Белая Кость (СИ) - Эль Кебади Такаббир "Такаббир" - Страница 149

Сейчас Рэн видел за круглым столом своё королевство: пятьдесят штандартов могущественных домов в лице полсотни влиятельных мужей, каждый из которых при большом желании и слепом везении мог стать королём. И в очередной раз убеждался, что зависит от них сильнее, чем они от него.

— Я не отрекусь от своих детей, — заявил Рэн твёрдо. — Давайте сменим тему.

Хранитель грамот переступил с ноги на ногу:

— Ваше величество, можно мне уйти?

— Одну минуту, господин Янта. — Ардий прокашлялся в кулак и поднялся с кресла. — Меня интересует один вопрос: почему в списке претендентов на корону нет имени моего подопечного?

— Вы говорите о герцоге Мэрите?

— У меня один подопечный, господин Янта.

Лагмер поднял руку:

— Разрешите мне ответить.

Хранитель грамот посмотрел в довольное лицо герцога и затаил дыхание: сейчас из ушата польются помои…

— Помните Сантара? Кузена Холафа Мэрита. Этого хамоватого и самоуверенного рыцаря. — Лагмер обвёл мужей взглядом. — Помните?

— Это его убили мои люди при осаде Мэритского замка? — спросил Киаран.

— Да, его, — кивнул Лагмер. — Как-то Сантар напился в таверне и выболтал одну тайну.

Рэн похлопал ладонью по столу:

— Совет Великих — не место для обсуждения сплетен и слухов.

— Бертол — по крови Мэрит! — выкрикнул Лагмер. — Но его отец не Холаф!

В зале воцарилась глухая тишина.

— А кто же? — прозвучал чей-то несмелый голос.

— Сантар или старый лорд Мэрит.

Рэн потерял дар речи. Его сердце остановилось.

Ардий набычился:

— Это ложь!

— От Холафа не понесла ни одна крестьянка, ни одна шлюха, — заявил Лагмер. — Он был бесплодным.

— Мы подозревали это, — вставил лорд Марвел, друг покойного герцога. — Но сам он молчал.

Лицо Лагмера просветлело, словно он только что получил доказательства своих слов.

— Сантар как-то перебрал в таверне и похвастался, что Холаф попросил его и своего отца, старого лорда Мэрита, провести с Янарой несколько ночей, чтобы она понесла. Это слышали мои рыцари.

— Повезло вашим рыцарям, — съязвил кто-то.

— Думаете, почему старый Мэрит признал Бертола своим внуком?

— Вы лжец! — прорычал Ардий.

Лагмер растянул губы в улыбке:

— Когда ваша рана заживёт и вы сможете держать в руке меч, напомните мне о своей наглости. Я вызову вас на поединок.

Изогнув бровь крылом, Киаран потёр подбородок:

— Почему вы не сказали этого раньше?

— Раньше леди Янара была королевой.

Хранитель грамот вскинул голову:

— Даже не рассчитывайте, что я внесу в хронику эту гнусную сплетню.

— Да как хотите, — усмехнулся Лагмер и обратил взгляд на Ардия. — Ваш подопечный из Мэритов, всё верно. Пусть будет герцогом, чёрт с ним. Но пока существует мой род — в списке претендентов на престол Мэритов не будет.

Лорд Микко постучал кулаком по подлокотнику кресла:

— Давайте сменим тему.

Рэн взял себя в руки, выпрямил спину и проговорил бесцветным тоном:

— Я хочу, чтобы дороги стали безопасны для торговцев, хочу, чтобы развивалась торговля. Но пока вы содержите разбойничьи отряды, моим планам не суждено сбыться.

Дворяне заговорили, перебивая друг друга.

Тихо приоткрылась дверь. Командир Выродков заглянул в щель и, что-то шепнув караульному, скрылся. Гвардеец проследовал к столу и наклонился к Киарану:

— Милорд, приехал ваш сын. У него срочное сообщение.

Киаран жестом дал понять королю, что уходит, и быстрым шагом покинул зал Совета Великих.

— 2.44 ~

Киаран решил срезать путь. Вместо того чтобы пройти по аллеям, огибая павильоны, террасы и живые изгороди, он пошёл через хозяйственные дворы. И прогадал. Здесь и в спокойные времена было людно, а сегодня и вовсе не протолкнуться. Великие лорды приехали со свитами. Свиты привезли челядь и оруженосцев. Личные слуги ждали господ в гостевых покоях; остальным запрещалось ходить где им вздумается, и они по-хозяйски заняли задние дворы, чем нервировали обитателей замка.

Конюхи наполняли лошадиные кормушки и костерили почём зря понаехавших гостей и их прожорливых коней. Около казарм эсквайры спорили с гвардейцами. Дворовые работники махали мётлами, поругиваясь с банщиками и прачками, ожидающими водовозов.

Завернув за угол оружейного хранилища, Киаран увидел возле открытых ворот небольшой отряд всадников, а среди них Гилана на взмыленном иноходце. Лучники на крепостной стене и стражники, стоящие внизу, не спускали с них глаз. Мятые штаны, покрытые пылью кольчуги, всклокоченные волосы и измождённые лица Выродков говорили лучше слов, что воины проделали путь, толком не отдыхая, падали спать где попало и питались чем придётся. Но внушительные позы, крепкие руки, лежащие на рукоятях мечей, и ремни с метательными ножами в специальных гнёздах предупреждали: за внешней усталостью таится опасная сила.

— Что с мамой? — спросил Киаран, страшась услышать ужасную новость.

— С мамой всё в порядке, — ответил Гилан.

Выдохнув с облегчением, Киаран отстегнул от пояса монетницу и кинул Выродкам:

— Отправляйтесь в постоялый двор. — Взял иноходца под уздцы и повёл его к оружейному хранилищу, поглядывая на сидящего в седле сына. — Какого чёрта ты делаешь? У тебя рёбра ещё не срослись. Почему не прислал гонца?

Гилан посмотрел угрюмо:

— Мне кажется, я совершил ошибку. Хотел поговорить с вами лично. — Зыркнул по сторонам и прошептал: — Помогите мне слезть. Чтобы никто не видел.

Киаран подставил плечо:

— Болит?

— Ерунда. Повернулся неловко.

Осторожно спрыгнув на землю, Гилан даже не поморщился от боли, лишь тихо охнул. Отдал подскочившему эсквайру меч и ремень с ножами.

Киаран отвязал от седла вещевой мешок:

— Идём, поищем тебе место в казарме. Башню Гербов «захватили» великие лорды. Не хочу, чтобы ты кланялся кому попало.

Гилану выделили комнату, выходящую окнами на загон для лошадей — единственная отрадная картина в хозяйственных дворах.

Киаран приказал дежурному по казарме позвать Черемеха. Закрыв дверь, бросил мешок на табурет, приставленный к столу, на котором поместятся разве что кружка и тарелка.

— Что произошло?

Гилан с видимым усилием сел на край узкой койки. Упёрся кулаками в матрас, застланный колючим солдатским одеялом, и медленно выпрямил спину:

— Две недели назад в Ночной замок прибыли посланники из королевства Осмак. Их королю потребовались три сотни Выродков для личной охраны. Заплатили за год.

— Замечательно! Наши люди хорошо себя зарекомендовали при дворе короля Джалея. Его брат покровительствует правителю Осмака, так что всё резонно.

Гилан осторожно подвигал плечами:

— А второй брат Джалея покровительствует королю Хоры.

— Верно.

— Неделю назад явился посланник из Хоры и нанял три сотни Выродков для охраны своего короля. Заплатил за год.

— А ты переживал, что наше ремесло застопорилось, — усмехнулся Киаран, да так и застыл с усмешкой на губах. — Чёрт подери…

— Вы думаете о том же, о чём думаю я? Грядёт сражение, да?

— Похоже на то.

— Я только не пойму, кто с кем собрался воевать.

— Уж точно не братья Джалея друг с другом, — сказал Киаран, ни капли не сомневаясь в своей правоте.

— Понятное дело, — согласился Гилан. — Они специально забрали у нас воинов, чтобы их не получил наш король? Да?

Киаран с угрюмым видом поджал губы:

— В Дигоре триста Выродков. Теперь в Хоре триста и в Осмаке триста. Итого в распоряжении Джалея девять сотен. Он ведь главный. Он командует всеми. Один Выродок стóит десяти рыцарей. Получается, Джалей хитростью собрал серьёзное войско.

— Меня заверили, что они будут охранять королей Осмака и Хоры, — проговорил Гилан. — Я спросил, потом ещё раз уточнил и записал в договор. Выродки не станут биться.

— А если на поле брани выйдет тот, кого они охраняют?

— Вот об этом я и подумал. Когда Выродков уже отдал. — Гилан окончательно упал духом; его плечи поникли, подбородок упёрся в грудь. — И что теперь делать?