Император поневоле (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 63

Мы с Маахесом обеспокоенно переглянулись. Я был человеком, он вообще не понять кем, так что вряд ли мы могли остановить полноценную и очень злую богиню, если та и правда решит нас прикончить.

— Ну любимая, — тут же стал мириться я, — сама знаешь, что именно ты перенесла моё сознание в это тело, так что я не знаю вообще ничего про него.

Бастет задумалась и стала знакомым жестом стукать когтями по своим зубам, вызывая звук, который пугал не только меня. Даже Маахес опасливо посмотрел на мать.

— Засунуть бы тебя в один аппаратик, да просканировать, — задумчиво произнесла она, но тут же поправилась, — только кто мне даст это сделать…

— Но ведь теперь, ты сможешь вернуться домой? — осторожно поинтересовался я.

— Да, мне в любом случае нужно будет его представить Владыке и Повелителю, — она хмуро показала на Маахеса, — всё же новый бог родился, несмотря ни на что.

— А он бог? — решил уточнить я.

— Вот его-то я точно засуну в сканер, — мстительно пообещала она, глядя на побледневшую львиную морду сына, — на это запретов нет. Заодно и узнаю, чьи это крылья у него появились от тебя.

— У вас есть база всех богов? — заинтересовался я.

— И демонов, — она пожала плечами, — но крылья вряд ли от демона, они одинарные, явно орлиные, если бы были от демона, то их было бы две или три пары. Так что нет, скорее всего кто-то из богов первого поколения.

— Тогда что мы делаем дальше? — спросил её я.

— Мы отправляемся домой, а ты туда, где был, — Бастет пожала плечами, — меня зови только тогда, когда ты найдёшь любую информацию по Таблицам судеб.

Передо мной задрожало пространство и я понял, что она выпроваживает меня от них. Просить или унижаться перед ней было выше моего достоинства, так что я ковыляя, вошёл обратно в свою комнату, откуда мы ушли. Сразу попав на глаза ошеломлённому примипилу, который открыв глаза смотрел, как я из ниоткуда появляюсь в комнате.

— Горячую ванну, вина, гранатов и еды, — прохрипел я, падая без сил в кровать, — ну ты уже и сам знаешь, не впервой.

Он лишь подтверждающее кивнул и бросился за дверь, где началась суета. Никто ничего не понимал, но приказы выполнялись очень быстро, так что уже вскоре я отмокал в горячей ванне, а слуги и рабы таскали и таскали горячую воду бесконечно, чтобы поддерживать в ванне нужную температуру. Я же, лежал и думал над тем, что недавно произошло.

— «Не дают мне покоя эти его крылья, — размышлял я, — особенно учитывая тот факт, что я могу накапливать в себе, пусть и в ослабленном виде энергию, как это могут делать только инопланетяне. Такое впечатление, что в рядах фараонов или просто высших семей Египта, затесался кто-то из инопланетян, раз эта наследственность передавалась столько веков. По-хорошему надо написать Рехмиру, пусть попросит Хауи почитать архивы храмов».

Решив это, я переключился на мысли о Маахесе, ведь теперь получалось у меня один из сыновей был полубогом.

— «Надо будет Бастет при встрече расспросить, как его приняли там, — подумал я, — сам парень явно меня недолюбливает».

Определив своё дальнейшее поведение с новой семьёй, я расслабился и погрузился в лёгкую дрёму, я знал, как быстрее всего восстановить свои силы.

Если я думал остальное время спокойно отдохнуть, то зря надеялся. Буквально через два дня, во время которых я едва успел восстановиться, в комнату ко мне из ниоткуда запрыгнула Бастет с горящим взором, перепугав всех своим внезапным появлением. Не обращая внимание на людей, она прыгнула ко мне на колени и посмотрела прямо в глаза.

— «В тебе ДНК Анзуда, Андрей! — с ходу заявила она возбуждённым голосом, — я едва просканировала Маахеса, как тут же помчалась к тебе, пока об этом не узнали остальные».

Самое удивительное, что её слова не стали для меня открытием, за эти дни я навёл справки о шумерских богах и крылья одного из них оказались для меня подозрительно знакомыми. Так что я потянулся, достал фаянсовую фигурку Анзуда, которую мне принесли из царских запасников и показал её ей.

— Ничего тебе не напоминает? — поинтересовался я у Бастет.

— «Тогда становится понятным, откуда в тебе возможность накапливать энергию, — возбудилась богиня, — и почему я забеременела! Ты потомок одного из первых переселенцев Ковчега! Вот уж неожиданность, так неожиданность».

— Ты помниться говорила, что наши виды не скрещиваются, — напомнил я ей, — так что если у Анзуда была супруга-человек, то кто был тогда первой женщиной, кому это удалось?

Бастет глубоко задумалась.

— «Ты прав, должна быть нулевая особь, — она покивала головой, но затем встряхнулась, — но мы теперь знаем хотя бы о том, что наши поиски можно продолжать в Египте, а не здесь. В Шумере, Аккаде и Вавилонии, как ты помнишь всё и так перевернули вверх дном поисковые партии».

— Сегодня же пошлю сокола, чтобы жрецы поискали информацию о них в архивах всех храмов, — согласился я, — эта та ниточка, про которую никто не знал.

— «Согласна! — покивала головой кошка, — тогда я обратно, держи меня в курсе происходящего».

— А как? — удивился я, — найти твою каменную статую?

— «Ты мой Первожрец, — фыркнула она, — просто подумай обо мне».

— Погоди, расскажи хоть, как тебя приняли обратно, — попытался я её остановить.

Мордочка кошки стала похожа на выжатый лимон, но затем она стала довольной.

— «Это пока они не знают, чей ты потомок, — мстительно заметила она, — Анзуд был демоном не последней величины, так что то, что Маахес его поток, пусть и зачатый несколько нетривиальным способом, полностью меняет всю картину».

— Меня в расчёт вообще не берут что-ли, — возмутился я.

Бастет скептически посмотрела на меня.

— «Не задавай вопросы, на которые ты знаешь ответы смертный, — указала она мне на место в их божественной иерархии, — радуйся вообще, что тебя не прибил Осирис, за надругательство над нашей расой или это мог сделать Ра. Оба были мягко говоря недовольны моей беременностью».

— Но ты жива и тебе даже ничего не оторвали, — показал я на целое тело кошки.

— «Крылья! — она широко улыбнулась, — когда я им представила сына, их смутили крылья Маахеса и они приказали мне срочно сделать его сканирование, так что как только я вернусь обратно, мне придётся им показать результаты. Представляю себе их лица».

Бастет мысленно захихикала, было видно, что после получения информации о том, что Маахес не сын простого человека, а потомок одного из первых переселенцев её расы, настроение и в целом состояние богини значительно улучшилось, я давно не видел Бастет на подобном подъёме, так что не стал больше ничего говорить. Мне было откровенно обидно, что я такой крутой и замечательный царь, столько сделавших не только для Египта, но и для самих богов, для них так и остался лишь мальчиком на побегушках. Моё имя даже не упоминалось в отцовстве Маахеса, а только лишь одного Анзуда.

Тяжело вздохнув и проглотив обиду, я обратился к Бастет уже спокойно.

— Что же, спасибо тогда за информацию, беги докладывай своим боссам.

— «Всё пока, держи меня в курсе расследования», — радостно подпрыгнула она у меня с колен и прыгнув, пропала с глаз.

Глаза десятка слуг, рабов, да и моей собственной охраны сделались круглыми, оттого, что кошка то появилась, то снова пропала. Я не стал это никак комментировать, а громко свистнул и в комнату почти сразу влетел сокол.

— Танини, пенал и папирус для записки, — приказал я, но парень уже сам нёс требуемое.

Я быстро накидал указание верховному визирю, привязал пенал с запиской к ноге сокола и тот попрыгав на столе, спрыгнул с него с шипящим звуком, затем раскрыл крылья и вылетел в окно. В комнате после этого замерли все, особенно чужие слуги и рабы. Если мои были к этому хоть сколько привыкшие, то для людей из Вавилонии всё происходящее было сродни чуду. Это легко читалось по их вытаращенным глазам и открытым ртам. Но поделать ничего я с этим ничего не мог, ситуация была не та, в которой можно было не торопиться и всё делать тайно. Та же Бастет, обычно соблюдающая правила маскировки, сегодня появилась и пропала на виду всех, наплевав на все правила. Возможность нахождения Таблицы судеб видимо здорово на неё повлияла, кроме того факта, что её сын рождён не от простого смертного, как она боялась всё время беременности и что её сильно угнетало, а от представителя своей же расы сильно изменило её состояние. Это было видно невооружённым взглядом даже мне.