Кладбище звездных кораблей (СИ) - Зиборов Александр - Страница 68

Лихорадочно принялся прикидывать варианты, что мне можно предпринять?

Некоторое время раздумывал, сжевав пару пряников, и остановился на известном варианте, когда далеко в сторону что-то бросается для отвлечения внимания. У меня ничего подходящего для этого не имелось. Разве что пряники. Решил использовать один из них. Уже было приготовился швырять пряник через головы корсаров как можно дальше, дабы они отвернулись и дали мне возможность незамеченным выбраться наружу. Конечно же, план рискованный, но другого я не нашёл.

Но мои замыслы оказались сорванные словами кого-то из тех, кто находился внутри космобота:

— Гайл, у тебя ключ от двери камеры?

Более плечистый из наружных стражей ответил:

— У меня, а в чём дело?

— Нужно поглядеть, а то этот чемпион перестал шевелиться. Уж не окочурился ли он от страха? Был слишком даже резвым, всё мёрз, а теперь застыл.

— Наверное, замёрз, — ответил Гайл. — Ладно, иду.

И направился по трапу наверх. За ним следом туда же последовал напарник.

Я понял, что мой побег вот-вот будет обнаружен. Нужно было действовать максимально быстро, иначе буду схвачен…

Едва стражи вошли внутрь, как я раскрыл люк, вышел наружу, притворил его за собой и пошёл самым спокойным шагом. Надеясь, что ежели кто увидит меня издали, то не узнает. Как мне ни хотелось, а бежать нельзя, это сразу вызовет подозрения. А так вроде бы всё нормально: мало ли это кто и мало ли зачем он был на складе. Значит, имеет право и так далее. Самое обычное дело, сразу выбросят из головы, переключатся на что-то иное.

Постепенно я забирал всё более влево и скоро оказался закрытым от глаз стражей, которая вот-вот снова окажется снаружи, корпусом космобота. Теперь они меня не увидят, даже если вернутся на своё прежнее место. Сошёл с дорожки, сделал пару шагом, оступился и рухнул в зелёную субстанцию, которая казалась мне совершенно чёрной. Разве что иногда какая-то змейка «позёмки» отсвечивала зеленью. С радостью оказался под ними с головой, даже торжествуя — тут уж они меня точно не поймают.

Услышал близкие крики и вой сирены. Мой побег обнаружен, потому и поднята тревога.

Я рассмеялся:

— Ловите меня, дураки! Дырку от бублика получите, а не меня!

Вспомнил о своих «браслетах», срезал их ножом с рук и ног, вернулся к дорожке и уложил их на неё. Пусть найдут и решат, что я решил тут покончить с собой и бросился в бездну. Они же не знают о моём кожном дыхании.

Сразу же спохватился: они же могут вспомнить о пояске верности на моей шее. Сосредоточился, примерился и принялся перерезать его своим ножом. Анихронированный материал, из которого он был сделан, оказался прочнее стали перегородки в камере, но в конце концов я всё же одолел его, нанеся сам себе довольно глубокую рану на шее. Очень уж острым оказался нож, одно прикосновение, которого я и не почувствовал, прорезало кожу. Полилась кровь. Отхватил край рубашки и замотал шею. После этого поспешил укрыться в спасительной субстанции Бездонной топи, по пути утопил поясок верности, дабы его не нашли. Не нужно, чтобы они знали о том, что я от него избавился.

В Ройял-тайне начиналась нарастающая суматоха, загорались огни повсюду, появлялись группки и группы корсаров. Я же отплыл подальше от города в толще Бездонной топи, после свернул направо.

Совершил заплыв по огромной дуге, смиряя своё нетерпение, и оказался практически на противоположной стороне Ройял-тауна и от него направился в сторону далёкого горизонта, где находились останки одинокого космолёта. Вокруг него обнаружилось довольно обширное мелководье с небольшим количество ям глубиной до колена.

Когда оказался около корабля и для отдыха присел на сорвавшуюся плиту брони, то заметил, что небо на восточной стороне уже начало светлеть. Близилось утро.

Вышел на ровное место, с полуминуты дымился — отовсюду выходила в виде струек зелёная субстанция. Зрелище уже было для меня привычным, потому особо этим не заморачивался.

Достал пряники, посмотрел, они оказались совершенно сухие. Пребывание в зелёной субстанции не смочило их. Доел пряники. Хоть какая-то, а еда. Трудно сказать, когда удастся поесть в следующий раз.

Испытывал сильную усталость, что было не удивительно, ведь я уже почти сутки на ногах, да и всю прошлую ночь спать почти не удалось из-за Тальяны. В каком настроении сейчас она, что думает обо мне? Недолго продлилась наша «семейная жизнь», она опять осталась как бы незамужней. Несомненно, брак со мной будет аннулирован. Тогда что, повторно заставят выбирать нового мужа?..

Ладно, сейчас не до неё, нужно подумать о себе, решать свои проблемы.

Самым нужным я счёл знакомство с космолётом. Вдруг удастся сыскать что-нибудь подходящее для себя. Хотя он лежит не слишком далеко от Ройял-тауна и здесь уже побывали задолго до меня, забрали всё, что сочли мало-мальски ценным. Но последней умирает надежда!..

Оглядел внушительный корпус звездолёта, при ударе его разорвало на две почти равные части, свыше трети низа смялась, но верхние помещения остались целыми. Только как до них добраться? Входные люки, обычные и грузовые, оказались внизу, о них можно забыть. Самым логичным было проникнуть через разрывы в обшивке, как я это сделал на «Витязе Арконы».

Убедился, что и побывавшие тут до меня думали точно также. Они пытались пробраться внутрь, повыкидывав наружу то, что оказывалось на их пути. Потрудились немало, по сторонам валялось много чего — различные металлические конструкции, части обшивки и переборок, мебели, рваная одежда, даже битая посуда. Она меня заинтересовала именно тем, что оказалась битой: в космофлоте редко видишь такую. С какой стати такой, фаянсовой или фарфоровой, пользовались здесь? Понять не мог.

Заметил салфетки с надписью «Барс космос». Несомненно, именно так назывался космолёт. Почти сразу в моей памяти всплыла фраза, сказанная кем-то из сослуживцев, о том, что этот звездолёт называется «Барс космоса». Тогда я услышал её краем уха, она была сказана не мне, но запомнилась, а вот сейчас припомнилась.

Рассматривая осколки посуды, почувствовал лёгкое неудобство от повязки на шее, где я порезал сам себя, освобождаясь от пояска верности. Она пропиталась моей кровью и почти засохла, временами царапая кожу подбородка.

Размотал повязку, осторожно тронул рану… вернее, то место, где она должна была находиться. Никакой раны не обнаружил, кожа оказалась совершенно целой. Удивился: как же она так быстро зажила? И что тому причиной?..

Принялся размышлять. Сие вполне могло оказаться действием артефакта принца Диего, после чего мой организм приобрёл способность к регенерации. Принц же тогда поведал мне, что у него отрос отрубленный шпагой палец! Или в моём случае сыграло роль пребывание в зелёной субстанции, она питала меня кислородом, насыщала водой, могла и зарастить рану.

Ладно, подумаем об этом позже. Сейчас нужно заняться содержимым космолёта. Отбросил в сторону послужившую мне бинтом полосу окровавленной ткани в сторону. Тут же спохватился: нельзя оставлять столь явные следы за собой.

Выбрал среди битой посуды обломок поувесистей, им оказалась боковина большого бокала с целой ручкой. Привязал к ней ленту, зашёл в Бездонную топь поглубже, для чего пришлось идти довольно далеко, и забросил подальше от себя. Она с частью бокала сразу же ушла в глубину. Там её не никто найдёт.

Вернулся к космолёту.

Из него до меня уже много чего извлекли, теперь можно было пройти напрямик сквозь образовавшийся коридор и выйти с другой стороны. Местами проход расширялся очень даже значительно. Потолок обычно состоял из разорванных переборок. Сверху свисали трубопроводы, кабели, тросы, края обшивки. Немало имелось торчащих штырей, арматуры, острых углов настила. Было немало мусора.