Сиреневая госпожа поместья Лундун. Том 2 (СИ) - Винтер Ксения - Страница 35

– Потому что я его об этом попросила, – спокойно ответила я, не видя в этом ничего сверхъестественного. – Во многих книгах, посвящённых традициям длины Цэгнус, упоминался уникальный «бессловесный» язык, и мне стало интересно, что это такое. Мартнейт сказал, что этот язык – тайный, и заклинателям, не прошедшим инициацию, его раскрывать запрещено, однако согласился обучить меня паре жестов, которые могут пригодиться в случае опасности.

– Сколько именно жестов знает госпожа?

– Три: «опасность», «помогите» и «враг».

– С точки зрения безопасности, это было вполне оправдано, – заметил бэкхран долины Тайшу. – В конце концов, Мэйбидос, три жеста – это не весь язык.

– Как госпожа определила, что служанка представляет опасность? – проигнорировав слова Альсафа, продолжил допрос Мэйбидос.

– На рукавах её цэхиня была светло-зелёная окантовка, – ответила я. – Это знак принадлежности к слугам внутреннего круга. Однако эту женщину я видела впервые.

– Сиреневая госпожа знает всех слуг зейхана в лицо? – в голосе Мэйбидоса послышалась откровенная насмешка.

– Разумеется, – мой собственный голос по-прежнему звучал ровно и спокойно, чем я чрезвычайно гордилась. – Более того, я знаю их имена и даже знакома с их семьями.

На пару мгновений в зале повисла напряжённая тишина.

– Поразительная осведомлённость для наследницы поместья Лундун, – наконец, проговорил Мэйбидос очень странным тоном, значение которого я так и не смогла для себя определить.

– Осведомлённость Сиреневой госпожи, равно как и круг её знакомств, не должны волновать бэкхрана долины Цэгнус, – мгновенно осадил его Эльзир. – У вас ещё есть вопросы к моей дочери? – бэкхран сделал ударение на последнем слове, подчёркивая моё положение в поместье Лундун.

– Нет, – с явным неудовольствием ответил Мэйбидос. А затем поднялся со своего места, сложил руки под грудью и низко склонился передо мной, сказав: – Благодарю Сиреневую госпожу за спасение жизни моего сына. Долина Цэгнус признаёт перед вами долг чести, который вернёт по первому требованию.

Я растеряно моргнула и вопросительно взглянула на Эльзира, безмолвно прося у него помощи, поскольку понятия не имела, как реагировать на подобное заявление. Однако в ответном взгляде мужчины была лишь абсолютная безмятежность с лёгким намёком на веселье, поэтому я осмелилась ответить на заявление Мэйбидоса так, как подсказывало мне сердце.

– Нет нужды, бэкхран, – твёрдо проговорила я, переведя взгляд на склонённую голову главы клана воинов. – Я всего лишь выполняла свой долг.

– Свой долг? – Мэйбидос выпрямился и с изумлением уставился на меня. – Что вы имеете в виду?

Я приподняла уголки губ в намёке на улыбку и ответила:

– Ваш старший сын сегодня утром попросил меня позаботиться о его брате. Я дала Первому наследнику долины Цэгнус слово и сдержала его. Следовательно, никакого долга между нами быть не может.

Вэлсторн, до этого сидевший абсолютно тихо и скорее напоминавший статую, нежели живого человека, шумно вздохнул и повернул в мою сторону голову, однако я проигнорировала его взгляд, будучи полностью сосредоточена на Мэйбидосе.

– Так тому и быть, – проговорил он, и вот теперь я заметила тень уважения, на мгновение промелькнувшую в его глазах. – У меня больше нет вопросов к Сиреневой госпоже.

– В таком случае, полагаю, детей можно отпустить, – заметил Эльзир. – В дальнейшем разбирательстве их присутствие не потребуется.

Я ощутила неимоверное облегчение после этих слов и, поклонившись бэкхранам и вихо, поспешила покинуть гуж, намереваясь как можно скорее вернуться в кэа и забыть об этом дне, как о страшном сне.

Однако не успела я отойти и на пару шагов, как меня окликнули. Развернувшись, я увидела Вэлсторна, в компании с Эраном стремительно приближающегося ко мне.

– Сиреневая госпожа, – Первый наследник долины Цэгнус, поравнявшись со мной, сложил руки под грудью и поклонился точь-в-точь как его отец несколькими минутами ранее. – Я благодарен вам за спасение брата.

Эран с небольшой заминкой повторил его действия, а я не смогла сдержать улыбки при виде их склонённых макушек.

– Я рада, что вовремя увидела опасность и смогла быстро отреагировать, – ответила я, а затем спросила: – Второй наследник, надеюсь, вы не сильно ушиблись, когда я вас уронила?

– Пустяки! – заверил меня мальчик. – Я больше испугался. Всё произошло так быстро…

– Как вы сами себя чувствуете? – спросил Вэлсторн, пристально глядя мне в лицо.

– Я в порядке, – поспешила заверить я его. – Правда, немного сожалею, что не смогла увидеть ваш поединок. Уверена, вы были великолепны.

– Это как раз ерунда, – заявил Эран с энтузиазмом. – Наставник сказал, что несостоявшиеся поединки второго этапа просто перенесут на завтрашний день.

– Это хорошо, – признала я. – В таком случае, увидимся завтра. А сейчас, если господа не возражают, я бы хотела отдохнуть.

– Доброй ночи, Сиреневая госпожа, – моментально откликнулся Вэлсторн и вновь поклонился мне.

– Доброй ночи, – ответила я, а затем весело уточнила: – Полагаю, раз завтра вы снова будете на поле, забота о Втором наследнике вновь ляжет на мои плечи?

– Нет, – неожиданно серьёзно ответил Вэлсторн. – Он будет под присмотром стражи. Сиреневой госпоже больше не нужно об этом беспокоиться.

«Ну, не нужно, так не нужно, – подумала я. – Нашим проще».

Размышления

Добравшись до кэа, я первым делом скинула цэхинь, слишком сильно сковывавший движения, оставшись только в лёгком, полупрозрачном фурди, после чего с ногами залезла на диван в гостиной и попросила Чалу принести атодзиу и фрукты.

– Вам бы лучше прилечь, – заметила девушка, с тенью беспокойства наблюдая за тем, как я пытаюсь найти наиболее комфортное для себя положение, чтобы не тревожить ни следы от розог на спине, ни ушибленные рёбра.

– Может быть и лучше, – согласилась я. – Но я не хочу.

Видимо, нотка мазохизма в моём характере всё-таки присутствовала и в последние дни всё сильнее давала о себе знать.

Пока Чала гремела посудой на кухне, я погрузилась в размышления. Появление неизвестной наёмницы на территории Краца не сулило поместью Лундун ничего хорошего. Лично мне было очевидно: самостоятельно женщина пробраться сюда во время Большого Совета не могла – вход на территорию города был запрещён абсолютно для всех, кроме слуг. Да, для комфорта гостей были набраны дополнительные – так называемые внешние, – слуги. Но, насколько мне было известно, к их подбору относились крайне серьёзно и просто человек с улицы в Крац попасть не мог – у него должны были быть определённые рекомендации. Так как же так получилось, что несостоявшаяся убийца проникла в город? Ответ был только один: ей кто-то помог. И этот кто-то всё ещё был на свободе и вполне мог в любой момент нанести новый удар.

«Меня это не должно волновать, – попыталась я воззвать к собственному здравому смыслу. – Эльзир с вихо не дураки и наверняка пришли к тем же выводам, что и я. И, в отличие от меня, у них наверняка есть надежные способы выявить предателя, затесавшегося в стройные ряды заклинателей поместья Лундун. Так что мне нет никакого смысла вмешиваться. Тем более что я пообещала Васту вести себя прилично и не влезать в неприятности».

А в памяти между тем всплыл момент самого нападения, и я ощутила, как по спине пробежали мурашки от осознания того, как близко я была от возможности умереть во второй раз. Однако собственная повторная гипотетическая смерть не особо волновала меня. Куда сильней меня тревожило другое. Я чётко помнила момент, когда бросилась на Эрана, убирая его с траектории предполагаемого удара, и никак не могла понять, чем именно руководствовалась тогда. Сейчас, в спокойной обстановке обдумывая случившееся, я понимала, что моя реакция была, мягко говоря, странной, если не сказать пугающей. Моё тело словно действовало отдельно от меня, подчиняясь чьей-то чужой воле. И это было немного зловеще, особенно с учётом того, что сама я не являюсь полноправной владелицей тела.