Лунный луч (ЛП) - Вудс Эдриенн - Страница 23

Я покачал головой.

— Тебе это не понравится, но обещаю тебе, завтра он уничтожит все, что ты любишь.

— Скажи мне, кто, — проворчал он.

Слова, которые сокрушили бы моего отца, застряли у меня в горле.

— Ты знаешь кто, — сказал Блейк. — Ты сам это сказал. Он может говорить по-вивернски.

Глаза моего отца расширились.

— Нет! Он бы никогда этого не сделал. Он мне как брат. — Все его поведение изменилось.

— Ладно, успокойся. Мы всего лишь посланники. Мы не можем контролировать то, что видим. Мы подумали, что лучше всего рассказать тебе, — сказал Блейк. — Что ты будешь с этим делать, зависит от тебя. Мы уйдем прямо сейчас.

«Вставай, Елена».

— Пожалуйста, — умоляла я. — Позволь нам рассказать тебе, как…

«Елена», снова раздался резкий голос Блейка.

— Оставьте меня. — Тон моего отца был суровым.

Я кивнула.

Мы с Блейком встали и пошли в нашу комнату.

«Я действительно думал, что он у нас, Елена. Что случилось?»

«Я не знаю. Мы были осторожны.»

«Недостаточно. Трех дней было недостаточно, чтобы завоевать его доверие. Не говоря уже о том, чтобы делать это в два приема.»

«Этого было недостаточно.»

«Мы посеяли семя. Что он с этим сделает, зависит только от него.»

Мне это не понравилось. Мы даже не сказали ему, как это сделать, ничего. Он просто не дал нам шанса.

Мы нашли комнату. Схватили наш рюкзак и упаковали вещи так быстро, как только могли. Если мой отец еще не решил убить нас за измену, то Горан определенно это сделает, когда узнает, что мы его разоблачили.

Когда мы уже собирались выйти из комнаты, раздалась команда. Мой отец хотел арестовать нас, бросить в темницу. Что-то насчет слушания.

Мне это не понравилось. В сознании Блейка я видела образы Горана и его самого. Если Горан узнает, кто мы на самом деле, это может закончиться катастрофой. Если бы нас поместили в подземелье, мы бы наверняка там умерли.

Они казнят нас.

«В этой комнате есть потайной выход, Елена?»

Я закрыла глаза, вспоминая планировку замка, которую показывал нам мой отец.

Здесь нет.

Но я знала ближайший.

Мы выскользнули за дверь, пока они топали вверх по лестнице. Я нашла статую, о которой мне рассказывал отец. Нажала на ее нос, и открылась потайная панель. Мы проскользнули внутрь, и она закрылась.

Мы ждали.

Я слышала, как мой отец был в нашей комнате.

— Они здесь. Он защищает их. Прощупайте каждый дюйм этой комнаты. Они где-то прячутся. — В его голосе звучала ярость, когда он выбежал из комнаты.

Он шел в нашу сторону. Пожалуйста, не открывайте эту панель, пожалуйста, взмолилась я.

Блейк изменил нашу внешность на всякий случай.

— Ал, в чем дело? — спросил сэр Роберт. — Что случилось?

— Измена. Ты был прав, Боб. Два Рубикона не могут существовать одновременно. — Слова моего отца разозлили его дракона.

Я ахнула, вспомнив кое-что. Я видела это во сне!

Блейк втянул воздух сквозь зубы от потрясения, вызванного воспоминанием.

«Как их звали?»

«Думаю, это были Купер и Мерика.»

«Это был не просто сон. Это был я, получивший представление о будущем через сон восемь лет назад.»

Так что все произошло не совсем так, как я видела, но концепция была та же. Мой отец нам не поверил.

«Семя посажено, любовь моя. Мы должны убираться отсюда.»

ОДИННАДЦАТАЯ ГЛАВА

ЕЛЕНА

«Елена, мы должны уйти». Настойчивый тон Блейка пронесся в моей голове. «Ты слышала, что сделает твой отец, если найдет нас.»

Я еле волочила ноги. Я не хотела идти. Посадить семя было недостаточно.

«Нет, я не уйду, не зная наверняка, что Горан умрет.»

«Тогда как?» — спросил он, когда мы спрятались в нашем ограниченном пространстве внутри стены.

Моя мать промелькнула у меня в голове. Туман в голове рассеивался.

«Ты с ума сошла?»

«Она — наша последняя надежда, Блейк. Я могла бы умолять, сказать ей правду. Ты видел ее. Это то, чего она хочет.»

«Нет, твой отец дал нам прямой приказ не ходить к твоей матери. Увидеть ее было большой удачей. Можешь забыть о разговоре с ней. Елена, ты не знаешь, в каком состоянии находится твоя мать.»

«Теперь она моя последняя надежда», — парировала я.

Я приняла решение. Блейку это не нравилось, но у него не было выбора. Он не отходил от меня ни на шаг.

Мы бросились так быстро, как только могли, сквозь стены в западное крыло. Паутина щекотала мое лицо в темноте. Я более или менее знала, как добраться до ее комнаты. Мой отец показал мне рычаги, которые открывали потайные проходы в стенах изнутри. Я нашла один такой под огромной буквой W. Наконец, западное крыло.

Я нажала на рычаг, и дверь открылась. Это была та часть замка, в которой мы никогда не были.

Блейк бросился к ближайшей двери. Он сделал нас невидимыми. Мы прошли по длинной мощеной дорожке, которая вела к крылу моей матери, мимо охранника, который смотрел в предвечернее небо, и как только оказались в безопасности, он позволил смешиванию исчезнуть.

Я стояла перед дверями моей матери.

Она была моей последней надеждой.

Я сжала руки в кулаки и трижды постучала в ее дверь.

Она открыла через несколько секунд. Появилось лицо горничной, выглядевшей измученной.

— Чем я могу вам помочь? — спросила она.

— Нам нужно поговорить с королевой Катриной, пожалуйста. Это срочно.

— Королева не желает, чтобы ее беспокоили, — прямо сказала она и начала закрывать дверь.

Я поставила ногу в дверной проем, прежде чем та закрылась.

— У нас есть новости о Елене. — Это просто сорвалось с моих губ.

Дверь снова открылась, горничная на этот раз выглядела подозрительной.

— О ком? — спросила она.

— Просто скажи это королеве.

Она закрыла дверь. Секунды тянулись вечно. Это привлечет ее внимание? Блейк тоже был на взводе.

Затем снова появилась эта дама и впустила нас внутрь.

Мы вошли в покои моей матери. Они были теплыми, красивыми и мягкими, совсем как она сама. В них было две огромные двери — одна, где могла быть только ее спальня, и еще одна дверь, скрывающая бог знает что.

Мы стояли в комнате, похожей на гостиную, с самым красивым камином.

Чья-то рука схватила меня и сильно толкнула к стене.

Блейк двинулся, чтобы защитить меня, но я подняла руку, блокируя его. Холодный нож был прижат к пульсирующей жилке под моим подбородком. Мое лицо было в нескольких дюймах от лица моей матери.

— Откуда ты знаешь это имя? — спросила она.

Моя рука все еще была поднята в сторону Блейка, удерживая его своей способностью.

— Мы пришли предупредить тебя, — проворчала я. Лезвие ее ножа было острым, и я чувствовала, как оно рассекает мою нежную кожу.

Уже дважды, мам? Я не могла избавиться от этой мысли.

— Твой муж не хочет слушать. Но ты могла бы.

Ее глаз дернулся, и королева убрала нож от моего горла.

Я дотронулась рукой до своей шеи. Пальцы были в крови. Блейк бросился ко мне и положил свою теплую руку на мою рану. Моя мать наблюдала, как он стирает царапину на моей шее, и на его шее появляется тонкая линия. Она ахнула.

Гнев все еще пылал в ее глазах. Львица, которой она была раньше, защищала меня… ну, малышку меня, которая была за тысячи миль от нее.

— Это не объясняет, откуда ты знаешь это имя. — Она снова указала на меня кинжалом, все еще зажатым в кулаке.

— Мой дракон — Рубикон. Мы можем заглядывать в будущее.

Она ахнула и уставилась на нас обоих огромными глазами.

— Не может быть двух живых Рубиконов одновременно.