Белая Кость (СИ) - Эль Кебади Такаббир "Такаббир" - Страница 139

Караульный сопроводил короля в освещённый факелом подвал. В глубине помещения, заставленного бочками, ящиками и мешками, обнаружилась дверь. Лорд Айвиль, коннетабль гвардии и командир отряда Выродков встретили Рэна церемонными поклонами. С табурета, стоящего посреди комнаты, неловко сполз человек в мятом костюме из дешёвого сукна, бухнулся перед Рэном на колени и согнул спину. Телосложение воина, а поведение плебея. Разведчики и оруженосцы зачастую вели себя как мелкие людишки, хотя от тех и других зависели жизнь и честь господина.

Рэн осмотрелся. На вбитом в стену крюке — масляная лампа. Из мебели — стол и табурет. Ни орудий пыток, ни пятен крови на полу и глинобитных стенах.

— Ваше величество, — произнёс Киаран. — Это разведчик Вилаш из отряда защитников веры.

— Встань! — приказал Рэн воину.

Тот поднялся, поправил на поясе потёртый ремень и, вытянув подрагивающие руки по швам, уставился себе под ноги.

Рэн присел на край стола:

— Зачем защитникам веры разведчики?

— Местность незнакомая, — пробормотал Вилаш заикаясь. — В лесах всякий народ встречается. Без разведки никак нельзя, ваше величество.

— Ну и зачем ты пожаловал в мой замок?

— В храме Веры заперты двери. Заперты изнутри. Я не знал, к кому обратиться, увидел патруль…

— Рассказывай по порядку, — перебил Киаран, поигрывая желваками.

— Вчера мы вернулись из похода, — начал Вилаш.

— Ангельского? — уточнил Рэн, краем глаза наблюдая за лордом Айвилем.

Накануне вечером между ними состоялся серьёзный разговор. Одержимость Киарана подземным лабиринтом не нравилась Рэну, но он не вмешивался в дела соратника, считая, что любой человек имеет право на причуды. Однако докладная Хранителя подземелья, подкреплённая выписками из старых документов, вызвала тревогу. Все, кто пытался пройти лабиринт, — упрямые сыновья бывших Хранителей, каменщики, решившие проверить прочность свода, горе-любовники, вздумавшие добраться до Женской Башни без провожатого, — кончили плохо: одни пропали бесследно, других нашли мёртвыми либо в ужасном состоянии.

Напряжённый диалог короля и лорда Верховного констебля плавно перетёк в попойку. По опочивальням они разошлись под утро. И сейчас Киаран пребывал в отвратительном состоянии духа из-за того, что не выспался. Либо последний выпитый бокал оказался лишним.

Сделав такой вывод, Рэн переключил внимание с Киарана на разведчика. Лицо серое, губы белые. А с ним-то что?..

— Отвечай королю! — рявкнул коннетабль, сжимая торчащую из ножен рукоять меча.

Рэн впервые видел его таким разъярённым.

Вилаш затрясся, того и гляди упадёт без чувств:

— Разведчики к этому не причастны, клянусь! Я бы ни за что не согласился, если бы знал, во что ввязываюсь. И денег мне ихних не надо. Я сам готов им заплатить, лишь бы оказаться дома.

— Что происходит? — напрягся Рэн.

— Святейший надумал закатить защитникам веры пир, — начал Киаран. — Выгнал холуёв из храма. Утром они явились на службу, а двери закрыты. Постучали, покричали, никто не открывает. А тут патруль. Холуи кинулись к Выродкам: так, мол, и так. Те их за шкирку и сюда.

Киаран оскалился — от его звериной улыбки Рэну стало не по себе — и продолжил:

— Я уже хотел сам пойти в храм порезвиться, но остановила мысль: а не воспользоваться ли случаем, пока дигорские молодчики спят в стельку пьяные? Вдруг кто-то из холуёв захочет рассказать, где были, что видели. Больше всего меня интересовало, почему эти мрази вернулись, а мои люди — нет.

За дигорцами отправились следить два воспитанника Стаи. Из королевской конюшни им выделили спокойных и тихих лошадей неброской соловой масти. Подростков одели как сынков зажиточного крестьянина — на тот случай, если защитники веры их заметят. К сёдлам приторочили сумки с «подарками» из города. В отвороты сапог спрятали метательные ножи.

Взгляд Киарана сделался хищным, как и его улыбка.

— Эти твари их убили.

Рэн обратился к разведчику:

— Как это произошло?

— Не-е-ет! — погрозил пальцем Киаран. — Пусть эта сволочь рассказывает всё по порядку!

— Разведчики тут ни при чём, — простонал Вилаш.

— Слышали уже! Рассказывай!

Вилаш с обречённым видом посмотрел на Рэна:

— В одной деревне они избили до смерти богослова. Он неверно толковал святое писание. В другой деревне крестьяне отказались жертвовать на молельню. Защитники выхватили из рук бабы младенца и бросили в колодец. Потом пустили коней галопом по полю. Там играли крестьянские дети. Это всё защитники веры. Разведчики не ехали по полю. Клянусь!

— Где это произошло? — нахмурился Рэн.

— В пойме Синебрюхой реки.

— Королевский домен, — отметил Киаран.

— В феодах такого непотребства они не творили, — сказал Вилаш. — Иногда мы ночевали в замках лордов. Нас хорошо встречали.

Рэн прищурился:

— Кто вас встречал?

Сообразив, что сболтнул лишнее, Вилаш грохнулся на четвереньки и раком пополз к стене:

— У меня плохая память на имена, а на флаги я не смотрел.

В комнату заглянул гвардеец:

— Прислужники Святейшего отца своими криками взбаламутили весь город. Толпа горожан прибывает.

— Толпу разогнать. Прислужникам дать плетей, — распорядился Рэн и обратился к Вилашу: — Ты точно уверен, что Святейший и защитники в храме?

— Все лошади в конюшне. Я сам проверял. И храм закрыт изнутри.

Рэн повернулся к Киарану:

— Где остальные разведчики?

— В подвале под кузней. Вместе с эсквайрами защитников. Мы решили запереть их всех, пока не прояснится ситуация.

— Этого туда же. Потом с ним закончим.

— Ваше величество, две минуты, — попросил Киаран и кивнул Вилашу. — Расскажи о последнем «подвиге».

Тот привалился спиной к стене и уронил голову на грудь:

— На обратном пути мы обнаружили в лесу хижину знахаря. Кроме него там было ещё пятеро: мужик — с виду мелкий дворянин, двое слуг, молодая леди и рыцарь. Его доспехи валялись в углу. Знахарь отпилил ему одну ногу, вторая нога была в лубке. Леди назвалась фрейлиной королевы. Защитники пустили её по кругу. Потом убили всех, кроме рыцаря. Его оставили умирать. Мы отъехали прилично, когда кто-то сообразил, что рыцаря найдут раньше, чем он помрёт, и все узнают, что там случилось. При отъезде из Дигора защитники получили от кого-то приказ не трогать дворян и вести себя с рыцарями почтительно. А тут, получается, приказ нарушили.

Рэн поймал на себе многозначительный взгляд Киарана. Последние фразы разведчика чётко обрисовали картину происходящего. Король Джалей и Первосвященник не хотели наживать врагов среди представителей сословия сражающихся, куда входили лорды, мелкопоместные дворяне и рыцари. Вполне возможно, что Дигор надеялся заручиться их поддержкой, когда Ангельское войско вторгнется в Шамидан.

— Несколько защитников вернулись в хижину, а там мальчишки… привязывают рыцаря к лошади, — вымолвил Вилаш и прерывисто вздохнул. — Больше ничего не скажу.

— А больше и не надо, — произнёс Рэн и стремительным шагом вышел из комнаты.

— 2.39 ~

Кони вынесли короля и коннетабля гвардии из Фамальского замка и поскакали по дороге, ведущей к храму Веры. На площади их догнали лорд Айвиль и командир Выродков — им пришлось задержаться в хранилище оружия.

Прислужники, окружённые гвардейцами, сидели на лестнице, взбегающей к парадному входу в святилище. Двое воинов барабанили сапогами в двери, обитые бронзовыми листами. Рэн скользнул взглядом по глухим стенам. Неприступная крепость…

— Двери запираются изнутри на замок? — обратился он к прислужникам.

— На замок и на засов, — прозвучало в ответ.

— Топорами и молотами тут не обойтись, — проговорил Киаран. — Нужен таран.

— Не нравится мне это, — подал голос коннетабль королевской гвардии. — Мне кажется, дигорцы устроили нам западню.

— С обратной стороны есть запасной вход, — сказал подбежавший Выродок. — Он вряд ли укреплён, как парадный. Ждём вашего приказа разнести дверь в щепы.