Весна новой эры (СИ) - Семенов Игорь - Страница 21

«Человек, считающий, что допустимый предел дефектов или ошибок в его работе может составлять примерно 5%, едва ли признает, что такое же количество ошибок допустимо в частной жизни. С уверенностью можно сказать: не может случиться так, что в течение пяти дней из ста он будет приходить не на свое рабочее место или, если идет домой, входить не в ту дверь. Наверняка он не сядет в 5% случаев не в свой автобус и не наденет одновременно черный и коричневый ботинки. Несомненно, также, что он будет предъявлять более высокие требования и к покупаемому товару и не захочет, чтобы его ошибки при этом составляли 5%», - так говорил товарищ Дубовиков.

И через полгода производство пошло по новому стандарту! Цех доработке самолетов был закрыт, а главной задачей ОТК теперь стало не выявление брака, а его предотвращение… Широко распространилась работа с личными клеймами, что до того было скорее исключением из правил – ведь теперь сами работники были заинтересованы в качестве произведенной ими продукции. А затем эту же систему стали распространять и на другие заводы СССР, где это только было возможно. В электронике той же, как знал по опыту прошлой жизни Михаил, 100% выход годной продукции невозможен по мало зависящим от исполнителя причинам. Хотя при изготовлении тех же деталей тоже применялась «саратовская система качества»…

Конечно, применение данной системы тоже не означало отсутствие брака – но его количество оказалось чуть ли не на порядок меньше прежнего! И каждый такой случай был чуть ли не чрезвычайным происшествием, который с подробностями разбирался, выяснялись причины такого брака, делались выводы, принимались меры по его недопущению в дальнейшем.

Как ни странно, но нашла это система применение и при освоении производства новой продукции – именно так внедряли в производство истребитель Як-27. И если раньше для такой работы присылали людей из министерства, а изготовленный образец подолгу дорабатывали на заводе, то в этот раз самолет сразу после сборки и испытаний улетел в Москву!

- Почему же тогда с двигателями поначалу проблемы были? – даже удивился Михаил, вспомнив слова Кати об первой партии их моторов.

- Спешка, - поморщившись, ответил знакомый. – Нам прислали когда их конструкторскую с технологической документации – у нас все в шоке! Как по ней работают-то?

- То, что у них нет нашей системы качества?

- Ага, - согласился конструктор. – Там-то по-старинке работают… Работали, если точнее. У нас в итоге тут целая работа была проведена по доработке той документации и подготовке производства, но двигатели-то нужны не через пару-тройку месяцев, а сейчас! Пришлось чуть ли не на коленке делать первые моторы, даже часть оснастки дорабатывали… За то потом-то как пошло оно! Тут уже наших в Москву стали отправлять, для обмена опытом…

И вот сейчас фактически также готовили производство зерносушильных установок… А уж пневмотранспортеры и вовсе были уже сделаны и даже испытаны в середине лета. Оставался лишь вопрос – кто их делать будет? Мощности авиазавода и так загружены по полной… Хотя какой он теперь авиазавод-то? Моторный завод как есть! И остальные производства города загружены! Разве что те, где электронику делают… Но там делать те же зерносушилки не будешь! А цеха Сарсельмаша еще только строят, а уж об их оснащении всем необходимым пока и речи нет. Только к осени! Так что, вероятнее всего, будут передавать производство заводам других городов… Куда-нибудь в Сталинград, Ростов, Воронеж, Краснодар, а то и в Москву… Хотя последнее вряд ли – все же основные потребители сельхозтехники на юге.

Сейчас же делают детали под опытные образцы продукции, потом будут их испытывать… Ну а конструктора по оснастке уже разрабатывают нужные приспособления, штампы, пресс-формы, специальный измерительный и металлорежущий инструмент, технологи заканчивают свою работу по подготовке производства… В общем, идет привычная работа завода. К которой Михаил еще в свое время привык, пусть даже занимался несколько иной деятельностью.

А вообще ситуация получалась достаточно забавной… Официально все они уже считались сотрудниками Сарсельмаша… Даже на пропусках это было написано! Вот только по факту самого того завода еще не существовало! И даже сами их заказы по-прежнему выполнял авиазавод – точнее, по большей части, его вспомогательные производства, не задействованные в производстве двигателей. Здесь же, в заводской столовой, они и обедали, в конторе авиазаводе получали карточки и зарплату – точнее, ту ее часть, что осталась после вычета цены выдаваемого по карточкам и коммунальных платежей. Ну да, деньги нынче применяются лишь чтобы или что-то «дополнительное», вроде гидролизной водки, прикупить, или купить что-то у других людей. Для всего остального – продуктов, промтоваров, одежды – есть карточки. Причем, выдавали прямо по месту работы – чтобы зимой не померзли в очередях в магазины. Ну а то же топливо для печей, уголь, дрова, торфяные брикеты, развозили централизованно, не требуя за то денег. Все уже оплачено!

Кстати, недавно как раз выдача зимней одежды была. Хоть и еще август, но все же… Раздали шубы из собачьего меха – то, что нынче было доступно. Хлопка-то на фуфайки нету, шерсти тоже мало совсем, даже с учетом Иранской ССР. На одежду идет то, что можно вырастить или добыть в северных районах. Конопля, лен, крапива, которых тоже не так-то и много было собрано в прошлый год. Меха всех видов – от овец и коз с порезанной скотины до лис, волков, медведей, зайцев и вон тех же собак… Да, сколько же «Бобиков» отправили на мыло да шубы! А самой собачатиной вовсю кормили больных туберкулезом…

А вот завод, где им предстоит дальше работать… Видел его Михаил – ездил ради интереса в те места. Как раз к югу от Комсомольского поселка за речушкой Назаровкой, где в его реальности были дачи, около деревни Березина Речка возводили железобетонные корпуса будущего большого завода, где предстояло выпускать целый спектр различной сельскохозяйственной техники. Под это дело уж даже станцию неподалеку открыли и подъездные пути посьтроили,техники понагнали просто море, даже еще одну теплоэлектростанцию строить надо. А еще – целый массив «эвакауционок» для тех, кто приедет сюда из Сибири… Так что в этой реальности ТЭЦ-5 будет на юге города… А вот в «Северном» районе шло строительство уже ТЭЦ-6 – в той реальности у них в области и вовсе не было электростанции с таким номером.… Оборудование для обоих из них, как слышал Михаил, демонтировали то ли в тех местах, откуда отселяли людей, то ли и вовсе где-то в Европе, в тех странах, что не пережили Долгую зиму. А на будущее на севере планировалось и вовсе построить атомную ТЭЦ на основе какой-то «базовой модульной конструкции» мощностью в полторы сотни мегаватт тепловой мощности…

Что любопытно, их город вырос по численности населения на треть только в плане постоянного населения. А еще на зиму сюда дополнительно эвакуировали большую часть жителей удаленных сел, где оставляли лишь небольшой своеобразный «гарнизон» с запасами продовольствия, чьей единственной задачей было чистить от снега крыши домов. Обычно это было, в зависимости от численности села, десяток-другой семей без маленьких детей. Впрочем, и без взрослых тоже – им учиться надо, а потому оставляли их с кем-нибудь из родственников в городе. Жили эти люди практически «по-средневековому», зимой в тех деревнях не было даже электричества, практически каждый день выходили на работу по очистке крыш, но за их работу им были положены определенные льготы, а потому недостатка желающих не было… Хотя кого-то, похоже, такая жизнь просто устраивала. Да, после снегопадов работы полно… За то когда их нет – порой можно по целой неделе-другой ничего не делать! А вот в городе-то работа всегда найдется… Хоть даже в тех же теплицах. Как и в крупных селах, где были всевозможные зернохранилища, овощехранилища, те же теплицы, МТС, где держали племенной скот для последующего разведения… Но сейчас-то было еще лето.

- Скоро нас снова в поля отправят? – вдруг, вспомнив прошлый год, спросил Михаил.