Ледащий - Дроздов Анатолий - Страница 3

«Чернокнижник»? – удивился Николай. – «Эсэсовец? На чем же он летал, если в траншее срисовали?..»

Додумать не успел. Издалека послышался нарастающий рык мотора. Оба ополченца поднялись на ноги (Владислав не очень быстро, но вполне уверенно) и глянули за бруствер. От посадки, находившейся в полукилометре от траншеи, к ним полз гробообразный броневик. Высокий, черный, с башенкой в передней части боевой машины. Из башенки торчал ствол пулемета или автоматической пушки – издалека не разобрать, но точно, что не мелкого калибра. За броневиком бежали пехотинцы – примерно с отделение солдат.

– Писец нам, Коля! – выдохнул напарник. – В бинокль разглядели, что нас здесь только двое, и выслали «Куницу» и солдат. Покрошат в мясо.

– Гранатомет найдется?

– Был у Сереги, – удивился Владислав. – «Ослоп». Но толку? «Куница» немцев с зачарованной броней – глянь, какая черная! Никакая граната не возьмет.

– Найди – и быстро!

Ополченец хотел что-то сказать, но, глянув на лицо напарника, сглотнул и захромал куда-то по траншее. Вернулся скоро, держа в руках трубу гранатомета. Николай забрал и разглядел оружие. Похож на РПГ, в стволе кумулятивная граната, по форме видно. Механический прицел, броневик придется подпустить поближе.

– Дай мне флягу!

Ополченец подчинился. Николай полил водичкой нос гранаты и накрыл его ладонью. Из нее истек знакомый холод, и носик побелел. Ополченец икнул.

– Ты волхв?

– Не знаю, – ответил Николай и уточнил: – Кирасы на солдатах зачарованные?

– Скорей всего, да, – пожал плечами ополченец. – Раз с ними чернокнижник. Их всегда хорошо охраняют!

– Снаряженные магазины где?

Владислав принес подсумки. Николай извлек из них магазины и залил в них воду. Вытряхнул ее и начал прикасался пальцами к патронам. Те белели.

– Точно волхв, – промолвил Владислав. – Теперь понятно, как ты чернокнижника убил. Не могло быть у Семеныча зачарованных патронов – дорогие слишком. Что ж ты вчера про это не сказал?

– Это помогло б вам уцелеть? Надевай кирасу! И каску не забудь.

Надели снаряжение. Кирасы были на ремнях с липучками, поэтому справились довольно быстро.

– Иди на фланг, – Несвицкий указал рукой налево. – А я на правый. И не стреляй, пока не подобью «Куницу».

– А ты сумеешь?

– Не таких зверей валили, – буркнул Николай. – Разбежались, Владислав!

Позицию он нашел хорошую. Здесь траншея примыкала к небольшим кустам. Пусть на них и мало листьев (здесь, похоже, осень), но все же маскировка. Да и поле боя отсюда отлично просматривается. Стрелять придется с упреждением и из незнакомого оружия, но «Куница» движется не быстро. Экипаж, как видно, не желает отрываться от пехоты. Осторожничают немцы. Наверняка растеряны: как так получилось, что ополченцы завалили чернокнижника с охраной? Непонятно, потому и боязно.

Все вышло лучше, чем он ожидал. Подкатив к траншее на сотню метров, «Куница» встала и причесала ее по фронту из скорострельной пушки. Снаряды с мерзким визгом прошли над головой присевшего в траншее Николая, сбрив часть кустов. Подождав немного, он выглянул за бруствер. Броневик стоял на том же месте, наставив пушку в центр их обороны, а солдаты, обойдя «Куницу», с автоматами наизготовку осторожно двигались к траншее. Все как положено, как записано в уставах, и никому нет дела до затаившегося неподалеку гранатометчика.

«Ослоп» лег на плечо. Поймав в прицел борт броневика, Николай нажал на спусковой крючок. Громко хлопнул вышибной заряд, и ракета, покинув ствол, включила двигатель и понеслась к «Кунице». Расстояние в две сотни метров она преодолела буквально за мгновение и воткнулась в борт машины. А далее произошло невероятное: броневик как будто вспух огнем. С него сорвало башню, та отлетела в сторону и грохнулась на крышу. Взрывной волной отошедших недалеко солдат буквально сшибло с ног.

«Ни фига себе! – подумал Николай. – Вот так граната мелкого калибра! Что за взрывчатку туда сунули, раз боеукладку на раз вынесла?! А Владислав сказал, что не возьмет „Куницу“»…

Мысль как пришла, так и исчезла. Сбитые взрывной волной солдаты стали подниматься. Отбросив в сторону «Ослоп», Николай поднял «Гадюку» и короткими очередями стал гасить ошеломленных врагов. С другого фланга заработала «Гадюка» Владислава. Немцы падали на землю, не успевая ответить на огонь. Лишь двое, сообразив, попытались убежать, прикрываясь корпусом чадившей «Куницы». Николай чуть подождал, пока они минуют броневик, и дал две очереди. Черные фигурки попадали на землю и более не шевелились.

Николай пошел обратно. Владислава он нашел в траншее, чуть в стороне от взорванной «Куницы». В бинокль (видимо, разжился у убитых немцев) он наблюдал за посадкой, откуда выполз броневик.

– Минометы, гады, ставят, – сообщил напарнику. – Уходим, Коля! Сейчас накроют, и кирасы не спасут. Спрячемся в посадке.

Прятаться не довелось. В воздухе раздался гул, и над траншеей пронесся вертолет. Корпус длинный, хищный, в камуфляжной окраске. Развернувшись над посадкой, машина зависла над траншеей и ударила ракетами. Дымные следы помчались к батарее минометов, и через мгновение там сверкнул огонь, и встали клубы дыма. Посадка запылала.

– Объемными ударили! – воскликнул Владислав. – Ай да молодцы, ребята! Песец фашистам – там точно никто не уцелел.

– В вертолете ополченцы? – спросил Несвицкий.

– Имперцы, – возразил напарник. – У наших вертолетов нет. Вовремя же ребята прилетели!

Вертолет тем временем завис примерно метрах в ста от ополченцев и аккуратно сел на землю. Двигатель глушить не стал. Открылась дверь, на землю спрыгнул летчик в камуфляже со шлемом на голове и пошел к траншее. Закинув автоматы за спину, ополченцы двинулись навстречу. Встретились на полпути.

– Поручик Иванов, – представился пилот, повысив голос, чтобы перекрыть рев двигателя. – Второй пилот и оператор вертолета. Вы кто?

– Ополченцы, – ответил Владислав. – Третий взвод первой роты батальона имени Святого Серафима. Вчера приехали сюда и заняли позиции. Ожидали здесь гостей из добробата, но вместо них явились немцы – и с минометами. С ними – чернокнижник да еще «Куница», – он кивнул на догоравший броневик. – Нас минами засыпали, ребят побили почти всех. Уцелели я и Коля. Вот с ним и воевали.

– Вдвоем?! – поручик изумился. – Против десятка штурмовиков с бронемашиной? И вы их положили?

– Заодно и чернокнижника, – ответил гордо Владислав.

– Пи… дишь, мужик! – качнул головой поручик. – Чтоб чернокнижника… Его ракетой не возьмешь!

Николай полез в карман, достал трофейную звезду и протянул поручику.

– Смотри!

Тот осторожно взял и разглядел.

– Не могу поверить, – сказал, вернув звезду Несвицкому.

– Он там лежит, – напарник указал рукой. – Можешь посмотреть, поручик.

В голосе его звучал сарказм.

– Как вам удалось?!

– Дык Коля – волхв, – ответил Владислав. – Зачаровал патроны и гранату для «Ослопа». Из него поджег «Куницу», а немцев мы из «Гадюк» положили. Их слегка прибило взрывом, а пока опомнились, уже готовы.

Он довольно улыбнулся.

– Да вы герои, мужики! – воскликнул Иванов. – Я слыхал, как вы деретесь, но чтоб такое… Как вас зовут?

– Владислав Гулый.

– Николай Несвицкий.

– Доложу о вас командованию, – сообщил поручик. – Спасибо, мужики!

– Вам спасибо, – поторопился Гулый. – Вовремя прибыли на подмогу. Мы с Колей уже думали, что нам песец. Засыплют минами.

– Да мы в сторонке пролетали, – пожал плечами Иванов. – Заметили горящую машину. Решили посмотреть, кто тут воюет. Оказалось, вы – и с немцами. Ударили по ним. Невелика-то помощь.

– Все равно спасибо, – не согласился Владислав. – Для вас, быть может, невеликая, но вы жизнь нам спасли. Есть просьба к вам, поручик. Сообщите нашим, что мы вдвоем остались. Пусть присылают подкрепление или на позиции заменят.

– Сообщу, – пообещал поручик. Он козырнул и отправился обратно. Через минуту вертолет поднялся в воздух и улетел. Ополченцы проводили его взглядами.