Родная страна - Доктороу Кори - Страница 55

— Проверка связи! — громко крикнула Труди Ду.

Люди, толпившиеся вокруг нее, эхом отозвались:

— Проверка связи! Проверка связи!

Так работал «народный микрофон» — еще одно изобретение нынешних протестов. Поначалу на это приходилось идти, так как городские власти отказывались выдавать разрешения на использование звукоусилительной аппаратуры, но даже в городах, где администрация не затевала дурацких игр в кошки-мышки, манифестанты все же предпочитали «народный микрофон». Когда люди помогают друг другу быть услышанными, это дает чувство сопричастности к общему делу.

— У нас лучшее правительство…

Она выкрикнула это своим раскатистым голосом панк-вокалистки, выговаривая слова громко и отчетливо. Толпа подхватила:

— У. Нас. Лучшее. Правительство.

Сначала это повторили те, кто стоял рядом с Труди Ду. Потом — те, кто окружал их. Слова разносились все дальше и дальше, концентрическими кругами расходились по площади, пока не докатились до противоположной стороны Ван-Несс, к тому времени уже заполнившейся народом.

— …Какое можно купить за деньги.

Вокруг Труди Ду раздался хохот, и лишь через минуту он утих и люди смогли повторить неожиданную концовку.

— Я миллион раз была на таких сборищах.

— И мы всегда говорим одно и то же.

— Иногда кажется, что надежды нет.

— Но мы все равно приходим.

— Потому что причины не исчезли.

— Потому что коррупция, безработица и жестокость никуда не деваются.

— Поэтому мы здесь.

Ответом ей были аплодисменты — такие, как здесь принято, с высоко поднятыми руками и шевелением пальцев. Но Труди Ду еще не закончила.

— Проверка связи! — крикнула она, и вокруг нее мгновенно воцарилась тишина.

— Нам говорят, мы слишком много тратим.

— Говорят, мы жадные и мошенничаем с ипотекой.

— Говорят о глобализации. Мол, нам не могут платить больше, чем платят в Индии или Китае.

— Говорят, это новая нормальность.

— Где нет работы.

— Нет школ.

— Нет библиотек.

— Нет жилья.

— Нет пенсионного обеспечения.

— Нет охраны здоровья.

— Однако на войну денег почему-то хватает.

— Однако военные преступники имеют право отбирать у нас дома и говорят, что в этом есть экономический смысл.

— Но они еще не протащили свои гнусные законы.

— Теперь, спасибо даркнету, мы знаем о них.

— Знаем, что политики, голосовавшие за них, продажны.

— Поэтому мы здесь.

— Мы пришли сказать, что не позволим продавать свою страну.

— Мы пришли сказать, что следим за ними.

Она ловко соскочила с постамента, и ей зааплодировали. Приветственные возгласы переросли в ритмичный распев:

— Мы следим! Мы следим! Мы следим!

Многие были в масках Гая Фокса и в костюмах-тройках из дешевых магазинчиков, они указывали то себе на глаза, то на городскую ратушу, слегка пританцовывая. Лиам был на седьмом небе.

Труди Ду в окружении толпы сразу затеяла жаркую дискуссию, объясняя тем, кто не знает, что такое даркнет. Завидев меня, она крикнула:

— Маркус, подойди на минутку!

Лиам зашелся восторгом. Признаюсь, мне было лестно ощутить на себе внимание Труди Ду.

Но потом она сказала:

— Маркус, ты ведь слышал о тех даркнетовских документах?

У меня пересохло во рту.

— Гм, кажется, да.

— Хорошо. Погоди секунду.

Она ловко вскочила обратно на постамент, сложила руки рупором и крикнула:

— Проверка связи!

— Проверка связи! — ревом отозвалась толпа.

И в тот же миг на меня устремились миллионы глаз. Я передернулся и неуклюже помахал.

— Хотите больше узнать про даркнет? Вот его и спрашивайте.

— Маркус! Поднимайся сюда!

Труди Ду соскочила с постамента и была встречена вежливыми аплодисментами. Обняла меня по-медвежьи. От нее почему-то пахло как от перегретого компьютера, словно ее духи назывались «О-де-сервер».

— Уложи их наповал, — рявкнула она прямо мне в ухо, снова стиснула в объятиях и подтолкнула к постаменту. Я на миг замешкался. Тогда она одной рукой ухватила меня за задний край джинсов, другой подсадила под зад и буквально закинула меня на возвышение.

Я окинул взглядом толпу. Они ответили мне тем же. Не все лица были незнакомыми. Некоторых я знал — кого-то по Нойзбриджу, пару девчонок видел в Мишене, с другими учился в школе. Заметил даже Джона Гилмора, основателя Фонда электронных рубежей, он в пестрой футболке и кепке лукаво улыбался в длинную бороду, поблескивая стеклами круглых очков.

— Ого! — невольно воскликнул я и запнулся.

Толпа откликнулась:

— Ого!

Сработал народный микрофон, и отовсюду послышался смех. Ага, известная шутка — повторять то, что не должно было сорваться с языка. Очень смешно.

Отступать было некуда. Мне предстояло прочитать паре тысяч слушателей публичную лекцию о своем совершенно секретном сайте. Вот и конец твоей маскировке, Маркус.

Когда-то я помогал создавать сеть под названием «икснет». Она работала на взломанных игровых приставках «иксбокс-универсал», которые компания «Майкрософт» раздавала бесплатно однажды на Рождество, чтобы пользователи покупали как можно больше ее программ. Естественно, народу стало интересно, как запускать на иксбоксе другие игры, и кто-то сумел установить на приставку новую операционку — GNU/Linux, бесплатную операционную систему на открытом коде, которую каждый желающий мог усовершенствовать и передать дальше. Существуют миллионы разновидностей «линукса», и одна из них, «параноид-линукс», представляла собой десктопную версию «параноид-андроид», операционной системы, которая по умолчанию подразумевает, что за вами шпионят, и делает все возможное для сохранения вашей личности в секрете.

Мы с Джолу доработали систему «параноид-линукс», научив ее прямо из коробки взламывать чужие вайфай-сети, а потом распространили как можно шире. Поэтому, если в зоне приема чьего-нибудь вскрытого вайфая находился хоть один иксбокс, то этим соединением могли воспользоваться все иксбоксы в зоне покрытия. Мы встроили в «параноид-линукс» программы для «Тора» и создавали собственные секретные серверы, чаты, игры, передавая самые хитроумные вещи через «Пигсплин», интернет-провайдер, который принадлежал Труди Ду.

К тому времени, как я попал в лапы к ДВБ, икснетовский проект постепенно начал выдыхаться. В «параноид-линуксе» то и дело находили новые уязвимости, чинили и подштопывали, и нам было нелегко поддерживать икснет в актуальном состоянии. Мы передали управление проектом комитету добровольцев, и они несколько месяцев занимались им, а потом объединили с «параноид-линуксом», который к тому времени приобрел облик загрузочного диска, на котором в придачу содержались «Тор», безопасные версии «Файерфокса» и чат-программа под названием «Пиджин», а также другие защитные инструменты. Достаточно было вставить этот диск в любой компьютер и перезагрузиться, и все — можете считать себя под надежной защитой, если, конечно, сумеете гарантировать достаточную сложность своих паролей, понимаете, как устроены даркнетовские сайты, и разбираетесь во множестве других вопросов, до каких весь остальной мир еще не додумался. Но когда-нибудь додумается.

Так что даркнет — это просто новейшая версия икснета, примерно в той же степени, как человек — новейшая версия шимпанзе. Я, конечно, умел им пользоваться, но сумею ли объяснить? Вот сейчас и выясним.

— Сайты даркнета работают на «Торе».

— «Тор» — это луковый маршрутизатор.

— Инструмент, который перебрасывает ваш трафик по всей сети.

— Мешая следить за вами и контролировать.

— Сайт в даркнете — это обычный веб-сайт.

— С одной разницей: ваш компьютер не знает его адреса.

— И сайт тоже не знает адреса вашего компьютера.

— В даркнете есть один сайт.

— На нем лежит больше восьмисот тысяч документов, которые утекли в сеть.

— Никто не знает, кто их туда положил.