Кровь ниори - Минич Людмила - Страница 91

– За кем?

– Человеком Истармы. Доверенным. Вот этот нас и повезет. А пока его здесь нет, и неизвестно, когда появится. Неужели утром? А вдруг он из самого Эгроса сюда поскачет?

– Может, и к утру. – Леки успокоился немного, отчаянная решимость уступила место куда более здравым мыслям.

Как ни крути, а Триго прав. Отсюда сбежать… Он попробовал покрутиться в путах, но те держали надежно, охотники – мастера своего дела. Глянул на ниори. Тот прикрыл глаза, отдыхая от непосильного для него разговора. Ну, и куда ему сейчас? Он, верно, и в отчаяние не впал, подобно Леки, лишь потому, что слишком измотан. Сил уже ни на что не хватает.

Люк погреба дрогнул, поднялся и с громыханьем упал по ту сторону. Спустилось сразу шестеро, с оружием наготове. Кандар не обманул. И впрямь несли еду. Дымящиеся миски, может, и не лучшей каши, но вполне съедобной, судя по запаху. Да еще – Леки заглянул в миску, что поставили перед ним, – и кусок вяленого мяса в придачу! Чудеса. Видать, строгое обращение с пойманными колдунами не полагалось.

Им развязали руки, осторожно, с опаской. Леки чувствовал, как подрагивают пальцы у того, что распутывал его кисти, как вспотели ладони. Они тоже боялись. Он поймал любопытствующий взгляд одного из стражников, а вот другой, рядом с ним, глядел с неприкрытой злобой. «Боялись и ненавидели. Ненавидели и боялись», – вспомнилось Леки.

Им довелось-таки освободиться от пут до самого пояса: когда кисти развязали, оказалось, руки так крепко примотаны к телу, что не двинуть. Стражники переглянулись нерешительно, но приказ есть приказ. Не кормить же узников с ложки, что детей неразумных? Распутали еще малость. Сами же выстроились с пиками наготове, на случай, если кто-нибудь из колдунов задумает что-то выкинуть. Леки порадовался: вряд ли стражники так же искусны в плетении пут, как давешние охотники. По случаю скинуть веревки будет легче.

Каша оказалась вязкой и пресноватой, но не такой уж плохой на вкус. Мясо – сносным, вода – не затхлой. Не того Леки ожидал. Верно, их солдатским накормили. Управившись, скосил глаза на Триго. Тот зачерпывал вяло, понемногу, жевал неспешно. Не до того ему было. Левую руку он осторожно уложил рядом с собой ладонью вверх и то и дело поглядывал, морщась.

– Эй, – Леки старался обращаться к тем, что без злобы глядели, скорее с интересом, – скажите своему кандару, что ему, – кивнул на Триго, – лекарь нужен. Не знаю, куда вы нас тащить собираетесь, да только этак можно и не дотащить…

– А ну, молчать! – рявкнул один из злобных.

– Мое дело – упредить, – спокойно разъяснил Леки, – а твое – кандару своему доложить. И скажи еще, что пока к нему лекаря не приставят, то никакого разговора завтра поутру промеж нас не будет.

Два стражника подобрались ближе, хоть вшестером они и так заняли весь погреб, даже головы пригибать приходилось, чтоб о притолоку не задевать. Пика уперлась Леки в грудь.

– Хватит, – сказал Триго, но Леки уже трудно было унять.

– Ты, главное, передай, – подмигнул он стражнику, – а то как бы завтра у тебя с кандаром случай нехороший не вышел.

Тот сильнее пикой придавил. Ничего, пускай, селан толстый, выдержит. Кандара они боялись, ясное дело, загудели, забормотали меж собой. Наконец один полез наверх.

Ходил он недолго, вернулся сумрачный. Велел Леки снова вязать, а второго колдуна погодить. Тут неподалеку костоправ есть, за ним пошлют. А пока велено троих для присмотру тут оставить, в погребе. Что тут началось! Оставаться, видно, никто не хотел. Они долго и яростно перешептывались, толкая друг друга в грудь, пока наконец не порешили.

Довольно продолжительное время пришлось провести под подозрительными взглядами стражников, но костоправа все-таки доставили. Неказистый мужичонка с общипанной, куцей бороденкой дело свое знал, как должно. Хлебнуть сначала дал какой-то гадости, от которой Триго закашлялся и чаще задышал, потом обождал маленько и как рванул! Триго завопил, но быстро успокоился – плечо встало на место. Потом мужичок и руку как-то собрал, прицокивая языком, точно удивляясь, щепками обложил выше кисти, тряпицами обмотал, к телу прижал, ниори и не шипел особо. Видать, пойло боль заглушало.

– Благодарю. Помощи твоей не забуду, – бросил Триго, когда костоправ собрался.

Мужичонка только глянул непонятно и исчез. Стражники тоже наконец скрылись наверху, ворча, что из-за проклятых колдунов ночью спать не приходится.

А наутро старший кандар самолично спустился в погреб. Ну, не совсем самолично, а с двумя стражниками.

– Ну, раскинул-то умишком? – вместо приветствия бросил он Леки. – Я к вам по-доброму…

– Ничего себе… по-доброму. – Леки дернулся в веревках, пытаясь прислониться к стенке погреба.

– Ты, парень, и ведать не ведаешь, как оно бывает, не по-доброму, – нехорошо ухмыльнулся кандар. – Да узнаешь, если будешь помалкивать. – Ухмылка раздвинулась, оскалив белые, крепкие зубы.

Леки стало неуютно.

– Да и говорить-то нечего, – хмуро ответил он. – Я того южанина плохо знаю, в дороге с ним повстречался. Он меня и уговорил в Эгрос податься. – Он старался ронять слова как можно небрежнее. – Расписывал, какие там большие друзья у него, говорил, что и меня в тэйр какого-нибудь тигана пристроит… Ну, я уши и развесил. – Леки досадливо сплюнул. – А в Эгросе он возьми да и скажи: дескать, есть дело одно, если помогу, то будет мне место в самой что ни на есть Гвардии Короны. Я с ним и подался, будь оно неладно…

Кандар, ссутулившись, чтобы не цеплять макушкой притолоку, мерил ножищами погреб, взад-вперед. Что ни говори, а услыхать довелось совсем не то, что хотелось… Но уж очень видна была досада Леки. Может, и правда…

– Ты вот что, – перебил кандар складный рассказ, – ты врать мне брось, я ж тебя насквозь… – Он сощурился и уставился Леки в глаза.

Леки обиженно моргнул.

– Не угодишь вам всем! Подавай южанина со всеми потрохами… – Он подпустил злости. – Да мне-то откуда знать? Он ведь меня первый бросил! Как безмозглого олду надул!

Кандар удивился.

– Чего это, бросил? А дело секретное? А Гвардия?

– Вот я и говорю – надул. – Леки ожесточенно уставился в пол.

– Ну? – не выдержал кандар его молчания.

– Ну… вышла у нас в лесу встреча с лиходеями… – Опять начал мяться.

– Ну! – еще суровее приказал кандар.

– Меня дубиной и отходили. До сих пор плечом еле двигаю, – пожаловался он. – А еще молодчики твои…

– И чего, так сразу тебя и оставил на дороге подыхать? – недоверчиво уронил кандар, готовясь уже рявкнуть для острастки.

– Почему сразу? Сначала за собой тащил, видно, думал, что скоро отойду. А я… того совсем. Ну, он разузнал у местных, где тут знахарь или лекарь есть, да и свез. Благо, рядом совсем. Вот там его и встретил. – Леки кивнул на Триго, увенчав свою историю хоть какой-то правдой. – А он тут же и скрылся, натянув мне шапку по самый нос. – Леки снова плюнул. – Так-то.

– И больше не видал?

– Не видал, – подтвердил Леки.

– И куда подался, конечно же, не знаешь? И в какую сторону?.. – Голос кандара не предвещал ничего хорошего.

– Да его с коня уже без памяти снимали, – вмешался вдруг Триго, – он видеть ничего уже не мог, даже если б захотел. А не веришь, так проверь: у него наверняка следы на теле остались.

Кандар задумался.

– И ты не видал? – спросил у ниори.

– А мне он зачем? Тогда уже ночь была. Меня помочь попросили, раненого в дом отнести, я и помог. А до того, второго, мне и дела не было. – Триго спокойно воззрился на кандара.

– Ладно, – с явной досадой пробормотал тот. – Устроить бы вам счас дознанье настоящее – все б выложили, как миленькие. – Он вожделенно оглядел их, больше даже Леки одного. – Ну да ничего, вот приедет завтра поутру человечек один, так он разберется. Не хотите по-хорошему, будет как хотите, колдуны проклятые! – Кандар замысловато ругнулся, выражая крайнюю досаду.

– Какие ж колдуны? – Леки нахмурился снова. – Вот были б колдуны, не попались бы так запросто.