Развод. Мы больше не твои (СИ) - Гейбатова Мила - Страница 27

Удивительно, как небольшое изменение статуса способно влиять на людей. Взять меня, кстати, наконец–то свободную женщину с двумя детьми, я ведь с Егором уже практически сроднилась, настолько выучила его мимику, привычки и прочее, а дошло дело до нашего первого «взрослого» свидания, и я нервничаю, как будто иду на встречу с незнакомцем.

– Тетя, ты точно не против, что мы тебя вот так нагружаем? – наверное, в сотый раз спрашиваю. – Никита и Соня уже прилично ходят, но и лезут всюду, куда дотягиваются. А тебе нельзя нагибаться. Нет, я все отменю, или мы пойдем вчетвером как всегда! – решаю за всех.

– Ольга, иди, – тетя подталкивает меня к выходу, – не такая я развалина, какой ты меня выставляешь. А вам с мальчиком пора определиться, кто вы друг другу. Уже и мне интересно, выйдет у вас что–то, или разбежитесь. Да и разбежаться лучше сразу, расставшись на дружеской ноте.

– Как–то не очень обнадеживающе, не находишь? – вопросительно выгибаю бровь. – Вот совсем не поддержала.

– А зачем я буду вкладывать в твою голову сказки. У тебя уже был один сказочный брак, тебе оно надо, второй заводить? Не думаю, – тетя не теряется.

– Ты еще про часики, которые тикают, мне скажи.

– Нет, это неактуально, у тебя все хорошо, у тебя есть детки. Это я свои упустила, но, к счастью, хватило ума с тобой поддерживать связь. С вами, ребятами, все же веселее, – грустно улыбается тетя.

– Чего ты, – подхожу к ней и дарю редкое объятие. Почему–то мы с ней не особо тактильные, – мы не собираемся тебя бросать. Я никогда не собиралась, просто этот город не мой родной.

Тактично умалчиваю, что никак не привыкну к местному климату и нет–нет, да и думаю о своем прежнем месте. Тем более теперь я официально в разводе и с целым личным домом, с которым я, правда, понятия не имею, что делать.

– Вот именно, не нравится тебе тут, я же вижу, – тетя смаргивает слезы и быстро возвращает себе привычную собранность, – и это нормально.

– Но мне очень нравится, что ты рядом! – горячо восклицаю.

– Так и иди тогда спокойно, дай тетке с детьми понянчиться, неизвестно, сколько мне осталось, и без того здесь задержалась. Младшая сестра, твоя мать, давно уже ушла, как и мой дорогой Стасик.

– Нет, я не хочу слушать подобные причитания, – поднимаю руку перед собой, – я, действительно, лучше пойду. И не такая ты древняя, у тебя даже жених есть, сосед по даче Константин.

– Нашла, кого мне сватать, – тетя смотрит на меня с недоумением. – С моим Станиславом никакой Константин не сравнится.

– Я так и подумала, – прячу ухмылку, – пойду одеваться. По любому вопросу не стесняйся, звони! Номер Егора я тебе тоже вбила!

– Поняла я все, поняла, – тетя снова начинает меня подталкивать к выходу, – утомила хлеще малышни.

Посмеиваясь, захожу к себе, но вместо того, чтобы закономерно думать о нарядах, то и дело возвращаюсь мысленно к тете и двойняшках.

– Надо было их сюда переместить! Зачем я оставила их в квартире тети, тут ведь удобнее ей будет! – произношу вслух и тороплюсь осуществить задуманное.

Распахиваю входную дверь в одном коротеньком халате, а там стоит Егор с занесенной рукой для звонка. Секундное провисание со стороны нас обоих, а потом мы хором заговариваем.

– Прекрасно выглядишь, – реплика одноклассника.

– Здравствуй, я немного не успела, – моя.

– А–хах, – затем мы синхронно смеемся, и следующая попытка заговорить начинается так же, как и прежняя – мы делаем это хором.

– Прости, давай ты, – уступаю Егору.

– Да нет, ты хозяйка квартиры, ты и руководи балом, – возражает он.

– Я, да, точно, – смущенно улыбаюсь. – Тогда проходи и извини за мою задержку.

– Это тебе, – Егор заходит в квартиру и протягивает мне шикарный букет роз. – Сначала я думал купить что–то менее банальное, а потом решил, что классика рулит.

– Ты абсолютно прав, – зарываюсь носом в цветах, – они очень красивые, спасибо. Сейчас поставлю в вазу, я помню, она была где–то наверху на кухне.

Тороплюсь найти искомое, Егор следует за мной следом, готовый помочь, но я намерена справиться сама. Подставляю стул, забираюсь на него и без всякой задней мысли тянусь за вазой, позабыв, что на мне лишь один коротенький халат, и у него ужасно непрактичные лямки. И, конечно, именно в этот момент эти лямки–предательницы решают развязаться, позволяя тонкой ткани соскользнуть с меня…

49

49

Я поздно понимаю, что происходит и, сосредоточенная на добыче вазы, попросту не успеваю поймать шелковую ткань. Она предает меня, падая и оставляя без своей защиты.

Время словно замирает, как и я, в ожидании следующего шага. Его решает сделать Егор.

– Я поймал халат, – произносит он медленно, тщательно контролируя свою интонацию. – Ты вазу–то нашла?

– Д-да, – сдавленно отвечаю, а потом думаю, какого черта, и смело поворачиваюсь к однокласснику. – Черное белье решила надеть на встречу с тобой. Как оно тебе? Вроде неплохо сидит, я наконец–то похудела спустя столько времени после родов.

– Это точно, – рассеянно кивает друг. – То есть, я хотел сказать, что черный хороший цвет, тебе идет, – поправляет он себя.

– Тоже так думаю. Но я хотела надеть белое платье, а под ним просвечивается черная ткань, вот и задержалась, никак не могла решить, что для меня важнее: платье или белье, – рассказываю будничным тоном, как будто о прогнозе погоды вещаю. – Не поможешь? – протягиваю Егору руку, но он все не может оторвать взгляд от моих обнаженных ног. – Спуститься, – услужливо подсказываю, – и вазу бы забрать.

– Ах да, конечно, – одноклассник трясет головой, – ваза, давай ее сюда, вредную такую. И тебе тоже помогу, конечно, спуститься.

Он ставит вазу на стол рядом с букетом роз, а потом уж слишком галантно обхватывает мое запястье, как будто мы на светском приеме, а не на моей кухне в весьма пикантной ситуации. Хотя, возможно, все дело как раз в пикантности этой ситуации, от того Егор и действует немного необычно.

– Благодарю вас, мой принц, – произношу чуть насмешливо и грациозно опускаюсь на пол. – А теперь пройдемте в мои покои?

– Э, – Егор серьезно зависает, пытаясь понять, о чем я ему толкую.

– В комнату, говорю, идем в мою, – милостиво поясняю, – ты обязан помочь мне с нарядом, помнишь? Нужно решить непростую задачу: оставить белье или белое платье. Я склоняюсь к платью.

Выхожу в коридор, а Егор так и стоит зависший с моим халатом в руке. Оборачиваюсь и бросаю на него вопросительный взгляд.

– Я лучше тут останусь, пожалуй, – отвечает он на незаданный вопрос, – цветы в вазу поставлю, чтобы не завяли.

– Ах да, точно! Цветы! – произношу с излишним воодушевлением. – Я и забыла, чего, собственно, полезла наверх.

Возвращаюсь на кухню и нарочито медленно наливаю воду в вазу, а потом сверхаккуратно размещаю букет в вазе. Происходящее меня забавляет, смущения как не бывало. Всего–то нужно представить себя на пляже и почаще смотреть на растерянного Егора, который не разделяет моей легкости.

– Может быть, халат пока накинешь, – произносит он как–то болезненно, – заболеешь раздетой ходить.

– Ты что! Отопление никак не отключат, дом старый, регулировки по температуре окружающего воздуха нет, вот и шпарит почти как при холодах. Мне так тепло в частном доме в мягком климате никогда не было, мы дом до такой степени не прогревали, – весело вещаю, вспомнив, что надо бы в вазу сахарку подсыпать, чтобы розы дольше стояли, а еще подрезать их не помешало бы.

– Согласен, – Егор нервно расстёгивает верхние пуговицы рубашки, – жарковато.

– Все! – торжественно объявляю, с сожалением отставляя замученные розы, больше я с ними ничего не сделаю, чтобы потянуть время. – Идем одеваться.

– Я все же тут подожду, – еще раз предлагает одноклассник, сдавленно глотая.

– Нет–нет, – хватаю его за руку и тяну за собой, – ты мне очень нужен, – подбегаю к шкафу, беру платье и комплект светлого белья. – Смотри, вот и платье, а это белье к нему. Меняем?