"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Липарк Михаил - Страница 150

— Вы — украшение нашего маленького сборища, — рассмеялся император, присутствующие нестройно подхватили. — Что вы исполните нам? Кусочек арии Жинель? Или тот отрывок из трагедии несравненного Оливьера Лариша, что сделал вас знаменитой? Я слышал, ваша игра покорила самого автора!

— Мне очень лестно, что вы знакомы с моим творчеством, ваше величество. Право, я недостойна такого внимания со стороны столь великой личности, как вы.

— Ах, какая скромность! — император вновь рассмеялся, я — скрипнул зубами. Понимать намеки сиятельный болван, или кто там скрывается под его личиной, категорически не желал. Владыка жаждал развлечения, к сожалению, за счет актрисы.

— Ждем и просим! — Фердинанд захлопал в ладоши. Свита с готовностью подхватила. Я с беспокойством посмотрел на златовласку, решая, как отвлечь от нее внимание. И удивился, услышав голос Одри.

— Я покажу вам кусочек новой постановки, ваше величество. — Демоны, что она затеяла? Я затаил дыхание, глядя на девушку. Она выглядела спокойной, но в отношении иллюзиона ничего нельзя сказать наверняка.

— Ах, прекрасно! И что же это за спектакль?

— Комедия, ваше высочество, — отозвалась Одри. — В ней рассказывается об одной благочестивой и скромной девушке Марии, полюбившей недостойного повесу Лирса.

— Хм, звучит довольно трагично, госпожа Лоель. Вы уверены, что это комедия?

— Безусловно, — весело отозвалась Одри. Ее веер распахнулся, качнулись перья на шляпке. А лицо озарила очаровательная улыбка. Как и все мужчины в зале, я застыл, наблюдая за кокеткой. — На самом деле это очень смешная история, ваше величество. Просто до слез. Уверена, что зрители будут хохотать, наблюдая ее! Но если позволите, я попрошу моего брата Рита ассистировать мне. В этой пьесе есть очень веселый момент, пожалуй, я покажу вам его.

— Конечно, — император величественно махнул рукой.

Одри прошлась по маленькой импровизированной сцене, постукивая веером по ладони.

— Как вы понимаете, уважаемые дамы и господа, я не могу разглашать всей интриги этой постановки, она лишь только планируется в новом сезоне. И потому покажу маленький кусочек, надеюсь, вы поймете меня. Итак, прекрасная юная Мария в один ужасный день узнала о неверности Лирса. Пока она ждала его с замиранием сердца у окна, чистила фамильное серебро и готовила ужин, чтобы порадовать своего суженого, негодяй Лире развлекался с продажными женщинами, совершено забыв о Марии.

Император склонил голову, внимая, публика затаила дыхание. Я слегка ошарашенно уставился на Одри. Она развернулась ко мне, театрально прижала ладонь к груди, сделала глубокий вдох. Над залом повисла тишина.

Златовласка выдохнула.

— Наглый врун, подлец и негодяй! — завопила Одри так, что я подпрыгнул, а у присутствующих слаженно отвалились челюсти. — Я ненавижу тебя! Ты не стоишь и капли моего внимания, ты бессовестный лицемер и недостойный эгоист! Я проклинаю день, когда мы встретились, это был самый ужасный день в моей жизни! Как жаль, что в нашей прекрасной империи не осуждают на казнь за подлое присвоение женского сердца! Ты недостоин слез, и я не буду плакать о тебе… Лире!

И, схватив бокал из рук баронета, выплеснула вино мне в лицо. А потом развернулась и поклонилась шокированной публике.

— Дальше следует сцена, где прекрасная отомщенная Мария уходит под руку с новым возлюбленным, а брошенный ею Лире умирает от тоски и горя! — звонко сказала эта гадина. Я стер с лица вино.

— Разве? — прошипел я. — Зато во втором акте, Лире чудесным образом оживает, находит свою неблагодарную возлюбленную и сворачивает ей шею!

— Ты забываешь, Рит, — нежно пропела Одри. — Мы решили, что второго акта не будет!

— В отличие от некоторых, у меня прекрасная память, дорогая Лоель! И второй акт еще как будет! — рявкнул я.

В наступившей мертвой тишине невыносимо громко сглотнул баронет Гульвик. Кажется, бедняга был готов лишиться чувств, и от позорного падения его удерживали лишь подпирающие с двух сторон пышнотелые дамы. Я прикусил язык. Бездна проклятая и Одри с ней! Кажется, мы слегка увлеклись!

Император и придворные выглядели, мягко говоря, шокированными. Очень мягко говоря. И я уже решил, что пора делать ноги, как на помосте раздался смех и хлопки.

— Браво! — хрипло сказал Люмис. — Великолепно! Я видел игру госпожи Лоель в театре, но, похоже, сегодня она превзошла саму себя! Это было очень… реалистично, не так ли господа?! Удивительное правдоподобие! Несомненный талант!

Император хмыкнул, но тоже захлопал, а следом подхватил и весь зал. Хлопок, второй, и вот уже дворец взрывается овациями!

— Браво!

— Талант!

— Какая изумительная постановка, надо будет обязательно посетить ее!

— Какая прекрасная сцена! Это вышло из-под пера Лариша? Он гений! Такой накал чувств!

— Блистательная Лоель!

Одри улыбалась, присев в реверансе.

— Убью, — прошипел я мерзавке, изображая поклон и продолжая изображать радушие. — Жестоко!

— Размечтался! — фыркнула златовласка.

— Музыку! — взмахнул рукой император.

Под звуки заигравших скрипок я схватил Одри за руку и потащил к колоннам.

— Вы куда? — пискнул Гульвик.

— Великой актрисе надо освежиться! — рыкнул я. — Не так ли?

— Я… м-м, да. Надо.

— Я жду вашего возвращения, дорогая! — расстроенно крикнул баронет. — Вы обещали мне танец!

— Лекс, ты мне руку сломаешь! — пискнула Одри, когда я наконец остановился.

— Ты что это там устроила? — я развернулся к ней.

— Спасала наши шкуры! — она демонстративно потерла запястье. — Что еще я должна была делать? Может, орать, что я не Лоель и не умею играть на сцене? Или грохнуться в обморок от ужаса?

Только сейчас я заметил красные пятна на ее щеках и лихорадочно блестящие серые глаза. Цвет волос тоже посветлел, в черных прядях появились золотые. И до меня дошло, чего ей стоил весь этот спектакль. Проклятие, если Одри утратит контроль над иллюзией, нам обоим не поздоровится!

Я рывком прижал девушку к себе, провел ладонью по ее спине, успокаивая. В темном алькове за колоннами не было гостей, сейчас все веселились в зале.

— Тише, — снова провел ладонью, вслушиваясь в ее дыхание.

Она сделала глубокий вдох и вздрогнула, я мрачно подумал об ускользающем времени, которое идет, пока Одри тут предается панике. Конечно, мне приятно стоять в полумраке алькова, слушать музыку и трогать мягкие места златовласки, вот только предпочел бы для этого свой дом. Там и безопасно, и можно не только… трогать. Но пока Одри вздрагивает, переживая внимание сиятельных особ, толку от нее никакого. А от ее иллюзии слишком многое зависит. Так что надо срочно менять ее настроение! Пусть лучше думает обо мне, эти мысли хоть и злят ее, но не пугают до колик!

— Успокойся, Одри. Ну же, все хорошо… Ты отлично справилась.

— Врун.

— Правда. На этот раз. Сюжет пьесы оставляет желать лучшего, но исполнение блестящее, — ухмыльнулся я. — Детка, мне кажется, или ты вне себя от ревности?

— Я вне себя от ярости! — прошипела она.

— Да? — прижал ее к стене, с удовольствием ощущая женское тело. — Почему? Разозлилась, что я ушел ночью?

— Мне плевать, где ты проводишь свои ночи, — прошипела она. — Я тебя вообще… не помню!

— А злишься так, словно в твоей головке сохранилось кое-что обо мне, — промурчал я.

— Ни одного воспоминания! — рявкнула Одри.

— Тогда нам стоит запастись новыми, разве не так?

— Не после того, как ты вернулся от фиалок! И знаешь что, Лекс? Завтра же я уеду. Хватит с меня! Я осталась лишь потому, что обещала помочь с поисками.

Уедет? Вот уж не думаю. Я прижал недотрогу к стене и поцеловал, решив применить испробованный способ успокоения.

Она ахнула и открыла губы, впуская мой язык. Я погладил кончиком, слегка теряя голову от близости девушки. Вот так — с закрытыми глазами, на ощупь, я снова чувствовал златовласку. И все сильнее увлекался, забыв, где мы. Неудовлетворенное желание вспыхнуло внутри, стоило лишь прикоснуться к губам девушки. Мне даже не нужно было времени, похоже, теперь мое возбуждение начиналось с ощущения влажного язычка и сразу взлетало выше императорского дирижабля.