Алая граница (СИ) - Лег Андрей - Страница 12

На что сразу решил и указать парень, который то и дело начинал спускаться обратно к земле: - Так ты купол годами будешь закрашивать... Неужели нет более простого способа.

- Есть. - не отвлекаясь от линий, согласилась с ним Экалрат: - Но простота не всегда надёжна, а кропотливая работа полезна для здоровья.

- Ага понял... - Филип решил не мешать девушке дальше и позволил себе наконец начать свой спуск вниз. И пока он спускался, парень продолжал осматривать территорию вокруг. Стефана он нашёл немного в стороне от дерева, задумчиво гипнотизировавшего дерево.

- Что в экофила подался? - решил пошутить Филип, хлопнув по плечу аристократа: - Я конечно тебя осуждать не стану, но знаешь девушки...

- Ты слышал голос, когда оказался внутри дерева?

- Голос? - молодой человек с непониманием посмотрел на сожителя и задумался: - Ну ты и вспомнил... да нет не было ничего. А ты зачем в дерево полез?

- Случайно. И не смотри на меня так будто я ненормальный!

- Ага. - покивал головой Филип: - А тебя значит можно? Заготовка недоделанного аристократа. Или думаешь я отголоски твоих мыслей не слышу, каждый раз, когда вынужден бросаться в очередную резню, в которую ваша милость нас завела? Я кстати тебя, когда в последний раз об этом напоминал?

- Две недели назад.

- Отлично. Как раз подошло время. И так с чего начнём?

- С моего перехода! - ответил ему Стефан и растворился в воздухе, уходя в реальный мир.

- Гаденыш. А я хотел побывать в Берлине, хотя бы в этом мире. Но ничего ещё прогуляюсь по его улицам. - и пошёл к той самой трещине, которую заметил с прошлого раза, но почувствовав опасность был вынужден бросить своё исследование.

И нашёл разлом всё там же и поразился увиденному. Корень уже восстановился и протянув руку парень почувствовал, как руку закололо от гудящий в корнях энергии. И эта сила внезапно потянулась к нем. Руку тут же обожгло, но когда Филип попытался её отдернуть, но...

- Филип... - раздался знакомый до дрожи голос. Сердце сжалось от боли, а на глаза навернулись слёзы. Молодой человек почувствовал это и вновь попытался отдернуть руку, но едва она сдвинулась на пару сантиметров, как раздалось: - Мы... обещали...

Новое движение, слезы из правого глаза уже лилась непрерывным потоком, а голос продолжал, взывать: - Сердце... вместе... обещали...

- Да замолчи ты уже! - мысленно закричал он, взявшись второй рукой за казалось приклеившуюся к воздуху конечность.

В этот момент сверху ударил красный луч, который в полуметре от корня, распался на множество лучей. Они обрушились как дождь на свою цель, едва правда не ударив по конечности самого юноши, который всё ещё без особых успехов, пытался отодвинуться от трещины. «Разделение» произошло внезапно и Филип кубарем покатился назад.

Остановившись, он оторвал лицо от земли и звякнув несколькими цепями, которые успели сформироваться вокруг его тела, посмотрел назад. Экалрат продолжала бомбардировать открытую рану на земле своей силой, и когда она бросила короткий взгляд на него, в её глазах было очень много злости и усталости. А потом добившись только ей понятного результата, вновь посмотрев на парня, просто сжала кулак и трещина под ней схопнулась, образовав небольшой пригорок.

- Снова не моё дело?

- Да. - подтвердила его слова фея, и вновь полетела к куполу.

- Может стоило ей рассказать, что Стефан слышал голос, когда соприкасался с сердцем дерева? - сев в позу лотоса, подумал Филип. Но так и не открыл рта, а просто лёг на спину, одной рукой вытирая так и продолжающий слезиться глаз. Вновь звякнули цепи на его руке и только теперь он решился задаться вопросом: - А когда это я начал походить на сранного металлиста? Не хватает только ирокеза для образа.

*****

- Опять ты?! - первое что услышал Светлана, проснувшись и увидев недовольное лицо аристократа из-за чего резко поскучнела и даже подумывала отвернуться и снова попытаться уснуть, но в итоге смирилась и изобразила поклон.

- Господин Стефан, рада приветствовать вас.

- Ты это спрячь... всё спрячь. - отвернулся от неё мальчика, который даже за столь короткое время успел разглядеть успел разглядеть больше чем по его мнению был должен. А Светлана, так и не показав какого-либо волнения по этому поводу, поправила сбившуюся одежду и спрятала свой крестик. После чего оделась в привычную «целомудренную» одежду и вышла из купе, дабы не смущать Стефана.

Вернулась она, однако в тот момент, когда парень всё ещё одевался и вновь окинув тушку, которая только-только начала обрастать мышцами, сообщила: - Вас вызывает командир. Хотят обсудить ваши действия на предстоящем банкете.

- Каком ещё банкете?! - ошарашенно смотря на девушку, попытался воззвать к её совести Лиис: - Что случилось за те дни, когда меня не было?

- Поразительно, насколько одинаковые вопросы вы задаёте с господином.

- Ты смеешь нас сравнивать, простолюдинка?

- А вам нужна помощь простолюдинки? Если нет, то я, наверное, пойду?

Говоря последние слова, она действительно сделала шаг к выходу, но была остановлена нетерпеливым жестом Стефана. Поэтому вернулась и сев на своё место, быстро пересказала, куда и зачем они вообще едут. Дослушав её как раз к тому моменту, когда уже сам почти полностью привёл себя в порядок, молодой аристократ сильно нахмурился. Как это часто бывает простолюдины не до конца понимали, что их ждёт на том самом банкете в будущем.

Поэтому и вышел он несколько позже чем сначала собирался. И не в военной форме. А когда дверь в вагон ресторан распахнулась, один из местных официантов едва ли не бегом подскочил к вошедшему юному, но в первую очередь аристократу. А Лиис придерживая шпагу, величественно прошёл до того самого стола, откуда за ним наблюдали его командир и несколько офицеров, после чего небрежным жестом показал, чтобы ему поставили отдельное место во главе стола.

За всеми этими действиями продолжали наблюдать офицеры, заместитель казалось вот-вот взорвётся от негодования, но молчал пока официант расставлял посуду для нового гостя. При этом он дрожал как осиновый лист и в конце концов уронил один из бокалов прямо под ноги Лиису. Тот разбился, а официант упал от казалось бы не очень увесистой, но оплеухи Стефана. Это действие вызвало совсем разное выражение лиц у новоиспеченных офицеров, и тех, кто более-менее долго уже служил в отряде. Лишь Семёнов продолжал едва ли с гастрономическим интересом взирать на обозревшего лейтенанта.

А Стефан продолжал комедию и нанёс новый по лицу уже упавшего на колени мужчины. После чего снял перчатки и бросил их на пол рядом с простолюдином. Тот же максимально быстро собрав осколки и подобрав перчатки скрылся, а его место заняла миловидная официантка, которая только что стояла за барной стойкой. Мило улыбаясь, она закончила с сервировкой стола и поинтересовавшись, что будет пить Стефан с поклоном удалилась.

- И что это значит? - дождавшись, когда официантка удалится, спросил гауптманн Штейн, также получивший повышение после последнего сражения. Быстрый взлёт с учётом того, что и обера он получил всего за месяц до рокового сражения.

Стефан мог бы ответить на вопрос, но командир жестом руки показал, что необходимости в этом нет. Наоборот развернулся к своим офицером, и явно стал ожидать от них самостоятельных выводов. Молчание несколько затянулось, пока капитан Филип Кёнинг не сделал предположение: - Так как предполагать крайнюю стадию оборзения от нашего новоиспеченного лейтенанта было бы слишком просто, думаю вы захотели нам показать отношение аристократии к простым людям.

- Правильно Кёнинг. - одобрительно покивал Фрундсберг: - Правда наш визави ещё по-божески к нам отнёсся. Не потребовал от нас немедленно покинуть тот стол который приглянулся именно ему.

- А с какого перепуга мы должны его слушать? - недовольно пробурчал Густаф Ван Вен Деле, оберлейтенант Кёнинга: - Он себя бессмертным чтоль считает? - при этом он так сильно надавил на кусок мяса перед собой ножом, что прорезался до тарелки. Неловкое движение руки и неприятный скрип заставил людей скривиться. Но если недовольные лица наемников и вызвали беспокойство у вернувшейся официантки, то она никак этого не показала. Более того она смотрела только на аристократа, до тех пор, пока он рукой не потребовал от неё, удалиться и не мешаться.