Сначала было слово… (СИ) - Леккор Михаил - Страница 65

Степаненков все же сумел провести. Он вырос словно ниоткуда. Володя слегка вздрогнул. Шельма, все-таки вы, господин капитан.

— Лихие вы ребята, — негромко сказал Степаненков. — Зачем устроили побоище? Парни в синяках ходят. Одного вообще пришлось госпитализировать. Ударил бы посильнее и труп. Впрочем, ладно. Драка для ВВ событие обычное, но порка… Это переходит все границы. Вы затронули честь полка.

— И что с нами будет? — Володя, продолжая сидеть, поднял лицо вверх.

— Да ничего, как я понял здешних офицеиров. — Степаненков улыбнулся. — У них столько забот, что лишние проблемы они готовы спихнуть на кого угодно. Вас отправят дальше, а там пусть и разбираются. Даже бумагу не будут изводить.

Володя слегка подивился причине мягкости вэвэшников.

— И все? — Недоверчиво спросил он.

Степаненков хмыкнул.

— Нет, конечно. Вас еще и боятся. Разумеется, если собрать батальон и бросить на ваш лагерь результат будет известен. Но, — капитан еще раз хмыкнул, — какой ценой? Не верю я, что вы просто так бросите топоры. Я им объяснил, кто вы такие. А лишнее внимание такого рода к полку не требуется. И так они несколько раз сумели вляпаться. Знаешь, какие потери несут.

Володя благодарно кивнул ему за «характеристику», поковырял в земле ботинком и спросил о другом:

— А если мы не отправимся дальше, а захотим вернуться в город?

— А вот для этого, мой друг, я и явился сюда. — Капитан присел на корточки. — Такие люди, как вы, понадобятся в Зоне. Клянусь своим «Макаровым», который все равно не нужен, вы лихие орлы. Но на местных товарищей я повлиять не могу, ты уж извини. Моя миссия настолько секретная, что я представился обычным командиром спецгруппы, высланной для организации эвакуации.

— Даже так? — Удивился Володя такой секретности. — А ты по званию вообще капитан? И Степаненков ли по фамилии?

— К сожалению, только капитан. И фамилия моя такая, — вновь улыбнулся его собеседник. — Значит, договорились. Мы прямо сейчас отправляемся обратно, и будем ждать вас неподалеку от той бандитской деревни к вечеру. Группу нам не дают — бродячих банд и здесь хватает. Просто удивительно, как люди быстро падают вниз. Ладно. С нас ужин.

Степаненков легко поднялся, кивнул и так же незаметно растаял среди палаток.

«Мне бы так, — с завистью подумал Володя, — хотя каждому свое. Пока он мне больше завидует».

Степаненков оказался слишком простодушен, не оценив коварства местного начальства. Вэвэшники тоже не лыком шиты.

Поначалу все шло, как и полагается. После хиленького завтрака, который изголодавшие студенты моментально смели, им велели выходить.

— Пора в дорогу, старина, подъем пропет, — процитировала Костя, взваливая на спину рюкзак с одеялом, которое он упорно таскал с собой.

Студенты неспешно подтягивались ближе к дороге. Володя еще перед завтраком по цепочке передал свой замысел: выйти с девчонками, якобы они согласились вернуться к прежней жизни. Затем, отойдя несколько километров, всем желающим вернуться в город уйти в лес и проселочными дорогами прорваться в Зону. Предложение было разумным. Не зачем вызывать гнев вэвэшников, прямо на их глазах отправляясь обратно.

— Володя у нас голова! — Важно сказал Лешка Губанов, недавно перечитавший Ильфа и Петрова.

— Фунт тоже голова! — Моментально поддержал его Ромка Антонов.

— Да ну вас, кони полудохлые, — сделал вид, что приобиделся, Володя. — Марш на выход.

— Ты нас только выведи обратно, — уже всерьез сказал Савельев, — вы с Димкой такие мудрецы, что голова кругом идет.

Володя хотел отшутиться, но, видя посерьезневшие лица студентов, развел руками:

— Если кто сможет сделать лучше, пусть покомандует.

Серега сказал примирительно:

— Нормально у вас получается, я просто так предупредил. Не в карты играем.

Играли действительно не в карты, но Володе стали надоедать постоянные придирки к себе и Диме. Ладно, парни, — решил он про себя, — доберемся обратно — разберемся.

Около дороги, у которой они собирались для похода к цивилизации, начались сложности. Вэвэшников оказалось слишком уж много. Володе это не понравилось. Стой они просто толпой, он бы решил, что те захотели напоследок попытаться еще раз устроить драку, а то и просто поглазеть на девчонок. Откуда здесь, в глуши, бабы. Но солдатики кучковались правильными рядами, отделениями, как показалось не служившему Володе. И кое-где мелькали офицеры.

— Подтянись, — негромко сказал он идущим следом за ним, почти останавливаясь. Ау, Степаненков, где ты с твоей уверенностью об общем ужине в Зоне.

Видя насторожившегося вожака, стоящие около него шустро передали приказ.

Володя подождал, когда около него собрались все его дружинники, и пошел дальше. Секира, которую он нес на плече, перекочевала в руки, готовая к бою. Студенты, начавшие привыкать к замашкам предводителя, стали спешно готовиться к бою. Володя знал, когда хвататься за свой антиквариат.

Молодой старлей, преисполненный самодовольства и гордости за полученное поручение, величаво ждал их на обочине. За его спиной стояло несколько вэвэшников. Судя по висящим на поясах большим кинжалам и маскхалатам, это не те раздолбаи, которых студенты дважды отметелили. Эти сами отметелят. Под таким прикрытием можно изображать гордость. Ну да они тоже не с луны спустились.

— Сдать железо! — Рявкнул старлей.

— Ты чего орешь, голос появился? — Деланно удивился Володя.

Старший лейтенант опешил и от этого заговорил вежливее.

— Подполковник Максимов приказал сдать оружие, — объяснил он.

— А мы ему не подчиняемся, — угрюмо сказал Дима. Он чувствовал приближение новой драки, к которым стал так охоч Володя, но иного выхода не видел.

— И вообще, — глубокомысленно предложил Володя, — а шел бы ты товарищ старший лейтенант далеко-далеко. До Пекина и обратно.

Старлей выпучил глаза. Он ожидал какого-то сопротивления, обещаний пожаловаться, но такой откровенной наглости — нет.

— Новенький? — Догадался Володя.

Стоявший наискосок за старлеем вэвэшник улыбнулся и неожиданно подмигнул. Попал с первого выстрела! Однако, похоже, старлей особой популярностью не пользовался, раз солдат так откровенно позволил поддакнуть студенту.

— Вы позволите пройти? — Заговорил Володя тоном, приличным больше для переполненного автобуса в час пик, чем для малолюдного шоссе.

Видя колебания офицера, он добавил:

— Не думай много, старлей, вредно для здоровья. Здесь тебе не ублюдочный лагерь в Подмосковье или под Рязанью. И штатских нет. Будешь рыпаться, ляжешь первым. Остальные последуют за тобой.

— Вы не посмеете! — Заговорил старлей более высоким голосом.

— Боюсь, посмеют, товарищ старший лейтенант, — озабоченно заговорил подмигивавший вэвэшник, — ребята из города пришли, а там только самые шустрые выживают. Те, что пришельцев режут.

Старлей задумался. Володя надеялся, что тот размышляет не о том, как выполнить приказ придурка Максимова, а как с честью сдать позиции. Он предложил:

— Пусть с нами разбирается милиция. Мы же не военные.

Старлей, забывший о введении военного положения, дающего огромные полномочия людям с оружием, обрадовано кивнул, приосанился и процедил:

— Поскольку вы отказываетесь сдать холодное оружие, я вынужден составить протокол и отправить его в областное управление внутренних дел для расследования данного правонарушения.

«Нахватался умных слов, — уже успокаиваясь, подумал Володя, — пиши, чукча, солнце еще высоко».

— Пошли, мужики, — позвал он свой отряд, — родина ждет подвига.

Глава 31

Колонна привычно вытянулась по дороге. Своих дружинников Володя поставил вперед. Для порядка студентов сопровождало несколько вэвэшников во главе с сержантом, которые старались на всякий случай не приближаться к студентам, точа лясы с осмелевшими в безопасности девчонками.

«Пусть порезвятся, — решил Володя. — Будет, что вспомнить».