Новое рождение (СИ) - Лег Андрей - Страница 33

Посмотрев, как тело начало понемногу распадаться на черные искры, Лена, шатаясь, направилась в сторону Кая, краем взгляда отметив, как начала исчезать и стена над городом. Едва она успела выбросить наушник, который надрывался голосом Йозефа, и забраться в машину, где смогла отдать приказ о возвращении домой, Северская почти отключилась из-за ран и кровопотери.

Глава одиннадцатая. (Второй хранитель.)

Возвращение обратно на базу девушка запомнила весьма смутно. Усталость, моральное и психологическое истощение, полученные ранения — всё это сильно сказалось на её самочувствие, и обратный путь она провела, то проваливаясь в полуобморочное состояние, то снова приходя в себя, правда, всё так же почти не в силах даже лишний раз пошевелиться. Поэтому, доверившись УИ «Кай», она очнулась лишь в момент приземления на родной уже базе, когда её из кабины начала доставать Салматия и, не говоря ни слова, понесла куда-то в глубину базы. Последнее, что она заполнила, — открытый зев медицинской капсулы, и едва ее голова коснулась мягкого геля, Северская снова провалилась сон, но уже, к большому сожалению девушки, не без сновидений.

***

В этот раз сон показывал громадный зал. Лене сразу вспомнился зал их государственного собрания, только, в отличие от помещения республики, которое было весьма аскетично, этот зал прямо дышал роскошью. Цену местного оформления сонное сознание девушки было просто не в состоянии подсчитать, ведь количество мрамора, золота, бархата и других не менее дорогих материалов, которые использовали во время строительства, было просто невообразимо. И при всей этой роскоши людей тут было чуть меньше сотни.

Сама она стояла немного выше основного помещения на небольшой площадке, которая была скрыта от людей внизу бархатной шторой, и наблюдала за происходящим на экране. Рядом в таком же кресле сидел старик в темно-синем сюртуке и белой рубашке. Лицо его было обычным, на такого в толпе посмотришь и через секунду не вспомнишь, и даже бледно-огненные волосы, несмотря на свой цвет, совершенно не помогали сконцентрироваться на нём. Он так же, как и она, молча взирал на разгорающуюся внизу дискуссию.

Вот на трибуну взобрался синеволосый мужчина лет тридцати на вид и зычно произнёс, своим голосом перекрывая непрерывный гул, стоявший в зале уже минут десять:

— Тихо!!! Вспомните о своём достоинстве и ведите себя как положено аристократам высшего ранга, а не как домохозяйки на форуме!!!

Не сразу, но постепенно люди начали расходиться по своим местам, визуально делясь на две неравные по размерам группы. Было заметно, что в одной из них люди выглядят старше своих противников, где в основном преобладали молодые люди, почти юноши. Потерев переносицу, стоявший на трибуне мужчина произнёс:

— Мы обсуждаем этот закон уже на протяжении почти двадцати часов, и пока я не услышал ни одной нормальной причины, почему мы не можем его принять. Милорд Гарнал, вот вы можете внятно объяснить, чем вы и ваши при… союзники недовольны?

Вставший с кресла молодой хлыщ принял горделивую позу и высокомерно произнёс, смотря прямо на мужчину за трибуной:

— Ваш так называемый закон против террор… плебе… ладно, ладно, радикально настроенных республиканцев попрекает наше аристократическое достоинство. Ведь ваш закон позволяет обыскивать как наши дома, так и нас самих по абсолютно надуманным обвинениям, господин Рудский.

Судя по виду самого Рудского, он очень сильно хотел хлопнуть ладонью себя по лицу. Но в итоге, сдержавшись, он лишь сжал губы, выдохнул и только потом устало произнёс:

— Маркграф, простите, что спрашиваю, но вы осознаете наше положение? ВЫ прочитали документы, присланные вам?

К удивлению Лены, вставший юноша смутился, а глаза его забегали. Увидев это, мужчина всё-таки не выдержал и приложил руку к лицу. Почти со стоном он произнёс:

— Ладно, объясню для вас лично. Если кратко, то террористы, называющие себя республиканцами, не просто объединились в одну группу, но и начали получать финансирование из различных структур. До событий семимесячной давности их удавалось держать в узде, однако теперь количество их атак возрастает в геометрической прогрессии. И закон о частичном ограничении свобод просто необходим для эффективной работы КТК!

— Но почему нас ставят на одну ступеньку вместе с простолюдинами?! Неужели вы думаете, что мы опустимся до их уровня и станем поддерживать террористов?! — воскликнул юноша, покраснев.

Тяжело вздохнув, стоявший за трибуной герцог произнёс:

— Боюсь, что, несмотря на то что семьи аристократов стоят выше остальных, есть незначительная возможность, что некоторые из нас ради личной выгоды поддерживают террористов. Но мы не можем просто отделить часть аристократов от остальных, поэтому закон и будет применяться ко всем.

Он обвел глазами зал и продолжил:

— Исходя из всего сказанного и написанного любого, кто возражает против данного закона, можно заподозрить в поддержке врагов государства. И поэтому спрашиваю всех здесь присутствующих в последний раз. Вы готовы проголосовать за поддержку закона или мне попросить господина Эда провести дополнительную проверку по отношению к членам нашего высокого собрания?

Это уже была неприкрытая угроза, и зная, что герцог и глава КТК находятся в весьма хороших отношениях, она была весьма реальна. Некоторые из возражавших покраснели от ярости, но большая часть, как и Гарнал, сильно побледнели и лишь склонили головы.

Дальше она и мужчина сбоку от неё наблюдали за коротким, но предсказуемым голосованием и за тем, как быстро покидали зал люди, которые представляли один из самых привилегированных классов общества. Дождавшись, когда последний из них покинул зал, она произнесла, обращаясь к собеседнику:

— Ну и что скажете, господин Эд?

Тот лишь пожал плечами и произнёс:

— Предложенный закон поможет нам и в какой-то степени наверняка позволит выловить самое низшее звено, тех, кто финансирует наших противников, но, боюсь, кардинально это ничего не изменит. Но, пожалуй, это всё, что нам остаётся.

Что ответила девушка, которой она была, Лена не узнала. Едва открыв рот, она снова погрузилась во тьму, чтобы проснуться в настоящем.

***

Первое, что она увидела, когда открыла глаза, — это снова была крышка медицинской капсулы. Слабости, как в прошлый раз, не было, как решила девушка, это из-за того, что раны были не очень глубокие, но её мнение изменилось в тот момент, когда Лена попыталась поднять левую ногу и поняла, что толком пошевелить ею не может. Наклонившись и присмотревшись, она заметила, что чуть выше ступни проступает замысловатый рисунок черного цвета. Потрогав его рукой и убедившись, что он никак не чувствуется, она поглядела по сторонам и обнаружила свой линкер, лежавший рядом на столике поверх новеньких вещей. Протянув руку и забрав его, Лена быстрым, привычным уже движением нашла номер Салматии и, дождавшись, когда она ответит, сказала:

— Неси костыли, у меня нога не двигается.

«Кошка» явилась спустя десять минут, немного запыхавшаяся и явно встревоженная. Подойдя к ней, она произнесла:

— Держись за меня, помогу вылезти.

Вытащив её из персонального гроба, она аккуратно усадила Северскую на пол и, дождавшись, когда Лена упрется спиной в капсулу, начала осматривать ногу. Осмотрев рисунок и пропустив сквозь ногу немного ЭНРы, она вынесла вердикт:

— Малое проклятие отсроченного действия. В ловушку попадала? — и, дождавшись кивка, продолжила: — Применяется для того, чтобы преследовать жертву было проще.

Задумавшись и выбыв из реальности на несколько секунд, она в итоге произнесла:

— Тебе удалось убить охотника?

— Да, — ответила ей Лена.

— Отлично. Это был Рагназ. Охотник не столько опасен, сколько изворотлив. Больше полутора десятка раз уходил из засад, как тебе вообще удалось загнать его в угол? Он ведь никогда не вступает в ближний бой без соответствующей подготовки.