавать им их бастарда?

Но тогда они всё узнают про мой род и точно заставят нас отказаться от силы Бафомёта, дерьмовый вариант.

— Со своей стороны я могу обещать, что оплачу содержание твоего брата в лучших клиниках Москвы, если вы этого захотите. Ответственность за его состояние лежит на мне, как главе клана Ростовых, — прервал мои мысли Ростов.

— Это не решение, — твёрдо ответил я и посмотрел боярину в глаза.

Он едва заметно, но одобрительно прищурил глаза. — На твоём месте я бы тоже не довольствовался полумерами.

— Дело не в полумерах, а в том, что мой брат превратится в узника своего тела, пока я не найду решение. Где сейчас твой сын?

— Предупрежу тебя сразу: с него ты свою плату уже взял. Как и с моего клана, уронив его репутацию прилюдным унижением Алексея, — повысил голос Ростов. — Ему придётся отсекать кисть и выращивать её целиком, а также восстанавливать двенадцать зубов. Если ты думаешь, что это дёшево — нет, это не так.

— Мне насрать что там дёшево, а что нет! — рявкнул я. — Мой брат оказался в глубочайшей заднице по вине твоего сына-кретина! И плата за это отнюдь не пара сеансов у целителя, а равноценная оплата! Кровь за кровь, либо наказание, соразмерное страданиям моего брата! Либо ты прямо сейчас продаёшь к чертям этот дворец и лечишь Олега!

На лице Ростова играли желваки, но он молчал. Потому что знал: правда моя.

— Мой сын будет наказан, уверяю. Он уже не в первый раз позорит мой род, так что он лишается наследства и отправляется на дальний восток. Будет служить в гарнизоне моего хорошего друга до конца своих дней.