Отбросы (СИ) - Никтаров Антон - Страница 37

Тело, казалось, погрузили в раскаленный металл. Одновременно было нестерпимо жарко и в то же время в какой-то степени приятно. Пот струился с меня ручьями, даже открыть глаза не представлялось возможным. Тем не менее, через некоторое время тело привыкло к жару, хотя потоотделение не становилось меньше.

Я уже успел потерять счет времени, когда голос ламии, наконец, скомандовал:

– Перевернись!

Я послушно выполнил распоряжение, тут же раздалось шипение – Ка’риш снова поддала воды на камни. Теперь «пытке» подверглась вторая моя половина.

А ведь если подумать, так махать в этом маленьком филиале ада должно быть не очень-то легко. Хотелось открыть глаза и посмотреть на свою подругу, но пот по-прежнему заливал глаза, лишая меня такой возможности. Впрочем, куда я тороплюсь? Телу тепло – жар пробирает до костей, кажется, я стал находить это истязание приятным... Окончательно расслабившись, я полностью отдался во власть происходящего.

Не знаю сколько времени продолжалась процедура, но в какой-то момент. Ламия скомандовала мне сесть, не забыв в очередной раз поддать жару. Я вытер с лица пот, наконец позволяя себе открыть глаза – тело шестирукой было покрыто капельками пота, поблескивавшими в тусклом свете.

Девушка глубоко дышала, раскаленный воздух, казалось, ей вовсе не мешал в этом. И черт возьми, кажется, она стала еще прекрасней. Точеная фигурка, рельеф мышц отчетливо угадывался под покрытой легким загаром кожей. Большие янтарные глаза словно гипнотизировали, а чуть чувственные губы маняще поблескивали.

Ламия заползла ко мне, усаживаясь рядом и протягивая мне одну из плоских деревянных палочек:

– Знаешь для чего это?

Я кивнул. У Олега я пользовался такими же.

Риша взяла мою руку и, надавив на нее палочкой в районе предплечья, провела вдоль по всей длине. На импровизированном скребке остался небольшой слой грязи.

Девушка ухмыльнулась:

– Теперь я почищу тебя, а ты меня, – ее длинный хвост быстро оказался поверх моих ног. Желтый глаз подмигнул мне: – Начинай.

– Эй! Полегче! – едва не вскрикнула ламия, стоило мне приступить. – Не рыбу чистишь!

– Прости, не рассчитал – «Интересно, дело в было том, что в моем обществе были лишь мне подобные, чья кожа значительно грубее большинства разумных созданий, или в том, что ранее в моем окружении никого не было с чешуей?» – нежно погладив пострадавшее место, я начал заново, не сильно надавливая на змеиную часть туловища и хвоста. Видимо, к новому телу придется еще попривыкнуть. Силы в нем явно было не занимать и с ее применением, похоже, могут быть проблемы. Пожалуй, стоило быть аккуратнее в будущем, хотя ранее мои прикосновения не вызывали у нее дискомфорта.

Ламия периодически перемещала свой хвост, тем самым помогая мне справляться с задачей, а когда она начала скоблить мои бедра, пришлось приложить немало усилий, чтобы плоть снова не среагировала.

– «Интересно, когда я последний раз был с женщиной? Ну тут смотря с какой стороны посмотреть, но у этого тела, похоже, давно не было близости» – точно сказать я пока не мог, последняя часть жизни орка, до того как я занял его тело, была словно вырезана из сознания.

Закончив со змеиной частью, я перешел на человеческую и тоже столкнулся с неловкостью, когда дело дошло до ее груди – я замер в нерешительности.

– Тебя что-то смущает, – ламия лукаво улыбнулась.

Я кивнул:

– Боюсь не сдержаться.

Ка’риш рассмеялась:

– Если не сможешь, я тебе все кости переломаю.

– Жаль, – вздохнул я.

Ламия снова рассмеялась:

– Не переживай, мое отношение к тебе не изменилось. Я верю тебе.

– Твоя подруга не разделяет твоей уверенности, – вздохнул я.

– Она много лет была наемным убийцей и шпионом, а под конец своей карьеры сражалась с отродьями бездны в свите одного из королей. Ей по долгу службы положено не доверять окружающим. Тебе не стоит о ней беспокоиться, скоро она поймет что была не права, – заверила меня Ка’риш. – Не факт, что ты дождешься от нее извинений, у дроу с этим есть некоторые проблемы, но все же.

Я усмехнулся:

– Ты уж прости, но почему-то не разделяю твоего оптимизма.

– Дело не в оптимизме, – улыбнулась девушка. – Будь ты отродьем, в теле любого из разумных, Красавчик тебя бы и близко к себе не подпустил.

– Не знал, – честно признался я. – Значит животные могут служить своеобразными обнаружителями?

Ламия утвердительно кивнула:

– Кошки и собаки чувствуют потусторонних сущностей лучше остальных, но последних держать предпочтительнее. Громкий лай способен заблаговременно предупредить о многих опасностях.

– Может тогда нам стоит завести одну? – с подобием улыбки предположил я.

– Возможно, – не стала спорить девушка. – Хотя, пока Танлара рядом, к нам и без собаки никто не сможет подобраться незамеченным.

Некоторое время мы оба молчали, продолжая скоблить с себя грязь и омывать тела теплой водой.

– Может тебя тоже попарить? – предложил я, кивая на веники.

Вместо ответа ламия вытянулась на верхней скамье, принимая человеческой частью тела горизонтальное положение.

Поддав пару и повторив выполненную ламией процедуру, я стал не спеша нагнетать горячий воздух у ее тела. Используя веники, в большей степени, как вееры, я заставлял Ка’риш жмуриться от удовольствия.

– Вы, кажется, давно путешествуете вместе, не расскажешь, как вы познакомились? – спросил я, постепенно наращивая амплитуду и скорость движений.

– Ммм... – легкий стон сорвался с губ девушки, после которого она мечтальено улыбнулась. – Это было давно. В тот день я убила столько отродий, сколько, наверное, не убивала за все время проведенное в бездне, – ненадолго замолчав, она грустно вздохнула. – Если опустить описание совершенных убийств, то мы обе с боем прокладывали себе путь к бегству и, встретившись, просто объединили свои усилия. Что было дальше, ты уже знаешь.

– Занятно, – задумчиво произнес я, продолжая махать и увеличивать скорость.

Из-за быстрых и размашистых движений жаром обдавало не только тело моей подруги, но и мое собственное, подтверждая догадку о том, что парильщику достается в общем-то не меньше, чем тому, кого он парит.

– Перевернись, – теперь уже я отдал распоряжение, чувствуя, что воздух начинает остывать.

Отойдя в сторону и зачерпнув из бочки холодной воды, я вылил его на себя – стало заметно легче. Второй ковш отправился уже в глотку. Все это время оперевшись на локти средней пары рук, ламия с улыбкой смотрела на меня.

Поймав ее взгляд, я невольно улыбнулся в ответ:

– Тебя тоже полить или сразу приступаю?

– Сразу, – улыбнувшись шире ответила девушка, снова принимая горизонтальное положение.

– Так ты тоже сражалась с демонами? – зачерпывая воду из котла, спросил я.

– В некотором роде, – согласилась Ка’риш, прикрывая глаза. – Я была пленницей бездны, – с налетом грусти добавила она. – И сражалась на арене по прихоти своих хозяев, – тяжелый вздох покинул грудь девушки.

– Извини, – искренне сожалея, что пришлось потревожил старые раны, произнес я, выплескивая воду на камни и заставляя облако пара подняться в воздух. – Я не хотел...

– Все в порядке, – не дав договорить, поспешила успокоить меня ламия. – Это было достаточно давно, чтобы я смогла отпустить прошлое.

Обмакнув веники в воду, я снова повторил всю процедуру, начиная неспешно гнать раскаленный воздух на тело своей подруги. Все шесть ее рук вытянулись вдоль тела. Ее высокая грудь даже в таком положении не слишком теряла своей манящей формы.

Я сглотнул, чувствуя, как кровь снова устремляется вниз. Стараясь удержать себя в руках, я усиленно замахал вениками. Волны жара ударившие в грудь и лицо несколько отрезвили, но совершенно не успокоили плоть. Веря в свой самоконтроль и, сосредоточившись на механических движениях, я старался не думать о прекрасной девушке и ее не менее прекрасной груди.

Однако стараясь не смотреть на свою спутницу, я, видимо, невольно снизил амплитуду движений, а пытаясь бороться с крепнущим желанием не заметил как со временем температура вокруг начала постепенно снижаться.