Мир Элайлиона (СИ) - Саражаков Давид - Страница 29

— Анвил! — тут же закричал он имя разумного, который ещё не так давно находился рядом. В ответ лишь тишина.

Аргилэ пошёл дальше к Анвилу, но… берег ведь должен был уже показаться? Почему ему приходится так долго идти? Не ясно, почему, но Таури чувствовал тревогу. Он уже оказывался в густом тумане, но этот… с ним что-то не так. Холодный туман проникал сквозь его одежду, пронизывая кожу, словно холодные пальцы смерти.

Сердце Таури тревога начала заполнять мысли. Теперь он полностью изолирован от внешнего мира, лишён возможности ориентироваться по зрению и слуху. Хотя… кажется, даже воспоминания начали его подводить.

Внезапно где-то за спиной раздался очень близкий и громкий девичий крик, от которого у Таури заложило уши, из-за чего он закрыл их руками. Какое-то время он не мог ничего слышать, а когда смог, ещё какое-то время приходил в себя, держась руками за голову.

Внезапно слева от него раздалось злобное рычание с отчётливыми шагами по воде. Звук проник в его уши, вызывая мурашки по всему телу. Тут же его голову заполнила одна мысль:

«Бежать! Нужно бежать!»

Но пара мгновений и он задумался уже о другом:

«Где Анвил?»

Что ему следует сделать? Как поступить? Разве не нужно спасти прежде всего самого себя? В чём смысл жертвовать своей жизнью ради спасения кого-то, с кем ты познакомился только вчера?

… Ну что за глупые вопросы? Это то, о чём даже задумываться странно. Если он оставит этого разумного на смерть, это будет противоречить его собственным принципам и нравственности. Да, это опасно. Да, это сложно. Но в то же время это правильно и необходимо.

… Осталось только его найти.

* * *

В это же время…

Туман плотно обвил деревню аргилэ, окутывая каждый дом. Он пришёл незаметно и внезапно, будто призрак, и проник в каждую щель, затуманивая взгляды и скрывая все контуры. Обычно живая и шумная деревня погрузилась в молчание.

Улицы, ранее знакомые и привычные для аргилэ, стали лабиринтом. Каждый приглушённый и почти неслышимый шаг вызывал тревогу и непонятно откуда взявшийся глубокий страх.

Лин сидела в центре комнаты, положив обе руки на землю, где росли растения, закрыв глаза, сосредоточившись на чувствах.

— Ч-что происходит? — спрашивала сидящая с ней рядом Анаэль.

— Не знаю, — ответила дух, — Лес… Не контролирует себя.

Лин переживала не меньше Анаэль. Лес будто… теряет себя. Он больше не отвечает Лин. Сейчас одни злые духи стремятся к месту предполагаемой угрозы, — к сердцу Леса, — а другие, более молодые, вероятно, начали бесчинствовать, убивая жителей Леса и не боясь, что будут за это наказаны. Только вот они ошибаются. Да, наказаны будут не все, ведь пока Лес не может ничего чувствовать, но большинство злоумышленников будут пойманы. Однако… сейчас духов никто не сдерживает.

Лин резко поднялась с места и посмотрела на Анаэль внизу.

— Я должна отправляться. За деревню можно не переживать — молодые духи не нападут на большое скопление разумных, — но Анвилу грозит опасность.

— Х-хорошо! Я подожду…

— Но сначала тебя нужно отнести туда, где побольше аргилэ.

Тут же, с противоположной от болота стороны, раздаётся далёкий крик. Анаэль даже показалось, что в нём можно было различить слова, но всё же он был слишком далёк.

Через мгновение Лин, схватив на руки взвизгнувшую от неожиданности Анаэль, на очень большой скорости выбегает из дома. Она бежала сквозь туман, но для неё он не был большой проблемой. Бежала туда, где должны были собраться все аргилэ, к центру деревни, у дома главы. Маги из числа этой расы должны были почувствовать ненормальность происходящего.

Но когда Лин прибежала к этому месту, то увидела то, чего не ожидала.

* * *

Я смог поднять свою голову из лужи, в которой меня топили, начав жадно вдыхать болотный воздух. Но что-то продолжало держать мои ноги. Однако мгновение — существо меня отпускает, а я пытаюсь подняться из грязной воды, при этом еле слышу и чувствую колебания воды вокруг. Руки, покрытые грязью и водорослями, глубоко утопают в мерзких нечистотах и скользят по корням, покрывающим дно этого болота.

Пытаюсь во тьме найти опору для рук, но, когда кажется, что я смогу встать, ослабевшие руки соскальзывают, и я падаю лицом в грязь. Ноги и руки ощущают острую боль от ран и усталости мышц.

И вот я пытаюсь хотя бы выползти из трясины, как по мне будто кто-то проходит прямо по спине. Не смотря на эту странность, я продолжаю ползти и через какое-то время меня кто-то хватает за подмышки.

— [Яз. Нерейдий] Анвил, поднимайся! — слышу я будто сквозь воду. Такой знакомый голос, говорящий на другом языке… Таури?

За подмышки он вытаскивает меня из трясины. Конечно, я и сам пытался выползти, подталкивая свою тушу ногами. В какой-то момент Таури отпустил меня, но встать не получалось, а в глазах всё ещё темно. Но Таури ведь всё ещё видит? А это значит… что-то произошло с моими глазами?

* * *

Настоящее чудо — Таури всё же нашёл Анвила.

Но нашёл в довольно-таки плачевном состоянии — его топили.

Те, кто его топили… Были небольшими, примерно в три с половиной флама (метр сорок)… Таури слышал про подобных существ. Неужели действительно тени ночи? Или по-другому, как их называет большинство рас, злые духи?

Но Таури не мог долго размышлять — одна из теней вдавливала голову Анвила в воду, вторая держала ноги, а третья замахивалась на его руки топором. Аргилэ был быстр. Он подбегает к теням с решимостью в глазах. Резким движением косы герой отсекает голову схватившего человека за голову духа, освобождая Анвила. Затем быстро поворачивается к духу, удерживающему ноги человека, и сильным ударом косы пытается отсечь его руки, но тень быстро отступает.

Анвил в этот момент пытается выбраться из грязи.

Третий дух, замахиваясь топором, приближается к Таури. Но аргилэ, несмотря на страх, не отступает, хоть и знает, насколько духи опасны. Он сосредотачивается и в последний момент, сделав быстрый боковой шаг вправо, уклоняется от удара топора, который тот совершил, наступив на Анвила. Затем Таури отвечает сильным ударом косы, но снова мимо — дух быстро отступает.

Два духа встали на расстоянии от Таури, разглядывая его.

«Вроде мелкие, а реакция с силой нешуточные…» — подумал Таури.

Освободив Анвила, герой, схватив его под мышки, быстро уводит его подальше от духов, обеспечивая безопасность. Он ощущает, как адреналин бушует в его жилах, но, несмотря на это, пытается сохранять хладнокровие и решимость.

— [Яз. Нерейдий] Анвил, поднимайся! — кричит Таури человеку, пока перетаскивал его. Но он будто не слышит его. Анвил потряс головой, но в итоге, часто дыша, сказал:

— Таури, я ничего не вижу… сейчас я тебе не помощник.

Таури не понимал, что говорит Анвил, но точно видел его расфокусированный взгляд и попытки рассмотреть хоть что-то.

Поняв, что ему придётся справляться одному, Таури поднялся.

«Впервые я действительно сражаюсь, а не тренируясь с отцом.»

Таури разглядывал духов, как и они его.

Духи обладали безупречной внешностью. Кожа — светлая и гладкая, с нежными узорами на щеках, придающие им загадочности, различающиеся у обоих. У одного длинные, у другого короткие чёрные волосы. Их глаза — наверно, самая выделяющаяся часть. Большие, округлые и гипнотические, с яркими неестественными цветами. У коротковолосого, который стоял с топором, глаза цвета изумруда (оттенок зелёного), у длинноволосого цвета аметиста (тёмно-фиолетовый). Их взгляд полон загадочности и зловещей привлекательности. А одежда явно потрёпана. Она была тёмной, почти не отражающей свет. У одного, коротковолосого, обычная мужская, у длинноволосого платье с кружевами.

В этот момент тело с отрубленной головой достаёт из воды свою голову и прикрепляет её на законное место, а после поворачивается к аргилэ. Его жёлтые глаза, будто сияющие в темноте, въедались в сознание Таури.