Лотосовый Терем (СИ) - Пин Тэн - Страница 37

Подробно обсудили, как ловить преступника, но пришли только к тому, что когда Ли Ляньхуа увидит злодея, должен громко закричать — тогда приказные бросятся на помощь и схватят его. Начальник Ван был чрезвычайно доволен этим планом и, как самый талантливый и мудрый, доблестный и неподкупный чиновник, какого свет не видывал, уехал в сопровождении свиты, чтобы снова вернуться вечером. Го Дафу нахмурился: хотя идея Ли Ляньхуа с приманкой имела некоторый смысл, но почти вся семья Го только что была в боковых покоях, все всё видели и слышали — неужели преступник настолько глуп, что снова пойдёт убивать? Может ли быть, что злодей — не из усадьбы? Тогда откуда ему знать, кто и когда надел свадебное платье? И как он успевал убивать?

Го Хо же подумал: Ли Ляньхуа — всего лишь учёный, силёнок у него не хватит даже чтоб курицу поймать, нужно во что бы то ни стало тоже затаиться в боковых покоях и схватить преступника.

Глава 20. Смертоносное свадебное платье

Той ночью, отужинав, Ли Ляньхуа встал перед свадебным платьем, которое надевали четыре женщины, и по телу у него побежали мурашки.

Четыре женщины, все мертвы, и две из них — уже очень давно.

Успела бы сгореть одна палочка благовоний, прежде чем он начал медленно переодеваться, и прошло достаточно времени, чтобы успеть ещё раз поужинать, когда наконец закончил облачаться в этот громоздкий и сложный наряд. Затем, поколебавшись, он распахнул окно, присел, выпил чашку чая — и направился к зеркальному камню возле амбаров.

Было ещё не слишком поздно. За гостевыми покоями четверо приказных сидели в засаде, но было отчётливо слышно, как они выдёргивали коробочки лотоса и смачно жевали, грызли куриные лапки, тихонько переругивались, хлопали комаров. Возле амбара прятались ещё несколько приказных, но когда Ли Ляньхуа неторопливо дошёл до зеркального камня, раздалось отрывистое “хррр”, отчего он сначала подпрыгнул, но потом осознал, что это храп, и обречённо вздохнул. Подойдя к камню, он посмотрелся в зеркало: в отражении сверкало и переливалось ярко-синее платье, и будь на его месте женщина, она выглядела бы прелестно, но Ли Ляньхуа казалось, что перед ним существо неопределённого пола — обычно он был несравнимо красивее. Поглядев налево-направо и не заметив и тени убийцы, он хотел сесть на землю, но обнаружил, что юбка для этого слишком узкая — пришлось бродить кругами вокруг двух зданий. Приказные, похрапывая, дрыхли на земле, и Ли Ляньхуа, мысленно извиняясь, пришлось пару раз через них перешагнуть.

Го Хо укрылся за зеркальным камнем и во все глаза таращился, как Ли Ляньхуа в свадебном наряде прохаживается туда-сюда между двумя постройками — не слишком ли он спокойный для того, кто играет роль наживки? А если не выманивает злодея, то что он делает? Недоумевая, он вдруг что-то почувствовал и резко обернулся: неподалёку за деревьями, над лотосовым озером покачивалось чёрное как смоль лицо с взлохмаченными волосами, и пара совершенно пустых глазниц мрачно смотрела прямо на него — в них и правда ничего не было. От неожиданности у Го Хо перехватило дыхание и всё тело похолодело, он хотел закричать, но обнаружил, что не может издать ни звука. Он всегда был уверен, что чудищ и призраков не существует, но что же возникло перед ним, как не ходячий мертвец!

Пока он боролся со своим окостеневшим телом, лицо медленно удалилось. Напряжённо застыв, Го Хо не сводил взгляда с этой жуткой рожи, пока она не отодвинулась на пару чжанов, и он вдруг понял — да никакое это не чудище! Это человек с мешком на спине — непонятно, что там в этом мешке, но выглядело оно как всклокоченные волосы, а две дыры были похожи на глазницы! Оказывается, человек стоял к нему спиной, и это его вещевой мешок увидел Го Хо, перепугавшись до полусмерти, а столь бесшумно он передвигался потому, что сидел в деревянной лоханке. В Цзяннани множество водоёмов, и дети часто плавают по озеру на деревянных лоханках, собирая семена лотоса и водяные орехи — так и этот неизвестный. В озеро Цайлян впадают горные ручьи, создавая подводные течения там, где нет корней лотосов — благодаря такому течению лоханка и передвигалось бесшумно.

Кто же это? Го Хо потихоньку успокаивался, хотя от испуга по-прежнему не мог ни пикнуть, ни пошевелиться, только наблюдал, как лоханка медленно доплыла до тропинки между амбарами и там остановилась. Человек, сгорбившись под весом мешка, неуклюже выбрался на берег. В душе Го Хо зародилось подозрение: движения этого человека выглядели знакомыми… неужели…

На его глазах человек подошёл к зеркальному камню и как будто что-то прилепил к зеркалу, а затем укрылся в зарослях поблизости. Ли Ляньхуа как раз повернул из-за угла здания и с удивлённым восклицанием приблизился к зеркальному камню, посмотреть, что там. “В час ножей кара луны…” Го Хо осенило, что раз неизвестный прицепил на зеркало эту странную записку, видимо, он поступал так и десятки лет назад, а значит, это и есть тот, кто убивал женщин семьи Го! Но… как такое возможно? Как он сумел? Как ему это удалось? Бессмыслица какая-то…

Вдруг раздался странный низкий хохот — прятавшийся в зарослях подозрительный человек выскочил наружу, вытащил что-то из мешка и с жуткими криками устремился к Ли Ляньхуа.

— Ха-ха-ха… он мёртв… он мёртв… ты никогда с ним не улетишь! Никогда с ним не улетишь!

Го Хо ужаснулся: в руках безумец держал череп! Эта штука не просто напоминала всклокоченные волосы и пустые глазницы, это и был настоящий череп! А раз есть череп, должен быть и мертвец, только кто же он? Откуда он взялся?

У Ли Ляньхуа явно от страха душа в пятки ушла — вскрикнув, он развернулся и побежал. До главного здания отсюда вело два пути: один — обойти два дома, потом от зеркального камня по тропинке через заросли и дальше через сад, другой — пройти насквозь два амбара, затем через заднюю дверь на кухню, и пересечь дорожку. Ли Ляньхуа не раздумывая рванулся к амбарам, очевидно, намереваясь бежать через кухню — так было быстрее, чем в обход по саду, к тому же “чудище” выскочило из кустов, кто знает, не прячется ли там его сообщник? Го Хо наконец пришёл в себя, выполз из-за зеркального камня и уже собирался закричать, как вдруг увидел такое, от чего у него снова кровь застыла в жилах…

Выбежав из главного входа первого амбара и переступая порог задней двери второго, Ли Ляньхуа запутался в подоле юбки и повалился вперёд, выставив перед собой руки — но тропинка между постройками шла под резким уклоном, и хотя левой рукой он коснулся земли, правая не нашла опоры — утратив равновесие, он ударился шеей о порог второго амбара, упал, скатился по склону в лотосовое озеро и больше не шевелился. У Го Хо по всему телу пробежал озноб — казалось, он увидел, как погибли женщины, включая его жену, Пу Сусу… Одна за другой они спотыкались между двумя порогами, ударялись, падали и тонули в озере — а убийцей был тот сумасшедший с черепом, который загонял их в ловушку! Внезапно к нему вернулся дар речи, и он громогласно закричал:

— Эй, сюда! Скорей! Спасите его!

Вместе с воплями к нему вернулись и силы: он одним рывком схватил всё ещё размахивавшего черепом человека, в его железной хватке тот затрепыхался как цыплёнок. Го Хо не веря своим глазам уставился на него: этот человек… как он мог додуматься до такого? Как мог так поступить?

Потому что схваченным им человеком оказался его внучатый дядя Го Кунь!

Неужели скрывавшийся в его семье более пятидесяти лет демон-убийца — внучатый дядя Го Кунь, родившийся слабоумным? Храпевшие в кустах приказные проснулись, в панике засуетились и забегали, повязали Го Куня и пошли вылавливать из озера Ли Ляньхуа, но свадебный наряд весил не меньше тридцати цзиней, да ещё прибавить вес самого Ли Ляньхуа — двое человек не справились, и пусть глубина была небольшая, он легко мог утонуть.

Услышав новости, поспешно прибежали Ван Хэйгоу и Го Дафу: первый вне себя от радости, второй — полный сомнений. Повязав Го Куня, Го Хо с приказными совместными усилиями вытащили Ли Ляньхуа из воды — он был цел, но не открывал глаза и не приходил в сознание.