Белая Кость (СИ) - Эль Кебади Такаббир "Такаббир" - Страница 109

— Похоже, я разучился шутить. Прости.

— Я не хочу злоупотреблять твоей любовью. Прошу впредь не спрашивать меня о моём сыне. Я обязана отвечать королю, а отвечать я не хочу.

— Ты права. Нам лучше не касаться больной для нас темы. — Рэн побарабанил пальцами по подлокотникам кресла. — Ты ему доверяешь?

— Кому? Сэру Ардию?

— Брату.

— Пока замок принадлежал тебе, я больше чем уверена, что Бари исполнял свою работу добросовестно. А теперь… — На губах Янары промелькнула тень улыбки. — Я — женщина, герцог — младенец. Нас легко обмануть.

Рэн вскинул руку:

— Господин Пирта!

Хранитель казны, он же Главный казначей, поднялся из-за стола:

— Слушаю, ваше величество.

— Выделите человека для ведения бухгалтерии герцога Мэрита.

— Будет исполнено, ваше величество.

Губы Янары задрожали.

— Спасибо.

Рэн притронулся к её подбородку:

— Тише, милая. Тише. Благодарить меня не за что. Я ничего не делаю сверх того, что должен делать. — Кивком ответил на благодарный кивок Ардия и посмотрел в конец зала. — Так что у вас стряслось, господа торговцы? Я взошёл на трон восемь месяцев назад, а вы соизволили явиться только сейчас, хотя Калико находится всего в пятнадцати лигах от Фамаля. Похоже, король зачем-то вам понадобился.

Купцы поднялись со скамеек.

— Мы хотим поговорить с вами наедине, — ответил за всех высокий, статный человек средних лет. — Извините, ваше величество, я забыл представиться. Меня зовут Одал. Я вхожу в Совет гильдий и в качестве легата, как и мои сотоварищи, представляю интересы купеческого сословия.

Рэн откинулся на спинку кресла:

— Вы знаете, что такое королевство, господин Одал?

— Знаем, ваше величество.

— Не знаете. Королевство — это домен короля, пятьдесят феодов великих лордов и триста пятьдесят феодов малых лордов. Судьбоносные вопросы мы решаем сообща. Менее важные вопросы король решает с великими лордами. Наедине с королём можно только посплетничать. — Рэн окинул взглядом притихшую свиту, запил своё лукавство вином и продолжил: — Определитесь, с каким вопросом вы пожаловали. И если снова скажете, что хотите поговорить со мной наедине, я накажу вас. Потому что король сплетничает только с королевой, лордом Верховным констеблем, коннетаблем королевской гвардии, Хранителем грамот…

Рэн продолжил перечислять должности, указывая на драгоценные камни в своём колларе. Кто-то из дворян издал смешок и закашлялся. Хранитель печати облокотился на стол и, сотрясаясь от смеха, обхватил лоб ладонями. И вдруг публика разразилась хохотом.

— Ты пьян, — прошептала Янара.

— Бедные лавочники, — сокрушённо вздохнула Лейза.

Купцы набычились:

— Нам лучше уйти.

Не в силах сдерживать злость на торгашей, скрывающих доходы, увиливающих от налогов и мечтающих оторвать от домена кусок, Рэн грохнул кулаком по столу:

— Вы решили, что Фамальский замок — проходной двор? Решили, что можно прийти сюда, поесть, выпить и уйти, когда вам вздумается?

С дворян и столичных сановников веселье как волной смыло.

Рэн поднялся на ноги и, глядя на караульных, указал на купеческую братию:

— Что это за люди сидят за моим столом? Что им здесь надо?

У самого молодого купца сдали нервы. Он встал на колени и протянул руки, как попрошайка перед храмом Веры.

— Ваше величество, мы пришли к вам за помощью. Калико заполонило отребье, житья от них нету. Каждый день кражи и убийства. Жить стало страшно. Мы пытались справиться собственными силами: наняли дополнительную охрану, ввели комендантский час, сами патрулируем улицы. Но три дня назад отряд головорезов ограбил монастырь Святого Хамелия, покровителя торговли. Этот монастырь стоит на окраине нашего города.

Рэн поймал на себе многозначительный взгляд Киарана и опустился в кресло:

— Почему — монастырь?

— Монахи чеканили там свою монету. Называется «рыбка». Бандиты избили монахов, надругались над реликвиями, забрали все запасы золота и серебра.

— Прямо-таки все? — усомнился Рэн.

— Почти все, — поправил себя торговец. — Просим вас дать нам солдат для защиты.

— Нет, — сказал Рэн.

Придворные зашептались.

— Нет? — эхом повторил легат гильдий господин Одал. — Но Калико ваш город, он находится в вашем домене. И по идее…

Рэн не дал ему договорить:

— Ещё неизвестно, чей это город. Буквально сегодня утром я ознакомился с вашим прошением.

Купцы озадаченно переглянулись. Их голоса зазвучали вразнобой: «С нашим прошением?» — «Какое прошение?» — «Мы не подавали никакого прошения».

— В котором вы просите признать Калико независимым городом.

В зале поднялся шум. Отовсюду понеслись крики: «На плаху всех!» — «Сжечь город дотла!» — «Содрать кожу живьём!»

Купцы посерели, побелели. Вцепились в расшитые цветами и птицами кафтаны и попятились к выходу. Караульные со стуком закрыли двери. Рыцари поднялись со скамеек.

— Рэн, пожалуйста, пожалуйста, не надо, Рэн, — произнесла скороговоркой Янара.

Он поднял руку, требуя тишины:

— Я решил пойти вам навстречу.

Стало так тихо, что присутствующие услышали, как скрипит флюгер на соседней башне.

— Я решил отрезать от домена кусочек. Маленький кусочек, к которому не будет подъездных путей. Хотите свободу — получайте, но ходить и разъезжать по моей земле вы не будете. Наёмники окружат Калико и убьют всякого, кто выйдет за городскую стену, чтобы собрать хворост или купить у крестьян молока и хлеба.

Господин Одал широкими шагами двинулся к помосту:

— Это прошение — ошибка! Мы направляли его Знатному Собранию. Короля тогда не было. Вас не было! Кто вам дал его? Кто извлёк на свет эту писульку? С какой целью?

Рыцари преградили ему дорогу.

Одал приподнялся на носках и, глядя поверх плеча могучего воина, крикнул:

— Разорвите, ваше величество, и забудьте!

Придворные одобрительно загомонили.

Рэн потёр подбородок:

— Порвать и забыть?

— Порвать и забыть, — покивал Одал. Толкнул рыцаря в грудь. — Отойдите! Из-вас я не вижу короля!

Рыцарь отступил на полшага в сторону.

— Хорошо, я так и сделаю, если… — Рэн надолго умолк.

Одал не выдержал:

— Если?..

Рэн взглянул на Янару. Набрал полную грудь воздуха:

— Герцог Холаф Мэрит отдал кому-то из купцов сундук старинных монет и получил именные векселя. Холафа убили, векселя сгорели во время пожара. Я хочу, чтобы вы вернули эти деньги со всеми причитающимися процентами сыну герцога.

Янара затряслась будто в лихорадке. Рэн положил руку ей на колено.

Одал обернулся к собратьям:

— Вы что-то об этом слышали?

— Какие монеты? — уточнил один.

— На какую сумму? — спросил другой.

— Золотые монеты треугольной формы, с дыркой в центре, — ответил Рэн. — На какую сумму — не знаю. Это знает тот, у кого они хранятся.

— Мы попробуем выяснить.

— Хорошо. Я подожду.

— А как же прошение? Вы его разорвёте?

— Выясняйте, выясняйте, — произнёс Рэн, сопроводив слова нетерпеливым жестом.

Одал вернулся к столу и в полной задумчивости сел на скамью.

Молодой купец поднялся с колен:

— Нам потребуется время. И что? Пусть это время бандиты лютуют?

— Я отправлю в Калико отряд сынов Стаи, — подал голос Киаран и поднял кубок. — За короля!

— За короля! — грохнула публика.

Держа бокал, Янара повернулась к Лейзе:

— За вашего сына!

Лейза сделала глоток и сузила глаза, наблюдая, как герцогиня Кагар идёт через зал к выходу.

— 2.19 ~

Потомственный Хранитель подземелья знал секретные ходы, соединяющие башни замка, но затруднялся сказать, куда ведут остальные коридоры. Свою неосведомлённость он объяснил тем, что полной карты подземного лабиринта никогда не существовало: его построили не для развлечений, а с целью запутать преследователей короля, если ему вдруг придётся бежать из столицы. Хранители никогда не отклонялись от проверенных маршрутов и не видели смысла рисковать жизнью ради изучения никому не нужных проходов.