Белая Кость (СИ) - Эль Кебади Такаббир "Такаббир" - Страница 60

— Так положено. Это Книга Книг. Святое писание.

Таян села на пятки:

— Тем более странно. Не понимаете, что там написано, а улыбаетесь.

Янара оторвала взгляд от страницы, покрытой вязью как кружевами:

— Я благодарю Бога.

— За что?

— За всё, что у меня есть.

— А что у вас есть?

— Кров, еда, мягкая постель, огонь в очаге…

— Это вам дал король. Что дал вам бог? — допытывалась Таян.

— Он подарил мне жизнь.

— Подарок — это вещь, с которой можно делать что угодно. Вы можете жить, как вам хочется?

— Не могу.

— Тогда за что вы его благодарите?

— Таян! — прикрикнула Миула, удаляя ножом нагар со свечи.

Посмотрев через плечо, Янара вскочила на ноги:

— О господи! Миула! В молельню нельзя приносить оружие!

Служанка двумя пальцами очистила лезвие от воска и затолкала нож в кармашек на голенище сапога:

— Где вы увидели оружие?

— Зачем он тебе?

— Вдруг кто-то захочет срочно сбрить бороду.

— Выйди.

— Миледи…

— Выйди!

Обиженно надув губы, Миула удалилась.

Янара села на скамью. Обвела взглядом помещение без окон и с низким потолком. Замкнутое сплющенное пространство давило на плечи, заставляло сгибать спину и склонять голову. На столике у двери тоскливо горели свечи, окропляя медный подсвечник восковыми слезами.

— Не сердитесь на неё, — сказала Таян тягучим, не по-детски низким голосом.

— Я не сержусь. — Янара запахнула на груди полы плаща. — Своей жизнью распоряжаются только мужчины. Женщины повинуются. Отцу, мужу, брату, сыну.

— Ну вот… Благодарить бога не за что.

— Когда я попаду на небеса — попрошу его заступиться за женщин.

— Думаете, бог станет вас слушать? Он же мужчина.

Янара улыбнулась:

— Иди ко мне.

Таян подползла к ней на коленях. Янара обняла девочку за плечи и прижалась щекой к чепцу на её голове:

— Замёрзла?

— Нет.

— Давай пойдём в город и купим вам с Миулой шарфы и варежки. Потом найдём укромный уголок и поиграем в снежки. Ты играла когда-нибудь в снежки?

— Конечно играла.

— А я — нет.

Дверь распахнулась, и на пороге возникла Миула:

— Миледи! К вам пришли.

— Кто?

— Не знаю. Смотрительница сказала, что вас ждут возле Женской Башни.

Янара вышла из молельни, вместе со служанками пересекла тесный дворик и, завернув за угол белокаменного строения, споткнулась:

— Бари?..

Брат спустился с лестницы и двинулся ей навстречу важной походкой.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Янара, всматриваясь в заросшее бородой лицо.

В голове пронёсся ворох мыслей. Бари пришёл за деньгами, заработанными сестрой в холостяцком доме. Или за лошадью, которая была возвратной частью приданого, а Янара приехала на ней в Фамаль. Или он упросил настоятельницу монастыря приютить нищую вдову?

Брат вытащил из-за пазухи тулупа рукавицы. Надев их, взял Янару под локоть:

— Проводишь меня до ворот?

Значит, он явился не за деньгами. Ну и слава Богу. Не хотелось оставаться с пустой монетницей за десятки лиг от дома.

Они пошли по дорожке, проложенной между сугробами. Сзади, оскальзываясь и посмеиваясь, следовали Миула и Таян. Слева и справа звучали голоса работников, занятых уборкой снега. Рядом надсадно дышал брат.

— С Рулой всё в порядке? — не выдержала Янара.

— В порядке. — Бари посмотрел на неё как-то странно. — Хорошо выглядишь. Посвежела. И одета прилично.

— У тебя какие-то дела в городе?

— Дела. — Бари оглянулся. — Вы можете не идти за нами? — Дёрнул Янару за локоть. — Скажи им.

Она обернулась к служанкам:

— Всё хорошо. Это мой брат. Подождите меня здесь.

— Настырные какие, — проворчал Бари, увлекая её дальше.

Янара озиралась, силясь понять, где они находятся. Дорожки пересекались и разбегались в разные стороны. Вокруг какие-то строения с портиками и галереями, лестницы и террасы, занесённые снегом. Там и тут над постройками возвышались башни.

— Ну всё! Дальше не пойду, а то заблужусь. — Янара выдернула локоть из руки брата. Поправила сползший на затылок капюшон, запахнула на груди полы плаща. — Говори, зачем приехал.

Бари вытер рукавицей нос:

— Ты выходишь замуж.

Янара похолодела:

— Нет…

— Уже всё решено. Я подписал договор.

Забыв о правилах приличия, не думая о том, что кто-то может их увидеть, Янара со злостью вцепилась в воротник тулупа, притянула брата к себе и прошипела ему в лицо:

— Ты не можешь так со мной поступить!

— Могу.

— Я лучше лягу в могилу, чем в чью-то постель!

Заметив, как брат поднимает руки, зажмурилась. Сейчас ей выбьют зубы…

Брат мягко высвободил воротник из её пальцев:

— А если это постель короля?

Из глаз Янары брызнули слёзы.

— Зачем ты это делаешь?

Бари взял её за плечи и хорошенько встряхнул:

— Ты слышишь меня или нет? Ты станешь женой короля.

— Не хочу!

— Дура! Ты станешь королевой!

Янара без сил опустилась в сугроб:

— Я не хочу.

Бари присел на корточки, стал поглаживать её колени:

— Этого хотел наш отец. Он сейчас смотрит с небес и радуется.

— Господи… — Янара закрыла лицо ладонями. — Я только начала дышать.

— Я дал тебе в приданое свою землю вместе с каланчой.

Янара уронила руки:

— С ума сошёл… Где вы будете жить?

Бари наклонился к ней и прошептал:

— Король назначил меня кастеляном Мэритского замка. Представляешь?! Мы с Рулой переберёмся жить в настоящий замок! — Восторженность в его глазах сменилась лихорадочным огнём. — У меня будут слуги, стражники. Склады с провизией, конюшня с лошадями. Твоя сестра наконец-то выйдет замуж и слезет с моей шеи. Я не смел о таком мечтать! Как ты его захомутала?

Янара хотела подняться, но руки проваливались в снег, и она погружалась в сугроб ещё глубже. Брат схватил её за отвороты плаща и поставил на ноги.

— Иди, Бари.

— Ты же не наделаешь глупостей?

— Иди.

— Если сорвёшь сделку, я от тебя отрекусь.

Она нервно рассмеялась и побрела по дорожке.

— Я прокляну тебя и твоих детей! — ударилось в затылок.

— У меня их нет, — крикнула Янара и прибавила шаг.

— Ах ты ж дрянь… — прорычал Бари и подавился словами.

Она оглянулась. Дорогу брату загораживали служанки. Откуда они взялись? Янара видела их спины, видела вытянутое от изумления бородатое лицо. Брат почему-то смотрел куда-то вниз и боялся сделать шаг — вперёд или назад. Тайной стороной своего существа Янара хотела, чтобы Бари исчез из её жизни навсегда. Не упал в снег замертво — нет! Просто испарился, улетучился.

— Миула! Таян! — позвала она и, направив взгляд на самую высокую башню, свернула на другую дорожку.

У входа в королевскую резиденцию Янару и служанок остановил караул.

— У меня важное сообщение для короля, — произнесла она.

За спиной послышался голос Миулы:

— Миледи, может, не надо…

Не оборачиваясь, Янара жестом велела ей умолкнуть и, собрав остатки смелости в кучку, сказала воинам:

— Очень важное и очень личное сообщение.

Гвардеец проводил робкую троицу на третий этаж, где их встретил рыцарь. Проследовав за ним, девушки очутились возле двери, украшенной орнаментом из бронзы. Караульный вошёл в королевские апартаменты. Тотчас вернулся и впустил Янару в гостиную.

Она замерла перед столом, расчерченным мелом на квадраты.

Рэн оторвал взгляд от цифр, выведенных в клетках:

— Вы чем-то встревожены, леди?

— Ваше величество, я не выйду за вас замуж.

Отложив тряпку и кусочек мела, Рэн отряхнул ладони:

— Почему?

— Потому что я вдова и должна два года носить траур.

— Церковь признала ваш брак с герцогом Мэритом недействительным.

Янара потеряла дар речи и какое-то время стояла, таращась на Рэна. А он смотрел на неё и молчал.

— Как — недействительным?.. — промямлила она.

— А вот так. — Рэн присел на угол стола. — Ваш отец забыл разорвать вашу помолвку с господином… Не помню его имя. Надо спросить у Святейшего. По закону надо сначала разорвать помолвку и только потом устраивать брак дочери с другим человеком.