Восток в огне (ЛП) - Сайдботтом Гарри - Страница 34

- Очевидно, мы должны убедиться, что все наши войска обеспечены всем необходимым. И хотя гражданские в конечном счете должны взять ответственность на себя, я думаю, что мы должны попытаться обеспечить их половинным пайком на протяжении всей осады, - сказал Баллиста. Предупреждая ожидаемое возражение Ацилия Глабриона, он продолжил:

- Ни один закон не гласит, что мы должны их кормить, но мы хотим, чтобы добровольцы сражались за нас. Мы будем заставлять других вступать в рабочие бригады. Голодающие, отчаявшиеся люди могут стать предателями и открыть ворота. И, конечно, есть и элементарная человечность

- Могли бы мы организовать доставку припасов к нам вниз по реке? - спросил Мамурра.

- Хорошее замечание. Да, мы должны попробовать это. Но так мы станем зависимы от других, а также от допущения, что персы не получат никаких лодок и не осадят места выше по реке, откуда нам будут отправлять припасы. Я бы предпочел держать нашу судьбу в собственных руках, - все согласились. - В любом случае, давайте подумаем об этом, когда будем осматривать склады.

По крайней мере, они были близко, прямо у дворца в северо-восточной части города. Видел одно зернохранилище римской армии - видел их все, подумал Максим. Выросший на ферме, ирландец скорее восхищался практичностью огромных длинных зданий. Римляне приняли во внимание риск пожара, необходимость защиты стен от дождя и сырости, а также необходимость циркуляции воздуха при их проектировании. Но он никогда не понимал, почему они всегда строили зернохранилища парами.

Контуберния из десяти легионеров под присмотром центуриона разгружал фургон на соседней погрузочной площадке. Когда Баллиста и его консилиум поднялись по ступенькам в первое зернохранилище, двое легионеров тихо, но совершенно отчетливо завыли, как волки.

- Тишина в рядах, - крикнул Ацилий Глабрион. - Центурион, наложи взыскание на этих людей. - молодой патриций бросил на Баллисту странный взгляд. Северянин сердито посмотрел в ответ.

Прохладная, свежая темнота одного амбара сменяла другой и третий, и Максим погрузился в мысли о женщине, которая родила обезьяну. Это все еще занимало его мысли после того, как они покинули армейские амбары и прибыли в большой караван-сарай возле Пальмирских ворот, где размещались городские запасы. Вряд ли это было какое-то предзнаменование или предупреждение от богов, подумал он. Либо она смотрела на обезьяну, или, возможно, на ее рисунок, в момент зачатия, либо она действительно трахнула обезьяну. Мысль о том, что она родила очень волосатого ребенка, который немного походил на обезьяну, никогда не приходила в голову простому ирландцу.

- Хорошо, - сказал Баллиста, - вот что мы собираемся сделать. Мы реквизируем этот караван-сарай и все, что в нем находится. Мы размещаем охрану как здесь, так и на военных складах. Мы издаем указ о максимальных ценах на продукты питания – Деметрий, ты можешь найти список разумных цен в этом городе? Любой, кто продаст дороже, будет оштрафован, а то, что он продает, конфисковано. Мы объявим, что дукс будет покупать продукты питания на десять процентов дороже фиксированной цены. Мы продолжаем покупать, при необходимости используя векселя, пока у нас не будет достаточно, чтобы накормить наши войска полным пайком, плюс сколько бы мы ни собрали ополченцев, и половину пайка для остальных жителей в течение девяти месяцев.

Баллиста был в ярости, так зол, что ему было трудно сосредоточиться. Этот маленький ублюдок Ацилий Глабрион не терял времени даром, рассказывая историю варвара-дукса и его отца-оборотня. Он ухватился за возможность подорвать авторитет Баллисты в умах легионеров.

Он заставил себя сосредоточиться на вопросе водоснабжения. Почти каждое здание с какими-либо претензиями значимость в этом в городе могло похвастаться цистерной, в которую направлялась тщательно собранная дождевая вода. Все это было очень хорошо в качестве резерва, но самих по себе эти запасы не будут исчерпаны за нескольких недель. Высоко на своем плато, город находился слишком высоко над уровнем грунтовых вод для любых колодцев. Его основной запас воды всегда доставлялся и всегда будет доставляться на спинах ослов и людей по крутым ступеням, которые вели с берегов Евфрата к Порту Аквариа или по ряду извилистых проходов и туннелей, вырубленных в живой скале. Пока держались восточные стены, те, что тянулись к Евфрату от подножия скалы, этот путь снабжения было не перекрыть. Эти стены были короткими, с каждой стороны по сотне шагов. Подходы к ним, расположенные по дну оврагов, были труднодоступны и полностью открыты для обстрела с главных стен города. Казалось бы, с этим все и так в порядке, но именно на проверку этого участка сейчас и шагал разъяренный северянин.

Баллиста спустился по ступенькам из Порта Аквариа. Он оглядел узкую равнину между утесами и водой. Он изучил входы в туннели: в двух были ворота, а три были заколочены как небезопасные. Он рассмотрел короткие стены и успокоился, заметив, что над каждой из них возвышалась башня над кольцевой стеной. Наконец, он пробежал взглядом по причалам и присутствующим лодкам. Вернувшись наверх, слегка отдуваясь, он отдал свои приказы.

Никто не должен был черпать воду из цистерны без официального разрешения. Вся использованная вода должна была поступать из Евфрата. Охрана должна была быть установлена на всех основных цистернах в военных зданиях, а также на тех, что находятся в караван-сарае и главных храмах. Центурия IIII Скифского должна была занять пост в Порту Аквариа. Среди других обязанностей, которые будут распределены позже, ее бойцы должны были следить за подвозом воды и безопасностью туннелей. Те, которые будут признаны небезопасными, подлежали либо ремонту, либо замурованию наглухо.

Именно к туннелям теперь и повернулся Баллиста, испытывая серьезное беспокойство. Зажгли лампы, раздвинули засовы, и ворота в один из предположительно безопасных туннелей открылись. Надеясь, что его крайнее нежелание идти не было очевидно окружающим, Баллиста шагнул в прямоугольник тьмы. Он остановился на мгновение прямо внутри, ожидая, пока его глаза привыкнут к полумраку. Прямо от него вел короткий лестничный пролет. Каждая ступенька имела углубление в центре, протертое подошвами людской обуви за многие поколения . Примерно через дюжину шагов проход резко повернул направо. Баллиста повторил фразу, которая помогла ему пережить много всякого: не думай, просто действуй.

Осторожно ступая, он спустился по ступенькам. Повернув за угол, он столкнулся с еще одним коротким лестничным пролетом и еще одним поворотом направо. После этого все изменилось. Ступени под ногами уступили место скользкому пандусу, который резко обрывался. Протянув руку, чтобы удержаться на ногах, Баллиста обнаружил, что стены шероховатые и сочатся влагой. Свет от ворот не проникал так далеко. Баллиста поднял лампу, но проход, казалось, тянулся бесконечно. Вне поля зрения что-то пискнуло и юркнуло прочь.

Баллиста очень хотел выбраться из этого туннеля. Но он знал, что, если он обернется, к ночи каждый человек под его командованием будет знать, что их новый большой крутой варвар-дукс боялся замкнутых мест. Внезапно воздух вокруг головы северянина наполнился кружащимися и порхающими черными силуэтами. Стая летучих мышей исчезла так же быстро, как и появилась. Баллиста вытер пот с ладоней о тунику. Был только один способ выбраться из этого ужасного туннеля. Стиснув зубы, он двинулся дальше, в холодную, липкую темноту. Это было все равно что спуститься в Аид.