Мир Элайлиона (СИ) - Саражаков Давид - Страница 34

— Подожди-ка. А горожане, что ли, не знают про бар в подвале?

— Нет, знают. Этот, наверно, приезжий.

Через некоторое время они подходят к развилке. Впереди кабинка, вероятно лифта, а слева коридор, посреди которого множество дверей. Попаданцы заходят в лифт, стены которого представляли собой решётки. На стене справа большая табличке с иллюстрациями, на которой на «нерейдие», главном в этом мире языке, написаны правила пользования лифтом с иллюстрациями. Максимально допустимый вес написан на двух системах измерения. Келли закрывает дверь кабины и нажимает на минус первый этаж из четырёх.

Когда они оказались на нужном этаже, взгляду открываются темноватая прихожая с деревянными стенами, покрытыми чем-то на подобии лака и проходящими вдоль потолка лампами. Пройдя дальше, люди попадают в открытое пространство с барной стойкой и множеством круглых столов со стульями, обитыми мягкими тканями. За баром сидели три человека, двое из которых обсуждали что-то друг с другом, а один разговаривал с барменом. За одним из столов сразу пять человек о чём-то дискутировали.

— Всем привет! — поприветствовала всех Келли, помахав рукой.

Воздух, наполненный озорным журчанием разговоров, тут же заполнился тишиной. Все посмотрели на девушку.

— Келли! — узнали несколько человек девушку.

Немногочисленные посетители бара приветствовали девушку с любезностью и теплотой. Подняв свои бокалы, они выразили благосклонность и товарищество, сплочённость и гостеприимство этого места. Девушка отвечала на их приветствия, показывая свою искренность, так для неё характерную.

— Привела с собой кого-то? — обратила внимание на Игоря одна улыбающаяся девушка, когда они присели за барную стойку.

Атмосфера и посетители делали этот бар определённо самым гостеприимным заведением, в котором когда-либо бывал Игорь. Создавалось ощущение, будто плохих людей в этот мир просто не призывают…

Но в разгар веселья, когда Игорь выпивал со своими новыми знакомыми, он замечает странность:

«Сюда впускают только героев, так Келли говорила? Почему тогда они здесь?»

До этого он не заметил этого, наверно из-за темноты в баре. Кроме людей здесь также присутствовали четыре представителя местных рас. Нет, Игорь был не против, но всё же, почему они здесь? Может, они знакомые кого-нибудь из присутствующих здесь героев?

Когда веселье прекратилось и все продолжили заниматься своими делами, Игорь спросил Келли об этой странности.

Глава 18

Белый Лотос

Я шёл в густом лесу, где деревья, плотно сросшиеся и окутанные пеленой таинственных теней, тихо шелестят листьями, чуть покачиваясь, кланяясь друг другу. Вдали слышится песнь птиц, что так тиха и столь печальна, что слышатся в ней лишь крик их прощания с жизнью. Но вскоре они замолкают.

Через некоторое время моей бесцельной ходьбы густой лес просветляется — как будто солнце сгустило свой свет только в одном месте. Я оказываюсь на очаровательной полянке, окружённой дикими цветами и пышной зеленью. Благодаря лучам солнца, проникающим сквозь густую листву, лужайка искрится яркими цветами.

Посреди полянки проходит ласковая речка. Её кристально чистая вода сверкает в лучах солнца, словно тысячи маленьких стекляшек.

Я подхожу к берегу реки, выбираю место поровнее и сажусь на землю скрестив ноги. Тёплые солнечные лучи согревали кожу. Слабый ветер покачивал низкорослую траву вокруг.

Это место представлялось мне убежищем от суеты и проблем.

Мгновение спустя, в мягком журчании, в нежном свете, расстилающемся над рекой, возникло тревожное шелестение воды. Над гладью реки из-под воды начала выходить девушка в белом платье.

Вода несла с собой мягкость и свежесть, которые нежно облекали каждую прядь её белых, как снег, волос от чего они немного склеились. Касаясь её кожи, влага оставляла за собой прозрачными капельками сияющий блеск, словно драгоценные бусины. А эти капли, в свою очередь, струйками скатывались по её бархатистой коже вниз, оставляя мокрые следы. Каждое движение изящного тела лишь увеличивало игру света на коже. Её белое платье, пропитанное влагой, прильнуло к телу, подчёркивая каждый изгиб и становясь немного прозрачным. Стараюсь не обращать на это внимание…

За её спиной выглядывали небольшие ангельские крылья, чья изящная форма и роскошные перья подчёркивали явно небесную, сверхъестественную, природу этой девушки. Перья словно отталкивали влагу, а ветерок нежно обдувал их.

Девушка посмотрела на меня и ласково сказала:

— Привет.

Нежные губы слегка приподнялись. Глаза немного сузились, будто выражая радость и доверие.

Сердце резко ударило в груди.

Сглотнув, я сказал:

— Да, привет… Богиня?

От подобного заявления, улыбка девушки пропала, а глаза расширились, выражая удивление.

— Как ты это понял?

— … Ну… Просто предположил?

Вспомнил сюжеты множества прочитанных мной книг.

— М-м-м~… — улыбнулась девушка шире, чем до этого, — Понятно.

— Да…

Какой неловкий разговор. Мне, блин, двадцать три, а я с Богиней общаюсь, словно неуверенный в себе мальчишка, который хочет признать в любви своей однокласснице… Почему так? Из-за её красоты? В конце концов, она действительно невероятно красива. Без преувеличения, девушки прекрасней Богини я никогда не видел ни на изображениях, ни уж тем более в жизни… Но нет. Не из-за этого, а от того, что я понимаю, какая личность находится передо мной. И понимаю, что эта девушка может изменить своë мнение касаемо моего пребывания в этом мире. Не смотря на произошедшие недавно события, я этого не хочу. Но мысль о том, что она пришла, потому что разочаровалась в моей кандидатуре, сразу же появилась в голове.

Что если она решила отправить меня назад?

И пока я об этом думал, Богиня начала выходить на берег, становясь ко мне ближе, что позволяло её лучше разглядеть. Мелкие волны бьются у её ног, а взору из-за прозрачной и прилипшей к телу одежды открывается вид… Тут же отворачиваюсь.

На кого точно нельзя пялиться, так это на Богиню!

Хотя даже если бы это была обычная девушка, я не стал бы глазеть на неё. Это просто не культурно.

— Не волнуйся, я пришла не из-за этого, — сказала Богиня мягко, — Посмотри на меня.

Я повернулся назад и сглотнул.

Богиня сидела передо мной на коленях. Белые волосы высохли, теперь напоминая нежное облако и ниспадая на плечи. Белое платье также высохло, однако всё ещё подчёркивало изящную фигуру. Лёгкая улыбка и глаза бледно-голубого цвета излучали доброту и тепло.

Тут подул лёгкий порыв, развевая волосы, словно играя с искрящимися от света солнца нитями. При каждом соприкосновении порыва ветра с крыльями они почти неприметно двигались, будто от радости.

Время, казалось, замедлилось, а сердце замерло от красоты видения. Взгляд самостоятельно тянулся к ангельским чертам.

Богиня похлопала по своим коленям ладошками и сказала:

— Ложись.

— … Что?

— Ложись, — похлопав ещё несколько раз.

— … Подождите! — помахал я правой рукой, — Разве… могу я…

— А на коленках духа с радостью лежал, — сощурила Богиня глаза.

— … Ну, тогда… — не знал я, что ответить на её… упрёк?

— Хмм? Может, я просто слишком зрело выгляжу?

— …

Меня только что в любви к лолькам обвинили? (В гебефилии, т. к. Лин выглядит на 13.)

На самом деле я предпочёл бы этого не делать. Но оскорбить её отказом нельзя. И, наверное, она в чём-то права. Лежал я тогда на коленках Лин, потому что воспринимаю её как ребёнка, и отклика почти не было, лишь лёгкое смущение. Здесь же всё иначе. Передо мной существо, которое, я уверен, без особых проблем способно уничтожить меня на месте. Да, сейчас меня волнует вовсе не её красота, а могущество.