Сиреневая госпожа поместья Лундун. Том 2 (СИ) - Винтер Ксения - Страница 39

Отвечая на поклон, я сделала мысленную пометку, если удастся организовать встречу с представителями долины Тайшу, понаблюдать за поведением Тая отдельно от брата.

Дождавшись, пока оранжерею покинут все посторонние, Васт взмахом руки отослал Чалу, сам же подошёл ко мне и пристально взглянул в глаза.

– Как ты себя чувствуешь? – участливо спросил он, моментально растеряв всю холодность и строгость. – Только честно.

– Спина болит, – призналась я. – И бок. А голова в последние дни и вовсе раскалывается. Такое чувство, словно мозг в течение дня медленно надувается и к вечеру вот-вот лопнет или разорвёт череп.

Васт нахмурился. Сняв с правой руки перчатку, он положил ладонь мне на лоб – перед глазами привычно вспыхнул мягкий голубоватый свет.

– С твоей головой всё в порядке, – сообщил Васт спустя некоторое время, после чего перемесил ладонь со лба мне на грудь, немного понаблюдал за чем-то, а затем обхватил длинными, тонкими пальцами моё левое запястье. – Из-за Большого Совета и различных неприятных происшествий ты много нервничаешь и мало спишь, возможно, отсюда и головная боль. – Васт недовольно поджал губы и наградил меня укоризненным взглядом. – Ты плохо спишь?

– В голове крутится слишком много мыслей, – призналась я смущённо. – Поэтому иногда мне бывает трудно заснуть.

– Я дам тебе сонное зелье, – заявил Васт непреклонно. – Будешь принимать его по десять капель на пиалу воды перед сном.

– Хорошо, – покорно согласилась я, не видя никаких причин для споров. – А что со спиной? Я думала, твои чудо-снадобья вмиг меня исцелят.

– Зелья не исцеляют сами по себе, – назидательно проговорил Васт. – Они лишь ускоряют процессы, происходящие в организме. У заклинателя за исцеление отвечает магия. Однако в тебе её слишком мало, поэтому заживление идёт медленно, почти как у обычного человека.

– Ясно, – тяжело вздохнула я. – Значит, мне предстоит ещё долго пить обезболивающее и купаться в твоих вонючих ваннах?

– Можешь не пить и не купаться, – равнодушно ответил Васт. – Только я не ручаюсь, что в этом случае завтра ты сумеешь самостоятельно встать с постели. Или поднять что-нибудь тяжелее ложки.

– Намёк понят, давай своё зелье. А я попрошу Чалу подогреть воду для ванны.

Внимание

Благодаря сонному зелью ночью прошла незаметно: я заснула сразу же, едва голова коснулась подушки, а проснулась на рассвете полная сил и без намёка на головную боль. Правда вместо головы болело всё тело, особенно многострадальный бок, однако Чала сразу после моего пробуждения принесла обезболивающее зелье, так что вскоре моё самочувствие окончательно наладилось.

– Чала, сходи в мэн и спроси у бэкхрана, сможет ли он уделить мне немного внимания перед завтраком – я хочу с ним поговорить.

Я посчитала необходимым сообщить Эльзиру о своём «братании» с Вэлсторном и Эраном. В конце концов, бэкхран сам настаивал на том, что мне необходимо подружиться с этими двоими. Пусть порадуется моим успехам. Хоть с каким-то из его заданий мне удалось справиться.

Разумеется, Эльзир ответил мне согласием и назначил встречу за полчаса до завтрака. Поскольку в запасе у меня было почти два часа, я решила провести время с пользой и немного размяться. Да, чатьен запретил мне физические нагрузки. Но ведь пешие прогулки не считаются? Я и так хожу, так какая разница где? Рассуждая таким образом, я переоделась в простую одежду, в которой обычно выходила на утреннюю пробежку, заплела волосы в косу, закрутила её в бублик и закрепила на затылке тремя шпильками. Чала, присутствовавшая при моих сборах, окинула меня одобрительным взглядом и не сделала ни одного замечания относительно внешнего вида, следовательно, я сделала всё правильно и не нарушила никаких гласных или негласных правил.

На ночном дежурстве возле дверей кэа стояли Мартнейт с Бэртом, и оба выглядели крайне измождёнными и уставшими.

– Доброе утро, Сиреневая госпожа, – несмотря на изнурённый вид, чётко поприветствовали меня они.

– Судя по вашим лицам, не такое уж оно и доброе, – заметила я, даже не пытаясь скрыть беспокойство в голосе. – Что-то случилось?

– Из-за вчерашнего инцидента вихо Килинг перетряс всю стражу, вызвав на допрос каждого, кто имел доступ на территорию зейхана, – сообщил Ордет, возникший на крыльце буквально из ниоткуда. – Разумеется, из-за всех этих допросов произошла неразбериха, и Мартнейт с Бэртом вместо положенных четырёх часов караула простояли все восемь и, мягко говоря, немного подустали.

– Ясно, – мрачно отозвалась я. – В таком случае, вы двое – я посмотрела на стражников, – идите отдыхать.

– Нельзя оставлять кэа без присмотра, – возразил Бэрт. – Пока никого не будет, в дом могут проникнуть недоброжелатели и устроить покушение. Например, отравить продукты или наслать проклятье на вещи или мебель.

– А через окна или крышу так эти таинственные недоброжелатели будто не смогут проникнуть, – насмешливо заметила я. – Кроме того вы едва на ногах стоите, какая из вас охрана? Пусть вас подменит кто-нибудь из внешней стражи.

– Исключено, – Мартнейт был категоричен. – Охраной семьи бэкхрана должны заниматься только проверенные люди.

Я обречённо вздохнула и повернулась к Ордету.

– Иди к вихо Килингу и напомни, что даже у заклинателей есть предел выносливости и моя стража нуждается в отдыхе, – распорядилась я.

– Да, госпожа, – отозвался Ордет, однако не отправился сразу выполнять поручение, а сначала уточнил: – Вы пойдёте на тренировочное поле одна?

– Нет. Сначала дождусь твоего возвращения и прослежу, чтобы Мартнейт и Бэрт сменились.

На лице Ордета отразилось облегчение, он поклонился мне и ушёл. Я же повернулась к Чале.

– Принеси, пожалуйста, атодзиу и четыре пиалы, – попросила я, и мысленно добавила: «Устроим небольшое чаепитие на свежем воздухе».

– Сиреневая госпожа крайне заботлива, – приподняв уголки губ в намёке на улыбку, заметил Мартнейт. – Поразительно видеть подобное отношение к простым стражам.

– Вы не простые стражи, – возразила я. – Вы – моя личная охрана, мои люди. Те, кто будет защищать меня даже ценой своей собственной жизни. Так что это вполне естественно проявлять заботу о вас.

На каменной дорожке послышались чьи-то шаги, и из-за кустов показался Хэджу, облачённый в форму для тренировок.

– Доброе утро, Сиреневая госпожа, – поднявшись на крыльцо, поприветствовал меня мальчик и протянул пушистую веточку с тонкими, прозрачными, будто стеклянными, листьями, между которыми притаились крохотные белоснежные бутоны, источающие слабый нежный аромат. – Надеюсь, вам уже лучше? Вы вчера не явились на ужин, и я беспокоился о вашем здоровье, но не рискнул прийти.

– Доброе утро, Хэджу, – я тепло улыбнулась ему, принимая скромный подарок в виде ветки единственного кустарника, цветущего в поместье Лундун осенью. – Мне уже лучше, благодарю. – Я окинула мальчика быстрым взглядом и спросила: – Ты собираешься на утреннюю тренировку?

– Да, госпожа, – подтвердил тот. – Я не знал, можно ли вам заниматься или нет, вот и пришёл узнать, присоединитесь ли вы ко мне.

– Боюсь, чатьен запретил мне ближайшие две недели нагружать себя каким-либо образом, – не скрывая сожаления, сообщила я. – Однако я с удовольствием составлю тебе компанию и погуляю вокруг тренировочного поля, пока ты занимаешься.

Хэджу моментально просиял, а я в очередной раз посетовала на превратности судьбы. Вот из Хэджу вышел бы идеальный старший брат! А Ришан – мелкий засранец с шилом в одном месте, сплошная головная боль, а не ребёнок. Куда ему присматривать за «младшей» сестрой, когда за самим нужен глаз да глаз.

Минутка философских рассуждений

Я отдала подаренную веточку Чале, попросив поставить её в красивую вазу у меня в комнате. Пока девушка выполняла поручение, мы с Хэджу устроились на принесённых стульях и в компании Мартнейта и Бэрта неторопливо потягивали атодзиу, обсуждая вчерашнее неприятное происшествие на Турнире.