День Святого Валентина 18+ (СИ) - Алексеева Анна - Страница 40

– Посмотри на меня, – приказал он, и я послушно распахнула глаза. Удерживая меня одной рукой, другой он приподнял мой подбородок, провел большим пальцем по припухшим губам, и взгляд его в этот момент был голодным и обжигающим.

– Я хочу тебя, – выдохнул он мне в губы и коснулся легким поцелуем. – Хочу так, что мои яйца сейчас, кажется, взорвутся, – его язык снова скользнул мне в рот, а бедра прижались к моим. Даже сквозь плотную ткань чувствовалось, как сильно он возбужден. Наверное, во мне не осталось ни капли самоуважения, потому что в следующее мгновение я закинула ногу ему на бедро и протяжно застонала, когда моего клитора коснулась жесткая ткань джинсов. Расценив это как руководство к действию, Мастер расстегнул ширинку, выпустив наружу возбужденный член. Он так и удерживал мои руки, не давая перехватить инициативу. Его губы, перестав терзать мой рот, переместились на шею. Я запрокинула голову, давая ему полный доступ, и мое лицо покрыли быстрыми, легкими поцелуями. Какими-то жадными, стремительными, как будто украденными. Язык прошелся по жилке, что билась на шее, и я, не выдержав, чуть оттолкнулась от стены и прогнулась в пояснице, так, чтобы он мог одним движением насадить меня на свой член.

Но Мастер не был бы Мастером, если бы не решил помучить меня еще немного. Его губы спустились ниже, и вот уже мой сосок оказался в горячем, влажном плену. Мои руки он выпустил, и я не придумала ничего лучше, кроме как зарыться пальцами в его мокрые волосы. Вода так и текла, ударяя в наши тела упругими струями, и я какое-то время наблюдала, как мужчина, ловко и быстро укравший мое сердце, спускается ниже, становясь на колени. Оторвавшись от моей плоти, он уставился мне в глаза. Я судорожно вздохнула, потому что сердце мячиком запрыгало в груди, разгоняя по венам потоки чистейшего кайфа. Ноги превратились в две вареные макаронины, и если бы Мастер не удерживал меня за бедра, я бы, наверное, растеклась липкой лужицей на полу душевой. В этом взгляде было все. От обжигающей страсти до щемящей нежности. И либо он очень хороший актер, либо его желание — не игра. Мое глупое сердце рванулось в груди, колотясь от переполняющего внезапно нахлынувшего счастья. Прямо сейчас я ему поверю. А дальше будь что будет.

Медленно усмехнувшись, Мастер провел большими пальцами по моему животу, медленно спускаясь ниже, и моя голова невольно запрокинулась, когда он неумолимо добрался до средоточия моего желания. По моему телу текла вода, лаская разгоряченную плоть. Учащенное дыхание с хрипом рвалось из легких, и прервалось вовсе, когда моего клитора коснулось сначала его дыхание, а потом твердый язык. Отпустив его волосы, чтобы ненароком не сделать больно, я сжала руки в кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Пальцы на ногах поджались, а язык Мастера, кажется, проник в самую мою душу, потому что как иначе объяснить то, что вся нижняя половина моего тела утонула в таком удовольствии, что я едва не захлебывалась дыханием. Но это, как выяснилось, было лишь началом, потому что когда он пальцами раздвинул складочки, обхватил мой клитор губами и начал активно  посасывать, я на самом деле захлебнулась, а потом закричала, сотрясаясь в сильнейшем по своей мощности оргазме.

Дождавшись, пока я перестану вздрагивать, Мастер легко подхватил меня под ягодицы и наконец-то насадил на свой давно готовый член. Я такое только в кино видела. В жизни мой парень меня бы, может, и поднял, а потом неделю бы жаловался на больную спину. Обхватив бедра партнера ногами, я вцепилась в его предплечья, с удовольствием отмечая, какие там тугие мускулы. Мой зад оказался тесно прижат к влажному кафелю, а грудь — к груди Мастера, и на какой-то момент мне показалось, что я отчетливо слышу торопливое биение его сердца. Его член оказался именно таким, какой был мне необходим. Не гигантский бездушный заменитель, а живая горячая плоть. Он двигался во мне неторопливо, смакуя каждый сантиметр завоеванной глубины, закрыв глаза и чуть откинув голову назад. Мои руки бездумно шарили по его телу, скользя по бархатистой, влажной коже, а взгляд не отрывался от его губ. Почему-то вспомнился фильм «Красотка», тот момент, где героиня Джулии Робертс призналась, что не целуется с клиентами, это, вроде как, слишком личное. И постаралась поскорее переключиться, зная, в какие дебри мои мысли могут меня завести. Меньше всего мне бы сейчас хотелось оскорбить Мастера, задумавшись о его роде деятельности.

Один затуманенный глаз чуть приоткрылся.

– Просто поразительно, как люди, занимаясь сексом, умудряются думать о чем-то отстраненном, – Мастер обхватил губами один из моих сосков, и, приподняв меня, насадил на себя до самого упора. Я сжала зубы и зажмурилась в каком-то глупом, необъяснимом порыве скрыть свои эмоции, потому что все отстраненные мысли из головы мгновенно улетучились, осталось лишь дикое желание дойти до разрядки, прекратив эту медленную пытку. Но, кажется, мой партнер все понял, потому что начал вколачивать в меня с такой силой и исступлением, что недавно отгремевший оргазм вернулся ко мне ослепительной вспышкой сверхновой. Плюнув на то, как это выглядит, я позволила себе закричать, выплескивая свои ощущения. Меня как будто накрыло, затопило чистейшим удовольствием, которое проникло в каждую клеточку моего тела и взорвало ее. Отстав от меня на долю секунды, Мастер уткнулся лбом мне  в плечо, сотрясаясь в собственном экстазе.

Едва ко мне вернулась способность дышать, мужчина, на член которого я все еще была насажена, вновь накрыл мои губы долгим, требовательным поцелуем.

– С Джулией Робертс меня еще не сравнивали, – признался он, и я едва не рассмеялась от облегчения, что мои мысли его не обидели. Не зная, можно ли мне говорить, я по обыкновению промолчала. Но с тем, кто умеет читать мысли, слова и не нужны. Все еще удерживая меня за бедра, Мастер отошел от стены,  и я крепко обхватила руками его шею, предполагая, что мы собираемся переместиться куда-то еще. Так и произошло. Шлепая босыми ногами по мокрому кафелю и удивительным образом не скользя, Мастер покинул душевую, и очень скоро мы оказались в спальне. Это была не та комната, где у нас произошла первая близость, но общие черты просматривались. Видимо, дизайнер интерьера был один и тот же.

Не выходя из меня, Мастер опустился на неразобранную постель так, что я оказалась под ним, и навис надо мной, внимательно глядя в глаза. Я вытянула начавшие затекать ноги, и с удивлением поняла, что член внутри меня стал тверже. Однако Мастер, судя по всему, не торопился продолжать.

– Твоя просьба была услышана, – довольно сухо произнес он. – И я не вправе тебе отказать и продолжать удерживать здесь.

Значит, я все же отправляюсь домой. Я закрыла глаза, и Мастер чуть шевельнулся, пуская по моему телу волну сладкого удовольствия.

– Однако, – он несильно прикусил мне ключицу и тут же зализал укус горячим языком. – Вопреки правилам, я хочу предложить тебе сделку.

Мое дыхание от того, как близко его зубы были к сонной артерии, снова сбилось. Не то чтобы я большая фанатка вампирской темы, и большинство из них не вызывают во мне никаких эмоций, но есть один, мысли о котором в свое время вызывали у меня учащение сердцебиения. Пожалуй, Дэймону Сальваторе из Вампирских Дневников я, не задумываясь, отдала бы всю свою кровь, а еще душу и невинность в придачу. Он же секс на ножках, иначе не скажешь. Но, кажется, я снова отвлеклась. Открыв глаза, я встретилась с насмешливым взглядом Мастера.

– Вампиры, значит, – хмыкнул он. – Я это учту.

Под этим его взглядом я мучительно покраснела. Как будто меня застукали за чем-то действительно постыдным. Глупо, конечно. Я лежу обнаженная, с широко разведенными в стороны ногами, обнимаю мужчину, которого практически не знаю, он видел, как я кричу и бьюсь в экстазе в то время, как его миньоны трахали меня во все имеющиеся отверстия, но при этом я вдруг застеснялась того, что когда-то самоудовлетворялась, фантазируя о киношном вампире. И у этого мужчины есть для меня какая-то сделка, на которой я должна сейчас полностью сосредоточиться.