Корабль неспасенных (СИ) - Кибальчич Сима - Страница 50

Воронцов на мгновение застыл с куском во рту, стараясь хоть как-то вообразить процесс. Случайно глянул на Ирту. Она даже не размыкала полные губы, ломоть чего-то жилистого и красного просто растворился при прикосновении с ними. Воронцов закашлялся.

– Так все-таки доказали? Поймали душу в сачок?

Женя сидела с локтями на столе, упираясь подбородком в сплетённые пальцы. На лице живое любопытство. Бывают люди, которые относятся к истории, как к сказке, и чем она бесполезнее в жизни, тем интереснее. Но в этом случае сказка была ответом на вопрос, кто такая Евгения Звягинцева и зачем существует.

– Удивительно, но поймали. Нашли матрицы биографических субструктур. А значит, память умерших или как бы сами души.

– И что? Значит, люди бессмертны?

– Ну-у... можно и так сказать, – кисло согласился Граув. – Хотя сами результаты эксперимента до сих пор объясняют, кто во что горазд. Вы вот о нем так и вовсе не слышали. Кто их разберет, что там нашли. Какие-то отпечатки. Что они доказывают – никому не ясно.

– И причем тут тогда наша история? – пожал плечами Воронцов. – Мы сейчас в сверхдальной галактике, а вы говорите о лептоновом слое Земли. Где имение, где наводнение.

– Пока вы, господин Воронцов, были в отъезде, наводнение затопило имение.

Малопонятная фраза, но очень неприятная, словно им некуда уже возвращаться.

– Ладно, об этом потом. Давайте, вернемся к тому, что случилось с вами. Итак, человеческое тело прилипло к «Наиль» после столкновения с газово-пылевым облаком. В одном космическом существе оказалось сразу три личности. Тем временем облако отправилось по вашим следам, уплотнилось и продолжило меняться. Такие результаты принес ваш последний зонд, и наши наблюдения это подтверждают. Кстати, сейчас внутри скопления растет количество кристаллических минералов, они все равно что размножаются и образуют разные формы. Химические реакции сложные: трансформирующиеся кристаллические структуры, кроссфактурные, как мы их называем. Взаимоотражение, дублирование, формирование нового. Ваше тело, Евгения, изначально так и было создано. Но мы искали в облаке кое-что еще и нашли. Скопление пронизано лептонными структурами. По нашей версии отпечатками человеческой памяти. Чтобы это подтвердить, пришлось провести этот эксперимент. Покопаться в вашей голове. Это действительно было необходимо.

Все-таки улыбался капитан с удивительно располагающей искренностью, и Ирта в такие моменты кидала на него взгляды, словно планировала сожрать при первой возможности. В Грауве чувствовалась своеобразная харизма, ему хотелось довериться. Обычно стержень такой притягательности – убежденность в своей правде. Но тут что-то было не так, улыбка порой становилась извиняющейся, а в задумчивости сквозили сомнения. Казалось, в этой натуре прятался забытый, заросший годами, но все же излом. И он, как ни странно, добавлял обаяния.

– Что именно вы со мной сделали? Вы так толком и не объяснили, – возмущенно сказала Женя.

– Атаковал скопление вашими воспоминаниями. Через специальный ретранслятор, конечно.

Ретранслятор, значит? В руках Граува это больше напоминало схватку двух призрачных змей. Жирное, как перекормленный удав, облачное скопление и беспокойный ужик, которого капитан будто выудил из рукава. А на самом деле из отключившейся на ложементе Жени с помощью Ирты и ее жутких живых волос.

– И что это дало? – спросил Воронцов.

– Ну же видели, как оно возбудилось и постепенно потеряло вытянутую форму. Появились четко выраженные локальные плотности, а вокруг них закрутились более мелкие структуры. Прямо крошечные центры новых галактик.

– Видел, но не понял, что происходит.

– Я вряд ли толково объясню. Но одно ясно: скопление очень упорядоченно отреагировало на трансляцию истории из человеческой жизни. Мы ему рассказали, а оно явно услышало. Вот вы, Воронцов, пытались делиться воспоминаниями с камнем на дороге? Нет, он не воспримет ни сказку, ни роман. И с чего вдруг мусору в космосе что-то там понимать? Да и для инопланетного разума человеческая история своего рода «белый шум». А вот человек – отреагирует. Значит, в этом скоплении содержится человеческое. Если бы в скоплении не было душ, но не было бы реакции. И более того, судя по интенсивности этой реакции, это души одной с Евгенией эпохи. И это наводит на интересные мысли.

– Вы так уверены в своих гипотезах и выводах?

– Скорее склонен думать, что прав. Наш эксперимент пока лишь косвенное доказательство. Но мы закапсулируем несколько полученных структур и оставим маячок. А вы, как долетите, передадите координаты на Землю. Я подскажу, с кем именно связаться.

– Почему не вы сами?

– Ну, скажем так, мы случайно здесь оказались. У нас хороший гонорар от грифлоидов и вообще другие дела.

Капитан пожал плечами и закинул в рот сразу два крамбла. Равнодушие выглядело наигранным. Сомнительная парочка наемников на земном военном корабле. Гоняется за челноками, в которых подозревает имитацию земной жизни. Увлекается оккультными учениями о душах умерших. Имеет на борту специальное оборудование для их поиска в далеком космосе и для последующего капсулирования. А еще есть связи в ведомствах на Земле для передачи важной информации. Хоть Воронцов, по мнению Наиль, недалёкий человечек, но не на столько же?

Вон она сжимает губы, не иначе пытается удержать очередное острое замечание, обойтись только яростными лучами из глаз. Одна Женя в их компании – наивный хомяк: всего опасается и всему верит.

– Ну ладно, хорошо. Допустим вы правы. Но как фрагменты человеческой памяти могли оказаться так далеко в космосе?

– Я вам просто не успел рассказать всю историю. Так вот, после успешной «рыбалки» в небесах появились новые вопросы. Например, как устроено это информационное поле вокруг Земли. Пришли к выводу, что оно неоднородно. Ближе к планете плотное, как бы такой густой бульон, а у космоса рваное, клочковатое. Церковники эти отдаленные части сразу определили в ад. В любом случае, крайние части лептонного поля Земли легко утягиваются в космос пролетающими объектами, кораблями, кометами. А тонкие лептонные струны тянутся от Земли сквозь солнечную систему и дальше. Появилось метафизическое предположение, что несвязанные друг с другом души уплывают разрозненными частями в дебри космоса. А там могут быть притянуты космическими телами. Разные астероидные скопления для них почти идеальны. Хороши кристаллические структуры.

– Ладно, допустим. Какие-то информационные поля стали частью неорганического мусора. Разве этого достаточно, чтобы появился гомункул, – спросил Воронцов и осторожно покосился на Женю. – Нужны чья-то воля и разум.

– Значит, были и воля, и разум, человеческие и кристаллические.

– И почему троих в одно тело?

Наиль молчать явно устала, махнула рыжим хвостом и недовольно пояснила:

– Функция распознания так сработала. Очевидно, трое определены как целое. Наверное, самое крупное целое, поэтому под них и было создано тело. Остальные отпечатки личностей, вероятно, более осколочные. Я так понимаю, что так положено грешникам. Ну или биографии остальных не связаны.

– Все правда, – пробормотала Женя. – Мы трое связаны одним преступлением, виноваты в гибели огромного количества людей.

– Если верить вашим воспоминаниям, то вы, Евгения, как раз и не виноваты. Поэтому ваша душа, возможно, более цельная и ее проще всего было вернуть в тело. Заметьте, вы лучше его контролируете. Двоих других, возможно, сами тянете за собой из-за чувства вины.

– Безумный оккультизм, – фыркнул Воронцов.

– Пока назовем это гипотезой. Хотя есть все основания считать ее реальностью.

Что ж, самое время поднажать на этого самоуверенного красавца и его гривастую ведьму.

– У вас наверняка есть, иначе вы бы здесь не оказались, не так ли? Эта ваша «Гордость Португалии», раз, – и Воронцов выразительно щелкнул пальцами. – и в нужное время, в нужном месте и с необходимым оборудованием. Вы знаете, чего ждать от скопления, поэтому гоняетесь за нами и проводите эксперименты. Ах, да, еще байки рассказываете про заказчиков-грифлоидов. Может, пора открыть карты, капитан?