Покорители прошлого (СИ) - Климонов Юрий Станиславович - Страница 34

— Так точно, товарищ генерал-лейтенант, — кивнул Игорь и ретировался из комнаты.

Там же. Через три часа

Андропова и Ермакова округляли глаза над каждым аппаратом из вырастающей в несколько ярусов техники будущего. Мигающие непонятного вида индикаторами, совсем непохожими на современные, приборы включались в единую систему контроля жизнеобеспечения девочки. Количество проводов, облеплявших руки и голову Катюши, приблизилось к двум десяткам, но та сама с интересом наблюдала за этой своеобразной цветомузыкой — перемигиванием и разноголосым попискиванием оборудования.

— Так, это не пригодится сейчас, — Костя осмотрел очередной вскрытый ящик и отодвинул его в сторону. — Что у нас здесь? ИВЛ… хм, тоже пока не нужен…

— Аппарат для искусственной вентиляции лёгких? Такой компактный? — полюбопытствовала Ермакова.

— Да. К тому же полностью автоматический, с контролем работы лёгких.

— Фантастика… — тихо проговорила Андропова. — Танюш, если тебя утвердят на должности главврача санатория, я тебе стану завидовать.

— А тебе кто мешает перебраться сюда? Зачем после всего этого, — она кивнула на оборудование, — тебе вообще Институт мозга? С Богдановичем устраивать вечные диспуты?

— Знаешь, а я подумаю… — взгляд Ирины Юрьевны расфокусировался. — В принципе, мы с тобой здесь можем такое сотворить… академики выбросят свои учёные степени.

— Константин, а что за устройство недавно работало над почками моей дочери?

— Татьяна Александровна, об этом вам лучше всего и главное — профессионально, объяснит Ирина Юрьевна.

— Этот прибор воздействует токами определённой частоты на ткани почек… — несколько минут она объясняла принцип действия так, как понимала сама. — Но он не только работу почек восстанавливает. Мою маму это чудо электроники избавило от фобий.

— Ты серьёзно? — Ермакова застыла, раскрыв рот.

— Ты Белопольского знаешь?

— Николая Фомича? Конечно!

— Он обследовал маму и вынес вердикт — фобии больше нет, а общий тонус организма пошёл в гору.

— Обалдеть… Поневоле поверишь в панацею.

— Вот и моя реакция точно такая же была, когда Костя и Катя приезжали к нам, — усмехнулась Андропова. — Прибор заслуживает испытания на других органах, может быть, он действительно окажется панацеей.

— Ладно, мы его обязательно испытаем, а сейчас давайте, знакомьте нас с остальным оборудованием.

— Хорошо, — кивнул Иванов. — Вот это, — показал он на громоздкий ящик, — прибор трёхмерного УЗИ. Позволяет видеть картинку в цветном формате и объёмной проекции. Причём, как написано в инструкции, может вращать объект по часовой стрелке и вверх-вниз.

— Санаторий будущего… — покачала головой Татьяна Александровна. — Что ни прибор, то хоть диссертацию пиши.

— Буду вам признателен за освоение этого прибора в отдельности, — заметил Костя.

— А что такое? — сразу сделала стойку Ермакова.

— Тань, у него супруга беременная, — улыбнулась Андропова. — Наверное, хочет узнать пол будущего ребёнка.

— Так и есть, — усмехнулся Константин. — Но это станет возможным только через несколько недель — ещё слишком рано.

-----------------------------------------------------------------------------

27 Отдел технического контроля

Глава 9

Тем же вечером. г. Рябиновск. Местный отдел КГБ

— Остапов, я уже начинаю всерьёз задумываться о переезде к вам, — мрачно пошутил генерал, сидя в кабинете местного руководителя Комитета. — Что ни неделя, то какая-нибудь новость, бьющая по затылку.

— Да я сам в шоке, товарищ генерал-лейтенант, — вздохнул тот. — Но тут ни я, ни Иванов не виноваты. Кто ж знал, что потомки так рьяно начнут контактировать. Ведь никаких предпосылок не было.

— И тут соглашусь с тобой, — кивнул он. — Как думаешь поступить с ними?

— Я побеседовал с Родионом, пока вы трапезничали. Он говорит, что мастер на все руки в плане механики. Судя по всему, он не был ключевой фигурой в сопротивлении. Значит, какой-либо серьёзной информацией не владеет. Ну и смысл его куда-то прятать?

— Логично. Что предлагаешь?

— На мой взгляд, рациональнее его оставить здесь. Да и второй — Артём Соколов — уже явно влился в коллектив. А кроме того он участвовал в консервировании системы безопасности, возможно, пригодится при нахождении третьего контейнера. Как он сказал, консервация проводилась при его непосредственном участии.

— А где он, кстати, находится? — нахмурился генерал.

— Контейнер? Мои люди уже туда скатались — пока ничего. Но Соколов уверяет, что груз может быть отправлен и позже, когда участники сопротивления дождутся удобного момента.

— Хорошо, так и поступим. ЗАС от Иванова работает? — кивнул он на отдельно стоящий аппарат.

— Я не пробовал, товарищ генерал — повода не было. Но когда настраивали, проверили досконально.

— Ладно, я сейчас попробую побеседовать с руководством.

— Понял, — Остапов встал и вышел из кабинета.

Суслов не спеша снял трубку и набрал номер. После второго гудка трубку снял сам Андропов.

— Это «Пятый».

— Как доехали, Револий?

— Чуть не потеряли девочку, но выручил Иванов и не только он, Юрий Владимирович.

— Кто ещё?

— Дело в том, что на контакт вышли двое: Родион — его потомок со своим племянником.

— Что? Состоялся контакт?

— Так точно. Всего не рискну сказать даже через ЗАС…

— И зря — я тут на днях вызывал двух спецов из отдела ВГУ… Крючков поспособствовал… так вот они не смогли декодировать информацию. Три часа бились, как рыба об лёд и ничего не смогли. Сказали, что тот, кто это сделал — гений. Потом сам Крючков позвонил и просил поставить наше ведомство в число первоочередных получателей такой новинки, как только её начнут выпускать.

— Понял. Тогда начну подробнее… — он обстоятельно передал всё, что удалось собрать по этому событию. — Я тут поговорил с подполковником, и мы оба считаем, что убирать их нет смысла — они полезны в Рябиновске.

— Знаешь, я тоже прихожу к этому выводу. Пусть они все аккумулируются в одном месте — так легче будет их защищать и контролировать.

— Ещё и Ермакова, в девичестве Шокина, изъявила желание сменить место жительства на Рябиновск.

— В честь чего?

— Прошёл лишь один день лечения, а девочка стала вставать с кровати. Да и потом ей пришлось помогать с контролем приборов, а там и подписка по трём нулям набежала.

— Ира ей ничего не сказала?

— Никак нет. Ермакова сама проявила инициативу. Даже предложила встать во главе планируемого санатория.

— Хм, доктор медицинских наук с обширной, насколько знаю, практикой… А что, вполне себе приемлемая кандидатура. И не рвётся обратно в Москву?

— Говорит, что там её уже ничего не держит.

— Тоже верно… квартира напоминает о погибшем муже… прошлой жизни… Знаешь, давай так и поступим — я тут кое с кем побеседую и выбью ей эту должность. Заодно прозондируй почву, может она кого порекомендует в свою команду.

— Так точно, сделаю.

— Ты когда обратно?

— А как быть с Ириной Юрьевной?

— Она, скорее всего, задержится в Рябиновске на месяц — ей писать кандидатскую по теме прибора, вылечившего меня и супругу. Так что можешь возвращаться.

— Понял, завтра к вечеру отбываю обратно.

22 сентября 1982 года. г. Рябиновск. Утро

Вчерашняя череда проблем, мгновенно свалившаяся на голову Константина, постепенно сошла на нет. Он уже успел побывать на заводе — провести утреннее совещание, после чего снова отбыл на Старую площадку. К тому времени сюда же из гостиницы прибыли Андропова и Родион с Артёмом. Обоих поселили там же и даже выделили персональную охрану из людей Остапова. Чуть позже подъехал и Суслов.

Ермакова ещё прошлым вечером категорически отказалась куда-либо ехать, заявив, что будет ночевать вместе с дочерью. Хорошо, что нашлась лишняя кровать в общежитии «афганцев». Дневной и вечерний сеансы воздействия кибершлема на кору головного мозга окончательно убедили мать девочки, что болезнь отступила — утром Катя сама дошла до туалета, а потом попросила поесть. Мысленно благодаря жену Иванова, Татьяна Александровна подогрела на газовой плите котлеты и достала из небольшого холодильника тарелку с овощным салатом. Пока девочка ела, мать присела рядом с ней и, подставив под голову ладонь, с улыбкой смотрела на неё.