Ловушка (СИ) - "Джиллиан" - Страница 51

Как не обращала внимания и Нелла на поведение своих детей, с перемазанными мясным соусом мордашками: по мясным блюдам соскучились все, не только радостный сейчас Ултан. Что уж говорить о собачонке Лапуське, которая до сих пор покорно лопала те же готовые завтраки!..

За столом нашли интересную беседу, за которой, казалось, были забыты все горести и беды. Мужчины и Кира рассказывала, как прошёл поход к квартире, которую заняла вторая группа спасённых. Причём рассказывали несколько странно, как заметила Кира: тему разбившегося вертолёта теперь тщательно обходили. Это тем более казалось странным, что рассказ об этом походе Катель и Лайл слышали, но сейчас ни один из них даже не заикнулся, что рассказчиками пропущена такая важная часть из их краткого путешествия.

А Кира всё всматривалась в лицо женщины-эльфа: а если она уже и сама знает о вертолёте? Неужели ничем не покажет?

Однако Нелла с нескрываемым любопытством слушала рассказ мужчин и даже задавала уточняющие вопросы. Если тогда, когда к ней принесли Камхеа, её ничего, кроме оборотня, не интересовало, то теперь, например, она спросила, нет ли в той группе эльфов. Её убедили, что эльфов там нет, и со смехом вспоминали, с каким ужасом смотрел Камхеа на эльфов их группы. И Нелла не делала замечаний, что все слишком привольно и даже бесцеремонно ведут себя с нею.

Она даже полюбопыствовала у Ултана:

— А почему ты там не остался? Насколько я поняла, оборотней там много, а здесь ты один. Так почему?

— Оборотней там много, — подтвердил Ултан и улыбнулся всем. — Зато здесь много моих друзей, на которых я могу положиться и с которыми я успел пройти огонь и воду…

Все за столом рассмеялись, а Кира вдруг подумала, что в последние два дня слишком часто звучит это сочетание — огонь и вода. Она даже поёжилась: не дай бог случится что-то ещё, из-за чего в городе возникнет пожар…

И была ещё одна дилемма: говорить ли Ратмиру о том, что рассказал ей Катель? Или так и оставить ему загадку: что будет, если соединить Неллу, янтарь, раненого оборотня и ни с того ни с сего упавший вертолёт? Нет. Не говорить. Она обещала Кателю молчать. А тот сейчас выглядит расслабленно именно потому, что высказал объяснение, как видит ситуацию. А если всё не так, как говорил юный эльф? Если это высказывание всего лишь его предположение, а на деле всё иначе?

И Кира решила молчать, после чего приняла в беседе самое горячее участие.

Когда ужин закончился, а едоки ушли из кухни, совершенно довольные за последние дни, забрав с собой такую же довольную собачонку Лапуську и детей, Кира велела Лайл присоединиться к Кателю, который пытался заставить детей Неллы умыться.

— Но посуда?

— Всё уберу сама. Ты готовила стол к ужину, я его приберу.

Утешенная Лайл поспешила в комнату детей, а Кира принялась за уборку, благо та была не слишком сложной… Увлеклась отмыванием чашек, из которых пили вино, так, что вздрогнула, когда от двери Нелла тихо позвала:

— Кира…

Смешливое настроение не покидало, поэтому девушка фамильярно предложила:

— Проходите, Нелла. Здесь никого, можно посидеть, поболтать на воле.

Женщина-эльф спокойно отнеслась к некоторому нахальству человека. Она вошла и присела за стол, наблюдая, как Кира чистит чашки.

— Ты говорила с Ратмиром? Что он сказал по поводу нашего времяпрепровождения здесь?

— Он сказал так: если он вскоре больше не будет нужен на своей работе, он сам прилетит на вертолёте за нами.

— Всё, как в прошлый раз, — задумчиво произнесла Нелла.

— Вас что-то беспокоит, Нелла?

Женщина встала и подошла к окну.

— Я подожду, пока ты приберёшь тут.

Кира пожала плечами и с усиленным рвением принялась за чашки.

— Всё. Чем вам помочь?

— Да, именно это мне и нужно — помощь, — покачала головой Нелла. — Пойдём в ту комнату, которую я заняла. Все сейчас по другим помещениям. Нам никто не помешает.

«Любопытно — в чём?» — задалась вопросом Кира.

А женщина-эльф, подходя к выходу из кухни, попросила:

— Возьми какие-нибудь предметы для уборки пола.

В первый момент девушка едва не вспыхнула от ярости: «Меня?! В прислуги?!»

Но Нелла вовремя добавила:

— И для меня тоже.

И ушла.

А девушка, остановленная на волне вспышки, поневоле некоторое время стояла на месте, успокаиваясь, и уже потом только начала искать требуемое.

Женщина-эльф ждала её возле двери в комнатушку. Когда Кира, с ведром в руках и найденными салфетками для уборки помещений, вошла в комнату, предвкушая новое свечение янтаря, она чуть не споткнулась. В помещении янтаря не было. Но не потому, что Нелла убрала его. Нет. Там, где раньше стены и потолок были просто утыканы кусочками янтаря, теперь чернели кусочки… угля? Или…

— А куда делись… делся янтарь? — спросила Кира от неожиданности и даже какой-то обиды: она настроилась на радостный свет, а тут…

Нелла плотно закрыла за ними дверь и вздохнула.

— Я истратила весь янтарь. Его остатки, — кивнула она на чёрные кусочки, — и надо убрать и очень тщательно. Мне не хотелось бы, чтобы кто-то узнал, кто работал с янтарём и где. Дай мне, пожалуйста, ведро с салфетками.

Янтарь превратился в чёрное нечто? Кира, ошеломлённая перед новой загадкой, разглядывала комнатушку и ничего не понимала. Снова спросить у Кателя, что произошло? А знает ли студент о таком?

Нелла подала ей пример, встав на стул и принявшись снимать салфеткой чёрные комки, которые тут же рассыпались в сажу. Делать нечего, Кира поставила ведро и стала убирать сажу там, где женщина-эльф не могла нечаянно попасть на неё снимаемым нечто. Сажа убиралась легко, бесследно — даже при условии, что её зачищали сухими тряпками.

Разогнувшись в очередной раз, Кира увидела, что Нелла подтащила стул к стене, но пока не встаёт на него, а смотрит на свою помощницу.

— Ты простила бы ненависть? — внезапно спросила она.

— Если у неё есть обоснование, — пожала печами Кира.

Нелла подняла почти к глазам салфетку с чёрными пятнами на ней.

— Обоснование есть, — уже задумчиво сказала она. — Но порой личное деяние вызывает сомнения. Как у вас говорят — я ведь не господь Бог, чтобы судить другого.

Притихшая девушка мгновенно увидела внутренним взглядом: Нелла что-то такое делает с янтарём, а потом дёргает за какие-то ниточки, сбивая бандитский вертолёт на городские улицы. И янтарь постепенно превращается в угольки. Или сразу?

— А ещё у нас говорят — сделанного не воротишь, — спокойно откликнулась Кира. — А если дело сделано — стоит ли думать о том, нужно ли было его делать? Сделали — и сделали. Живите дальше.

— Сделанного не воротишь… — прошептала Нелла, глядя в пространство. — Тем более — волны от брошенного в воду камня продолжают идти…

И снова девушка мгновенно увидела: погибают следующие бандиты, затем — те, кто только что ходил в офисе и довольно потирал руки, что кошмарная операция, которая принесёт бешеную прибыль, выполнена…

То есть… несмотря на то что янтарь пропал, превратился в уголь, его действие продолжается? Спросить напрямую у женщины-эльфа — или не стоит? Наверное, не стоит… Кажется, Нелле и так трудно далось всё, что у неё связано с янтарём и созданной ею смертоносной паутиной.

Когда все тряпки были свалены в ведро и оставалось лишь отмыть руки от чёрной копоти, в дверь постучали лёгкие кулачишки. Дверь открылась — и в комнатушку забежали дети Неллы. Они сразу бросились к матери, хохоча и показывая на вбежавшую сюда вместе с ними белую собачонку. Женщина-эльф, склонившись, обнимала детей и тоже смеялась над каким-то проделками Лапуськи, о чём ей взбудораженно рассказывали дети… Потом опомнилась — и взглянула на Киру. Девушка с улыбкой кивнула:

— Ведро уберу сама.

И тихо вышла из комнатушки, которая резко стала свободной для «посторонних». «Неудивительно, — думала Кира, возвращаясь в кухню, где и вывалила содержимое ведра в мусорный мешок. — Раньше-то не только дети — и взрослые не могли подойти к двери, от которой их отворачивало. А сейчас Нелла убрала свой магический запор — или что там у неё было, потому что ничего опасного в комнате никто больше не увидит…»