Месть Орла (ЛП) - Ричес Энтони - Страница 46

Сельгов направил взятый у короля нож на рисунок, который он нацарапал на земле.

- У меня есть идея, мой король, как мы могли бы заманить тунгров в ловушку в лесу, если моя догадка верна, и разбить их до полного уничтожения, даже  если они пойдут в другом направлении. А что насчет Клыка?

Брем покачал головой.

- Тебе  следует больше беспокоиться о том, чтобы добыть мне головы этих римлян, а не о том, в какие игры они могут попытаться поиграть на болотах, охраняющих мою крепость. Шрам и его Лисицы быстро расправятся с любым ублюдком, которого они отправят через реку, можешь быть в этом уверен!

Группа рейдеров подождала, пока солнце скроется за горизонтом, прежде чем подготовиться к восхождению на стены Клыка, пережевывая сушеное мясо, розданное Арминием, пока Марк их инструктировал.

-  Верус поведет нас вверх по склону. Он бывал здесь раньше и знает, что  следует искать, лучше, нас всех.  Следующим пойду я, за мной Арабус, затем Дрест и его люди, затем Луго и Арминий. Вопросы есть?  - Мужчины молча, смотрели на него в уходящем  свете дня. - Очень хорошо. Мы уходим, как только стемнеет. Будьте готовы.

Они покинули укрытие рощи, как только над головой показались звезды, и в тишине скользнули по мелкому склону в высокую траву. Вдали от реки земля, плавно спускавшаяся к крутому склону холма, была сухой, и тишину равнины нарушал только шелест травы, когда легкий ветерок шевелил длинные стебли.

- Ты что-нибудь слышишь?

Арабус покачал головой в ответ на вопрос Марка, произнесенный шепотом.

- Вообще ничего. Если там кто-то и есть, то они лежат неподвижно и ждут, пока у низ в руках окажется добыча.

Оба мужчины посмотрели на крепость, расположенную высоко на вершине холма в сотнях футов над ними, и увидели точечные отблески факелов, окаймлявшие ее стены.

- Это опасное место. центурион, вам наверняка понадобится, чтобы этой ночью с вами был ваш бог, а мне - мой.

Лазутчик залез в тунику и вытащил свою подвеску с изображением богини Ардуенны, которая ехала охотиться на кабана, растирая фигуру между пальцами, прежде чем бросить ее в карман своей одежды и повернуть обратно к холму. Они последовали за Верусом в траву, медленно и осторожно пересекая небольшое расстояние между рощей и местом, где плоское пространство равнины внезапно вздыбилось, образуя головокружительно крутой склон холма, на котором стояла крепость вениконов.  Легионер уже начал подниматься по склону, со взглядом, устремленным на черный контур холма высоко над ними, и Марк последовал за ним, а мягкие шаги Арабуса были едва слышны позади него. Поднявшись примерно на сто шагов, Верус остановился, его грудь тяжело вздымалась, и Марк встал рядом с ним, почувствовав   жжение в груди, когда его легкие втянули холодный ночной воздух, и повернулся, чтобы оглянуться на равнину и на мерцающие точки свет на римской стене вдалеке. Солдат указал пальцем вперед, его лицо исказилось от усилий, нагнетавших воздух в легкие, и он тихо прошептал между прерывистыми вдохами.

- Представляешь... центурион... чувства... которые я испытал... пока бежал... вниз по этому... ужасающему склону... в темноте? Каково было выглянуть наружу… и увидеть огни на нашей стене… такие далекие… в то время как надо мной трубил рог… моих преследователей… кричащий в ночи?

Марк кивнул, понимая, что гримаса лица собеседника была результатом не только нехватки воздуха.

- Ты, должно быть, был в ужасе.

Солдат повернулся к нему, и в тусклом свете звезд римлянин понял, что его зубы оскалились в рычании.

- В ужасе? О да…  - он вдохнул воздух снова, теперь медленнее, когда его тело начало расслабляться после напряжений,  а мышцы рук сжались в кулаки, от этого вопроса. – Даже  более того, я был в ярости... в ярости, центурион, в ярости из-за того, что меня так легко бросили... и из-за того, что вениконы так жестоко со мной обращались. Именно эта ярость дала мне силы выжить,  и ускользнуть от преследователей, переползая от одного вонючего болота к другому.

Он отвернулся и возобновил подъем, оставив Марка смотреть ему в спину лишь мгновение, прежде чем он тоже снова пошел вверх по холму. Линия людей неуклонно поднималась, пока не достигла точки, где почти вертикальный склон внезапно начал выравниваться, и Верус распластался на земле, поманив римлянина за собой. Помахав рукой людям, следовавшим за ним, чтобы они оставались на своих позициях, Марк подполз к легионеру и посмотрел на вершину холма. Примерно в пятидесяти шагах от вершины холма возвышалась внешняя стена Клыка, десятифутовый вал из грубых каменных блоков, который простирался вдаль и, по-видимому, окружал большую часть вершины холма. Внутри стены по периметру возвышалось еще одно строение, составлявшее всего лишь одну треть размера внешней стены, но возвышавшееся над ними на высоту, которую Марк оценил в сорок футов. Вдоль парапета время от времени загорались факелы, отбрасывая пятна тусклого желтого света на землю под стенами, и на глазах Марка одинокий часовой расхаживал по брустверу высотой по грудь,  а свет факела отражался на лезвии его копья.

- Здесь. Именно здесь меня заключили в тюрьму и откуда я сбежал. - Верус указал на часть стены слева от них, на западной стороне крепости. - Единственные ворота крепости находятся на той стороне холма, как и то, что мы бы назвали  бы караульным помещением. Нам нужно обойти стену  справа и подняться на нее с восточной стороны. Орел легиона хранится в святилище на верхнем этаже башни. Они несколько раз затаскивали меня сюда, угрожая убить в присутствии «моего бога» для попытки сломить мою волю перед ритуальным убийством.

Он некоторое время пристально смотрел на башню, прежде чем заговорить снова, очевидно, совладав со своим гневом.

- Ночью на стенах обычно стоят трое часовых. Я видел их, когда меня вытаскивали из камеры на каждую  встречу с их жрецом, который был моим главным мучителем: один  часовой наблюдал за восточной стеной, другой за северной и третий за южной.., вон тот человек, которого мы видим сейчас. Западная стена видна из ворот. Как я понял, часовые всегда стояли между факелами, пытаясь сохранить способность видеть в темноте, но, судя по тому времени, когда я сам стоял на страже у наших стен, я готов поспорить, что они не очень то хорошо видят в темноте. Когда они задвигаются, мы тоже должны двигаться.

Марк кивнул в знак согласия, оглядываясь на людей, ожидающих на склоне позади них, и поманил их вперед, пока они не образовали тесную кучку.

- В следующий раз, когда часовой на стене отвернется, чтобы пройти свой путь, мы рванемся вперед  быстро, тихо и все вместе. Так, что будьте готовы.

Они ждали, молча, в напряжении, ожидая приказа броситься вперед. Часовой на южной стене крепости поднял руку и потер глаза, и римлянин улыбнулся про себя, вспоминая ночи, проведенные в борьбе со сном, стоя на страже, когда ничего не происходило и ничего не могло произойти. Поведя плечами, варвар повернулся направо и зашагал вдоль стены к главным воротам. Позвав своих людей безмолвной командой, Марк мягким шагом повел их к стене, прижимаясь к камням и внимательно прислушиваясь к любому звуку поднятой тревоги. Молчание длилось до тех пор, пока он не убедился, что их приближение осталось незамеченным,  жестом снова приказав своим людям следовать за ним, и осторожно двинулся к восточной стороне стены, крепко прижимаясь к грубым камням, пока не решил, что они находятся более или менее под тем местом, где должен был стоять следующий часовой. Взяв пару толстых шерстяных полосок ткани, обернутых вокруг пояса, он обвязал ими  свои ботинки, проверяя кончиками пальцев, все ли железные гвозди покрыты грубой тканью, и наблюдая, как его товарищи делают то же самое. Когда все ботинки были перевязаны, он указал на парапет стены и кивнул Дресту который, в свою очередь, подал знак сарматским близнецам двинуться вперед