Корабль неспасенных (СИ) - Кибальчич Сима - Страница 28

– Ага, таким как ты нужен браслет, лучше даже ошейник. Заканчивай со своей демагогией!

Но Марк на рык не среагировал. Рассматривал Женю. С ожиданием. Таким ленивым и почти равнодушным. Повисла тяжелая и непонятная пауза.

– Вы, Марк, хотите сказать, – осторожно начала она. – Что людям лучше… Ах, извини, Игорь, правонарушителям. Им лучше обмениваться переживаниями без посторонних ушей и процедур. С чувством внутренней свободы. И они сами найдут выход из своих проблем. Помогут друг другу.

– Бинго, Евгения! Молодежь буквально вдыхает жизнь в измученный разочарованиями организм. Твой крутой парень только и делает, что разрушает между нами связи. А их наоборот надо создавать и поддерживать. А если и направлять, то очень и очень незаметно. Давай попробуем его убедить.

И он подмигнул нагло и развязно. И откуда догадался про парня? Ведь Игорь сказал – помощница.

– Кончай тупой треп, – вызверился Игорь. – То, что ты говоришь – прямое нарушения закона. Основание закатать тебя по полной.

– Плевать на закон, – жадно прошептал Марк, склоняясь над столом. – А захочешь – можно контролировать, не ставя никого в известность. Частным образом, так сказать. А, если их болтовня повернет не в ту сторону, то и сдать всех разом.

– Хочешь дирижировать оркестром безумцев?

– Почему бы и нет? А ты разве не хочешь, лейтенант? Чтобы под твой колпак они по собственной воле стягивались?

– В некотором смысле это все бы упростило – хмыкнул Игорь.

Предложение Марка казалось разумным для облегчения жизни загнанных в личную трагедию людей. Сочувствие и понимание близких всегда помогали выкарабкаться из проблем. Скот там человек или не скот, но ему нужно принимать самого себя и свою судьбу. И хорошо бы для этого иметь примеры перед глазами. То, что общение оказалось под запретом и рассматривалось как распространение преступных взглядов – глупость несусветная. Очередной логический тупик общества модельного права. И Женя не побоялась бы плюнуть на законы ради благополучия конкретных мужчин и женщин.

Но в этом разговоре акценты расставлялись как-то неправильно. Забота о человеке маскировала нехороший душок циничных расчетов. Причем риски и выгоды Игоря еще как-то можно было представить, а вот какую рыбку в этой мутной луже ловил Марк – не поймешь. Хотя таким неприятным типам иезуитская игра сама по себе придется по вкусу.

Женя сдавила пальцами вилку и поймала очередной прищуренный и любопытный взгляд Марка.

– Господин лейтенант, простите великодушно, но меня опять снесло с правильного пути. В кои веки в мою убогую лачугу явилась дама, а я попусту чешу языком и до сих пор не предложил тост за ее красоту. Прошу разрешить выпить за вас, Евгения.

Воспитание заставило Женю растянуть уголки губ. Но пить с Марком совсем не хотелось.

Глава 13. Живая вещь

Шла его подача. Всего пять геймов, а Женя уже с трудом отбивала. Хорошо, что это утренняя разминка без всякого счета, а то был бы позорный проигрыш. Ракетка взлетала, мяч глухо и упруго ударялся, с трудом переваливал через сетку. А возвращался бешенной фурией. Короткий отскок от корта, и она едва успела добежать и встретить. Взмахнула ракеткой, не соображая куда, и сетка вспыхнула сигналом ошибки. Прямо в центр попала, даже не поверху. Мяч мягко колыхнулся, зажатый в умной ячейке.

– Моё очко, – спокойно сообщил Игорь. – Соберись, ты спишь на ходу.

Конечно, спит. Игорь просто выдернул ее из сна и чуть ли не волоком притащил на галерею кортов первого этажа. Взбодрись и радуйся. Грохот позитивной музыки и бодрые удары мячом ранних пташек квартиросъемщиков. То, что она не спала полночи, Игоря мало интересовало. Ведь он говорил, что пора ложиться, а не таращиться в экран. Сама виновата, ее проблемы.

Игорь с ленцой подбросил мяч вверх, готовясь к подаче. Женя вцепилась взглядом в серенькую круглую вражину и крепко обхватила ручку ракетки. Так, собраться: ноги шире, корпус вперед, носочки чуть пружинят. Поверх мяча и ракетки она видела Игоря и продолговатое пятно пота на его белой футболке. Хотелось уткнуться носом в грудь и вдохнуть. И не видеть любовника несколько дней тоже хотелось. Плавный, полный разворот широченных плеч, загорелая кожа из-под коротких рукавов. Безжалостная красивая сволочь.

Удар. Она чуть не потеряла мяч, едва успела нырнуть в левый квадрат с коротким замахом. Ее удар. Теперь быстро назад, и уже вправо, лишь бы отбить. Он не даст спуску, если она будет ошибаться раз за разом. Никогда не дает. Скачет по корту так, словно магниты в подошве. А там их нет, однажды не сдержалась, проверила.

– Не спи! – короткий окрик.

Темп ускоряется, Женя бежит, слабо понимая куда. Короткий, широкий замах – без разницы, что выйдет. И проклятая круглая тварь словно и не долетает до своего хозяина, разве что до сетки и снова к Жене. Неловкий взмах, бег и нога подвернулась. Мяч ожег шею, и Женя упала. Ракетка выскользнула, горло схватила боль, не давая втянуть воздух. Проклятый теннис!

Когда Игорь присел рядом, она уже прокашлялась.

– Да что сегодня с тобой такое?!

Он потянул вверх подбородок, осмотрел шею. Заставил повернуть голову сначала в одну, потом в другую сторону. Издал не слишком довольный звук и вздернул Женю вверх. Она сразу прижалась носом к пятну пота. И что же она за озабоченная сучка, хоть шея жутко болит, а все равно хочется потереться, вжаться.

Игорь опустил руки на ее задницу, поддерживая, оглаживая. Однажды он брал ее прямо на корте, потом оказалось, что вход в их секцию даже не был закрыт.

– Игрок из тебя сегодня хуже некуда, побила собственные рекорды. Пойдем завтракать. А то мне бежать на работу.

И он чувствительно ее шлепнул. К возбуждению привычно примешалась обида, но возразить нечего. Игрок она бестолковый, как он ни объясняй и ни тренируй. К тому же ведет неправильный образ жизни, ночами не спит, ничем полезным не занимается. Сидит у мужика на шее и не прислушивается к его требованиям. То есть не всегда прислушивается. Если не секс, конечно.

Женя помешивала кофе и смотрела, как Игорь достает биопосуду из мультишкафа. Манипуляторы там постарались, довели полуфабрикаты до нужной температуры, зажаренности и сервировки, – пахло вкусно и сразу разным. Из «Экопродуктов» Игорь заказывал всего три вида завтрака и чередовал их день ото дня. Не сложно угадать, что под крышкой окажутся овощи-гриль, яйцо пашот, зерновые сухарики и нежная замазка из крем-сыра и зелени. Ну вот точно!

– Советую все съесть. И через часок, как я уйду, выбраться в парк. Ты, если не в лаборатории, то дома. Хоть сегодня погуляй.

Заботится о ней идиотке. Женя кивнула, испытывая иррациональное чувство вины. Как так получилось, что она даже завтраками не занимается? Нет, полгода назад, когда только перебралась к Игорю, то готовила. Он хвалил ее фамильный пирог с потрошками, морковью и специями. А салат с курицей и апельсинами несколько раз просил повторить. А потом… Трудно вспомнить, как все до этого докатилось.

Стоит ей сунуться с инициативой, как он с сомнением почесывает подбородок, бросает: «может, не стоит», и она отступает. Сразу и беспрекословно. Да что отступает, уже и не решается что-то предлагать. Даже не уверена, что способна приготовить вкусное. Хотя сам Игорь время от времени готовит. Шикарно, надо признаться. Яблочно-коричный пирог, толстый от начинки, румяный из-за опалённого сахара сверху. Или острое, пряное жаркое из говядины. Пальчики проглотишь. Она с удовольствием все съедает и чувствует себя при этом домашним питомцем. Обихоженным, присмотренным, но бесполезным. Если не секс, конечно…

Женя стала терять контроль над разными, казалось бы, несущественными мелочами, когда Игорь устроил ее к Дернову. Лабораторной девочкой на побегушках. Грязным, конечно, способом. Пригрозил-таки ученому наблюдением за дурочкой Эллой. Но Жене было плевать, уж очень хотелось поучаствовать в настоящем волшебстве. И она ухнула туда с головой. В возможность видеть, как рождается чудо, даже что-то понимать в механизмах, пробовать самой. Все остальное как-то отступило, исчезло, стало малозначительным. Лаборатория и секс – все, что интересовало.