В шаге от славы (СИ) - Кас Оксана - Страница 55

Минхо нахмурился:

– Предположим, новичок года они возьмут заслуженно. Но… все основные? Как забрать в первый год после дебюта все дэсаны у старичков? Flower, предположим, возьмут Песню Года просто из-за огромных показателей цифры, но остальные категории… особенно где важны голоса фанатов.

– Я еще не знаю, – тряхнул головой Канджи. – Вообще не понимаю, что они собираются делать. У Дана и парней, какими бы талантливыми они не были, не получится до конца периода голосования и подсчета данных перебороть мощности PDS. Мы не может быть уверены, что песни с таким количеством английского текста будут занимать высокие места в корейских чартах. С Flower повезло, но это не гарантия. То есть мы проигрываем в цифре. То же самое в отношении продаж. Соревноваться в прибыли? дебютному альбому с пятым альбомом PDS? Безумие просто. Проигрываем в физике. Просмотры на You Tube? Опять же – молодой фандом столько не настримит. Даже если первый месяц клип будет популярен сам по себе, после массовый стриминг оставит их позади. Голосование фанатов? То же самое. Итого – показатели будут низкими в четырех из пяти критериев. Как они собираются их вытянуть на первые места?

[*К-поп премии имеют вроде как прозрачную систему подсчета (но это не точно). Данные публикуются в таблицах и показатели учитываются по нескольким общим критериям. Цифровые продажи (сленг – цифра) – это покупка и прослушивания песен на стриминговых площадках, в первую очередь – корейских. Физические продажи (физика) – это продажи альбомов в обычных магазинах. SNS – это просмотры на YouTube, сюда же можно отнести радиовещание. Фанатское голосование – тут все понятно. И последнее – голоса судей. Вот там уже ничего не понятно, из-за чего постоянно возникают скандалы. На всякий случай – новички выигрывали крупные награды, в том числе когда в списке номинантов были более известные группы, но это каждый раз было поводом для разговоров о подтасовке результатов.*]

– Получается, они сначала вытянут парней на первые места на корейских стриминговых платформах? – предположил Минхо.

Но из стакана отхлебнул так же задумчиво, как и Канджи. Виски в бокале закончился и он потянулся долить. Так и напиться недолго. Но он понимает Канджи: эта ситуация и не плохая, но и не хорошая. Она тревожная. Никто не будет обвинять в подтасовке телеканалы, весь возможный хейт польется на их агентство.

А главное – им ведь не особо нужны эти награды в первый год. Им сейчас нужно наращивать фанбазу, собирать песни для полноценного тура, заниматься рекламой… полностью оправдать уже невероятно дорогой дебют. Дэсаны – это можно и потом.

– Парням ты это говорить, разумеется, не будешь? – уточнил Минхо.

Канджи кивнул:

– Незачем им знать. Они, конечно, парни далеко не глупые и могут сами догадаться. Но лучше сейчас им об этом не думать. Ты видел, как они профессионально сработали на вечеринке?

Минхо расхохотался, вспоминая. Даже он не ожидал от них такой прыти – Даниэль грамотно их натаскал на торгово-денежные отношения. Пока остальные группы трейни скромно топтались у столов с закусками, эти шестеро делали вид, что они тут самые милые, обаятельные и привлекательные. Знакомились с людьми, разговаривали, даже шутили. Немного не корейский стиль поведения молодежи, но было видно, что все эти богатые дяди и тети впечатлены скорее в хорошем смысле. Искренний интерес к делам все же подкупает, а парни очень умело этот интерес демонстрировали.

– Думаю, Lotte этому не особо рады, – улыбнулся Минхо. – В понедельник соберем немало предложений.

Канджи кивнул. Отпил из бокала, но выглядел все еще грустно. Минхо физически ощущал это неприятное состояние друга – оно отзывалось в нем похожим чувством. Ощущением, что ты поступаешь не совсем красиво просто ничего не делая. Нарушают ли они что либо, безмолвно соглашаясь на желание телеканалов поставить на место одного самоуверенного продюсера? Точно нет. Но при этом они много лет в этом бизнесе и прекрасно знают, как ощущается подобный саботаж с точки зрения артистов. Артисты чаще всего не имеют никакого отношения к этим интригам, а весь хейт достается им.

– Не думай пока об этом, – посоветовал Минхо. – Ты и сам прекрасно понимаешь, что мы не можем ничего с этим сделать. Предположим, если сейчас и мы ссоримся с этими гигантами… ну, айдолы может и переживут подобное, особенно при наличии контрактов с Америкой. Но что с остальными? Не забывай, что от благосклонности этих говнюков в костюмах зависит огромное количество талантливых артистов. Мы знали, что нам придется заключать эти сделки с совестью…

– Честно говоря, – прервал его Канджи. – Я не о своей совести переживаю. Я достаточно давно в этом бизнесе и мою совесть никакими пожертвованиями уже не отстирать. Мне обидно за мальчишек. Они только начинают, а их сразу забрасывает в самый эпицентр этих интриг и разборок.

Минхо осекся, а после тяжело вздохнул. Канджи прав. За парней… тревожно. Они молоды, верят в мечту, готовы ради нее пахать... а грязи вокруг них уже скапливается не меньше, чем выгодных предложений. С Flower ведь тоже похожая ситуация, просто девчонки старше и дольше выступают. Но никому не понравится, когда твоими достижениями пользуются для манипуляций и шантажа.

– Кроме того, – вздохнул Канджи, – Им ведь придется столкнуться с последствиями этой интриги. Немногие упустят шанс съязвить на тему того, что их достижения – просто нарисованные цифры. Но мы-то с тобой знаем, как они работают. И насколько они талантливы.

Минхо тоже тяжело вздохнул: да уж, проблема. Крупные боссы, возможно, отомстят Китэ, но как будут относиться к парням в индустрии?

– Тогда выход один: постараться сделать так, чтобы ничего не пришлось рисовать, – просто сказал Минхо.

Канджи удивленно на него посмотрел:

– Вот так просто?

– А что тут сложного? Получилось же у меня стать суперзвездой Кореи, почему не выйдет у них? Желание работать ради высокой цели у них есть. Ты, наверное, не знаешь… видел у Даниэля в студии висят фотографии The Beatles?

Канджи кивнул:

– Я думал, Дан любит их музыку.

– Не-а, – весело мотнул головой Минхо. – Эти милые мальчики поставили себе цель – стать лучшей группой. Лучшей в мире. И Beatles как отметка на стене достижений: им нужно еще выше. Это фото висит не только на стене в студии, где аппаратура, но и в вокальной кабине, парой булавок приколото к обшивке.

Канджи удивленно смотрел на Минхо.

– Откуда ты знаешь? Мне Сону не говорил…

– Мне Джинхо рассказал. Вообще-то по секрету, так что и ты не говорили Сону. Им пока неловко об этом открыто говорить, вот и отмалчиваются, чего это они дедовской группой все стены украсили…

Канджи расхохотался. В этом смехе чувствовалась толика облегчения, поэтому Минхо тоже улыбнулся.

– Beatles? А я еще думал, что выход на американский рынок – амбициозная цель…

Минхо с улыбкой кивнул:

– У нас есть все для яркого дебюта. Они красивы, хорошо поют, хорошо танцуют, они прекрасно держатся на сцене, лично я считаю песни Даниэля невероятно зрелыми и талантливо написанными. Нужно просто держаться до конца. Помочь этим мальчишкам настолько, насколько возможно. Давай уже просто признаем… впервые мы столкнулись с ситуацией, когда к-поп группа – это уже не просто про деньги и прибыль.

Канджи улыбнулся и кивнул. Это истина, которую они не произносили вслух. Да, дело уже не только в деньгах. И даже не только в Джинхо, хотя он и был отправной точкой для помощи Даниэлю. Сейчас… для Минхо все шестеро если не как собственные дети, то как минимум – любимые ученики. Он переживает за них больше, чем за самого себя.

– Думаешь, у них получится? – улыбнулся Канджи и отпил из бокала.

– Я общаюсь с ними примерно раз в неделю на уроках. Тебе могло ошибочно показаться, что только Даниэль у них упертый и пробивной, но они друг друга стоят. Неудивительно, что они так легко подружились. Я почти уверен, что эти шестеро поставят индустрию на колени.

Глава 23. Работа над собой