Лотосовый Терем (СИ) - Пин Тэн - Страница 174

Дворец Великой добродетели находился в ведении Дворцового управления, однако питание и ночлег здесь были простыми, роскошью императорского двора и не пахло, каждый день подавали обычную кашу и не особенно дорогие закуски.

— Заклинателя? — обрадовался Фан Добин. Если даос с помощью магии отыщет следы того человека, тоже будет неплохо, вот только… вот только разве такое возможно?

— Верно. Этот заклинатель недавно имел большой успех у наследника престола, его почётное имя — Люи*. Говорят, он способен предвидеть будущее, вызвать ветер, накликать дождь, и поймал несколько мелких духов, прицепившихся к наследнику… — За дворец Великой добродетели в Дворцовом управлении отвечал старший евнух второй степени по фамилии Ван, обычно он появлялся редко, по полмесяца головы не высовывал — говорят, был очень занят в императорском дворце. Сегодня же дедушка* Ван прибыл самолично, чтобы объявить о прибытии заклинателя Люи и успокоить людей.

Люи — именем "Отшельник Люи" называл себя Оуян Сю, китайский государственный деятель, историограф, эссеист и поэт эпохи династии Сун. Лю-и составлено из числительных "шесть" и "один", то есть "один из шести". Однажды, на вопрос, о каких "шести" идет речь, он ответил своему гостю, что в его доме всегда есть 10 000 книг, 1 000 древних свитков, в том числе времен династий Ся, Шан и Западная Чжоу, один гуцинь, один набор шахмат и один чайник вина. Проведший жизнь среди этих пяти, он шестой.

Дедушка — здесь обращение к евнуху.

О как — даос, способный вызвать ветер, накликать дождь и поймать духов. Фан Добин воодушевился.

— А когда прибудет заклинатель?

— После полудня.

Ли Фэй сидел в молчании, с другими тремя чиновниками Фан Добин не общался, поэтому, разумеется, тоже не разговаривал.

Настроение у Фан Добина поднялось, он обратился к сидевшему рядом с Ли Фэем с улыбкой:

— Господин, вы мне кажетесь знакомым, не может ли быть…

Чиновник оказался понимающим и тотчас отозвался.

— Ничтожного чиновника зовут Чжао Чи, в меру недостойных сил служит в Хуайчжоу правителем округа.

Хоть Фан Добин и не служил при дворе, все знали, что он станет зятем императора, поэтому назывались “ничтожными чиновниками”.

— О… — отозвался Фан Добин, отмечая, что он обладает высокой должностью, и сразу покосился на второго. — Вы мне тоже кажетесь очень знакомым…

Другой чиновник оказался столь же тактичным, как Чжао Чи, и поспешил ответить.

— Ничтожного чиновника зовут Шан Синсин, я приписан к Приказу Великой справедливости.

Фан Добин замер — это было низкое звание.

— Ничтожный чиновник Лю Кэхэ, надзиратель в Работной части, — не дожидаясь, пока к нему обратятся, сам заговорил третий.

— Император вызвал вас всех вместе? — удивился Фан Добин.

Четверо обменялись растерянными взглядами, Ли Фэй кашлянул.

— Верно.

Фан Добин удивился ещё сильнее: зачем император вызвал в столицу этих ничем не связанных друг с другом чиновников разного звания?

— Император мудр и дальновиден, если послал высочайшее повеление за тысячу ли, то в этом непременно есть скрытый смысл, просто наши способности скромны и знания поверхностны, поэтому пока не можем уяснить его, — объяснил понимающий господин Чжао, заметив удивление на его лице. — Как только встретимся с его величеством, сразу станет понятно.

Фан Добин лишился дара речи, про себя на все лады ругая изворотливого Чжао Чи — ясно же, что эти пятеро прекрасно знали, зачем их вызвал император, однако не говорили. Нынешний император вовсе не был невежественным тираном, раз пожелал видеть пятерых чиновников, которые служили в разных концах страны и обладали уродливой наружностью, и расположил их во дворце Великой добродетели — наверняка дело неотложное. Может, то, о чём хотел знать император, как-то связано с неуловимым существом, напугавшим Лу Фана до потери рассудка? Его вдруг пробил озноб — если такая связь есть, разве не опасно ему находиться вместе с этой компанией?

Пока все без конца обменивались любезностями и ели безвкусную кашу, из-за дверей объявили: “Заклинатель Люи прибыл…”

Один за другим все в зале подняли головы. Фан Добин звучно опустил палочки и горящим взором уставился на дверной проём, гадая про себя, этот Люи — потомок даоса с горы Маошань или же монах, как Факун…

А затем заклинатель Люи показался в проёме.

Глава 83. Бумажная пагода блаженства

Когда заклинатель Люи показался в дверях, Фан Добин сначала оцепенел, а потом онемел от изумления, застыв с нелепым выражением лица.

Люи одарил его вежливой улыбкой. Кожа у него белая, но едва-едва желтоватая, черты лица — тонкие и изящные, по телосложению не толстый, не тощий, не высокий, но и не низкий, на серых одеждах — несколько заплат. Если это не Ли Ляньхуа, то кто?

Чжао Чи же как будто поверил в заклинателя Люи, тотчас вскочил на ноги, и все следом за ним.

— Проходите, проходите, присаживайтесь.

Ли Ляньхуа кивнул ему с видом необычайно опытного и умудрённого даоса.

— Говорят, господином Лу овладел злой дух?

— Именно так, — поспешил ответить Чжао Чи, — господин Лу прошлой ночью спокойно сидел у себя в комнате и по какой-то неведомой причине вдруг стал одержим, тронулся умом и до сих пор не пришёл в себя.

Ли Ляньхуа взмахнул рукавами и уважительно склонил голову перед присутствующими.

— Где сейчас находится господин Лу? Прошу, проводите меня к нему.

Ли Фэй немедленно подскочил, его взгляд забегал по Ли Ляньхуа.

— Заклинатель, сюда, пожалуйста.

Фан Добин замер в сторонке, безучастно наблюдая, как друг последовал за Ли Фэем в комнату Лу Фана, даже глазом не моргнув в его сторону, и сердито подумал: да он и наследного принца обдурил.

Прошло совсем немного времени, и Ли Ляньхуа с Ли Фэем вернулись из комнаты Лу Фана. Фан Добин недовольно посмотрел на них — судя по выражению лица Ли Фэя, пусть духовная сила заклинателя и велика, но Лу Фана ему исцелить не удалось.

— Это место приглянулось тысячелетнему лису-оборотню, — вернувшись в главный зал, заявил Ли Ляньхуа, — и скоро он здесь угнездится. Если не прогнать его заклятьями, боюсь, в ближайшее время все станут его жертвами. В лучшем случае, помутятся рассудком, как господин Лу, а в худшем — может случиться кровопролитие.

В бледном лице Ли Фэя не осталось ни кровинки, он не мог вымолвить ни слова.

— Раз уж такое дело, заклинатель, соблаговолите поскорее совершить обряд и прогнать тысячелетнего лиса-оборотня, чтобы обеспечить всем спокойствие, — попросил Чжао Чи.

Ли Ляньхуа ответил, что проведёт обряд сегодня ночью в час Мыши и изловит лиса-оборотня, а пока всем, кроме одного человека, который останется ему помогать, следует покинуть дворец Великой добродетели, Для обряда потребуется возложить на алтарь кувшин лучшего вина, четыре мясных и четыре постных блюда, немного фруктов, а также нужны меч из персикового дерева и несколько листов бумаги для амулетов.

Он уже перечислил необходимое перед приходом, и дедушка Ван приготовил всё по списку.

— Кто желает сегодня ночью остаться со мной и провести обряд? — с улыбкой спросил Ли Ляньхуа.

— Я, — сдавленным голосом вызвался Фан Добин.

Ли Ляньхуа почтительно поклонился ему.

— Господин фума, возможно, это будет опасно…

— Меня никогда не страшила опасность, — закатил глаза Фан Добин, — я всегда был солдатом, что идёт перед войском, с рождения плыл через кипяток и ступал по огню, как богомол лапками удерживает повозку, так и один муж может удержать целую заставу, не щадя жизни.

— Так фума прошёл через множество испытаний, — обрадовался Ли Ляньхуа. — Вижу, ваше тело окутывает аура дракона, небесный чертог полон, над вами пурпурное сияние и густые благовещие испарения — лис-оборотень не сумеет к вам приблизиться.

— Именно так, именно так, — загадочным голосом подтвердил Фан Добин. — Меня окутывают благовещие испарения, и стоит лисам-оборотням, диким духам или другим подобным существам приблизиться, как от страха у них душа разума отлетает, а душа тела рассеивается.