Кодекс Агента. Том 2 (СИ) - Снегов Андрей - Страница 14

— Интуиция! — вру я и пожимаю плечами. — Официанты вели себя слишком неестественно!

— И поэтому вы, будучи без оружия, хладнокровно убили двоих вооруженных парней в течение двенадцати секунд? — Бестужев вопросительно вскидывает брови, и в его зеленых глазах вспыхивает гордость за собственную невероятную проницательность.

— Неправдоподобно затянутые драки — удел плохих книг и кинофильмов, в жизни все происходит иначе, — назидательно замечаю я. — Мне было некогда раздумывать и засекать время!

Снова раздраженный прищур и вспухшие желваки на скулах. Бестужев приглаживает короткий ежик седеющих волос, криво улыбается и, выругавшись вполголоса, наклоняется вперед.

— Приберегите иронию и сарказм для ушей таких же, как вы юнцов, князь, — цедит он сквозь зубы. — А мне отвечайте по существу!

— Пятнадцать! — повинуюсь я.

— Что значит «пятнадцать»? — спрашивает Бестужев, хмуря тонкие брови.

— Я убил их в течение пятнадцати секунд, — поясняю я.

— Вы знали этих людей⁈

— Никогда не встречал их до сегодняшнего дня!

— Кто, по-вашему, был главной целью преступников: вы или Романова⁈ — в глазах Бестужева разгорается неподдельный интерес, а в моих — желание прекратить бестолковый допрос как можно скорее.

— Понятия не имею: они напали на меня, и я защищался…

— У вас есть соображения по поводу личностей заказчиков покушения⁈

— Ни единого!

— Это ваши первые убийства⁈ — в голосе Бестужева сквозит откровенное сомнение и издевка.

— Я забыл дома блокнот с именами всех жертв…

Бестужев сжимает челюсти до зубовного скрежета и вновь обращает взгляд на мое досье. Я мысленно благодарю его за предоставленную передышку — сильная головная боль отнюдь не способствует участию в словесных баталиях. Закрываю глаза и погружаюсь в спасительную темноту. В темноту и тишину.

— Итак! — произносит Глава Императорской Гвардии после внимательного чтения. — В жутком пожаре, случившемся в Выборгском сиротском доме, погибают все учащиеся, преподаватели и даже технический персонал. Выживает единственный ученик и по случайному стечению обстоятельств оказывается в поле зрения Главы Могущественнейшего Великого Рода. Благодаря красивым фиолетовым глазам, не иначе, он буквально очаровывает старика и довольно скоро вливается в ряды Рода. На балу, организованном Императорским Домом в свою честь, он столь же эффективно очаровывает наследников Престола и спасает Наталью Романову от верной смерти. Но и это еще не все! За первым покушением на нее следует второе, и простой провинциальный парень снова оказывается рядом, снова встает на защиту девушки, и снова с легкостью купирует угрозу!

Бестужев замолкает и смотрит на меня со снисходительным превосходством, давая возможность оценить его версию и выдающиеся умственные способности заодно. Я оцениваю и добавляю князю очков. Первое впечатление было обманчивым: за искусно созданным образом ретивого служаки-дуболома прячется нетривиально мыслящий человек.

— Я могу считать ваши слова признанием собственных заслуг перед Российской Империей⁈ — продолжаю дерзить я.

— Вы агент какой разведки, уважаемый новоиспеченный князь? — интересуется Бестужев с сарказмом. — Какая из Темных Империй стоит за вашим внедрением в среду российских аристократов? Сколько еще талантливых инсценировок и жертв нас ждет? Каковы ваши дальнейшие планы? И какова конечная цель?

— Интересная версия! — с наигранным восторгом выношу вердикт я. — Думаю, продюсеры Мосфильма с удовольствием приобретут права на сериал! Но предупреждаю: я буду требовать свой законный процент от прибыли и упоминание в титрах моего полного имени!

— Я задал вам несколько вопросов! — Бестужев повышает голос, он явно теряет терпение.

— Вы меня раскололи, я — супер-аристо, — произношу я заговорщицким тоном, наклонившись над столом, и подмигиваю. — Мои верные сообщники: человек-амфибия и человек-птица!

— Прекратите ерничать! — возмущенно восклицает Бестужев и его лицо идет пятнами. — Я предъявлю вам официальное обвинение, брошу в застенки и подселю в камеру парочку уголовников, которые любят ставить на место дерзких и симпатичных мальчиков! Таких, как ты! Ты будешь умолять меня забрать на допрос хотя бы на полчаса, чтобы твоя задница…

— Я не агент разведки, не имею отношения к организации упомянутых вами покушений, как, впрочем, и разработки целей, их оправдывающей! — я прерываю монолог князя, повысив голос. — А планы мои очень просты — обратиться к целителю Рода, затем смыть с себя чужую кровь, выпить пару бокалов коньяка и завалиться спать!

— На этом все⁈ — на суровом лице Бестужева расцветает ироничная улыбка.

— Есть еще кое-что! — тихо отвечаю я, вплетая в низкие обертоны голоса доверительные интонации. — Хочу получить от вас благодарность за то, что выполнил вашу работу по защите Натальи Романовой от внешних угроз, а также извинения за удар по голове и эту приятную во всех отношениях беседу!

Бестужев окончательно теряет самообладание, его лицо наливается кровью, он стремительно вскакивает на ноги и склоняется над столом. В паре сантиметров от лица застывает направленный на меня указательный палец, а в зеленых глазах князя полыхает бешенство.

— Пропуск в общество высших аристо ты выиграл! Билет в компанию наследников Великих Родов — тоже! Следующая цель — ближний императорский круг⁈ — правая бровь Бестужева взлетает вверх, и лицо перекашивает кривая усмешка. — Ты под колпаком, бастард! Один неверный ход — и я поймаю тебя, даже не сомневайся! Кем бы ты ни был, и что бы ты ни задумал, тебя ждет лишь одно — смерть!

В этот момент двери ресторана распахиваются, и на пороге появляется Великий Князь Игорь Всеволодович Шувалов. Лучистой улыбкой, растекшейся на его лице, можно растопить океанский айсберг.

— Добрый день, Иван Константинович, я не опоздал⁈ — спрашивает он, направляясь к нашему столику.

— И вам доброго дня! — отвечает ему Бестужев, натягивая на лицо ответную дежурную улыбку, и крепко пожимает руку старику. — Мы не стали вас дожидаться и довольно продуктивно побеседовали. Александр Игоревич предоставил всю интересующую меня информацию! Засим позвольте откланяться, меня ждет множество неотложных дел!

— Не смеем вас задерживать! — подчеркнуто любезно отвечает Шувалов и переводит на меня вопросительный взгляд.

Бестужев прячет в папку мое дело, кладет ее в черный кожаный портфель и выходит из ресторана.

— Что все это значит? — спрашивает старик, разглядывая мой изорванный окровавленный костюм. — Снова в дерьме⁈

— Меня макнули в него рожей! По самые яйца!

— Почему лицо Князя Бестужева похоже на выблеванную пиццу, и он вылетел отсюда, как пробка из бутылки⁈ — вкрадчиво произносит Шувалов и склоняется надо мной.

— Даже в душе не чаю! — отвечаю я, криво улыбаясь.

— Ты всего неделю как фиолетовый, а я уже устал вытаскивать твою задницу из неприятностей!

Великий Князь хмурится, выражение его лица не предвещает ничего хорошего.

— Ладно, герой, поехали домой, поговорим в машине!

Шестое правило «Кодекса Агента», о котором я вспоминаю все реже и реже, гласит: «Всегда побеждай!».

Глава 8

Пятая жертва

Сигнал сообщения с незнакомого номера будит меня в десять утра. «В 10:30 в холле гостиницы в Фаберже» и вместо подписи — изображение чашечки кофе. Закрываю глаза и кляну Тьму за то, что не отключил смартфон перед сном. Я снова спал не больше трех часов, мне нужно отоспаться…

Стоп! Хватаю смарт и просматриваю сообщение еще раз. Кофе вместо подписи: значит, автор — Шеф! Меня захлестывает неконтролируемая ненависть, но я беру себя в руки: месть — блюдо, которое нужно подавать холодным. Шеф обязательно умрет, но не сегодня!

Высвобождаюсь из сонных объятий Трубецкой и несусь в ванную комнату. Стараясь не смотреть в зеркало на свою осунувшуюся физиономию, чищу зубы и захожу в душевую кабину. Контрастный душ творит чудеса: уже через пару минут я скорее жив, чем мертв. Вынимаю из тайника Осколок и надеваю на шею, я уже привык к нему и жду новых проявлений Дара.