Колдун (СИ) - Арсланова Саша - Страница 52

Он опустил руку к бедру и досадливо покачал головой: со сгоревшей одеждой пропал и кинжал.

— Ищешь что-то? — низкий голос гулко пророкотал за спиной, Трофим резко обернулся, зажигая на ладонях пламя, и потрясенно замер.

— Ты?

Ваня смотрел на него, чуть склонив голову, и мягко улыбался.

— Ты! — выдохнул Трофим и пошел навстречу, — Уж я тебя выдеру, как вернемся! Ослушаться учителя! Да я тебя испепелить готов! Куда ты полез, неуч! У вас с Максом одно дело было — выжить во всей этой суматохе, что еще себе напридумали? Давай сюда, найдем этого свихнувшегося колдуна, Чура, и будем выбираться.

— Боюсь, не получится.

— А ты не бойся, — бросил Трофим, — Дуй ко мне, неслух. И держись за спиной.

Ваня тихо рассмеялся.

— Ты так ничего и не понял?

— Я…

— Здесь некого спасать. Здесь все правильно, так, как должно быть. Порядок.

Он расставил руки в стороны, и будто миллионы маленьких светил зажглись вокруг, освещая пространство. Трофим зажмурился от яркого света.

— Что еще за порядок?

— Только закончи то, за чем пришел. Иначе у меня не получится тебя вернуть.

Он махнул в сторону, и Трофим увидел скорчившееся тело, жалобно скулившее и пытающееся отползти.

— Нарушение порядка, — Ваня поморщился, потерев лоб, — Нарушение равновесия. Так не должно быть.

Трофим изумленно уставился на ученика.

— Вань? — позвал он, начиная понимать.

А тот кивнул. И снова улыбнулся.

— Я на своем месте, колдун.

— Не-ет, — выдохнул Трофим, — Нет. Я должен был, я…

Ваня покачал головой и неторопливо продолжил:

— Граница давно потеряла свое предназначение. Нельзя охранять кромку и грезить о могуществе.

Он взмахнул рукой, и бывший Чур взвыл.

— Подожди, — Трофим сжал челюсти, — Подожди, Вань. Я придумаю, как вытащить тебя отсюда…

— Я уже не Ваня, — медленно и тяжело произнес тот, — Теперь я хозяин границы.

Трофим потрясенно замолчал, а Ваня, улыбнувшись, сказал:

— Неужели ты не видишь, что теперь все правильно?

— Ты…

— Я знаю прошлое и будущее. Я охраняю мир людей и мир мертвых. Я встречаю души и провожаю их туда, где им нужно быть. Мое предназначение, моя суть. Человеческое тело, рожденное отдавшей свои силы ведьмой и воспитанное колдуном, наконец, нашло свое место. Жизнь, которая текла через него, и смерть, принятая добровольно, слились воедино.

Трофим помотал головой:

— Да как же так?

— Просто закончи то, зачем пришел.

— Я пришел за тобой, — упрямо поджал губы тот.

И новый Чур рассмеялся.

— Меня не нужно спасать.

— Но…

— А вот тебе необходимо вернуться. Максу нужна помощь прямо сейчас, Жнец.

Трофим обернулся к лежащему колдуну и, помедлив, все-таки поднял руку, а потом вопросительно посмотрел на Ваню. Тот еле заметно кивнул. И пламя, слетевшее с пальцев, накрыло темный сгусток. Зашипело, взметнувшись, и опало, ничего не оставив после себя.

— Все. Правосудие свершилось. Идем, — Чур протянул руку, сжал трофимову ладонь, и перед ними открылась дверь, ведущая прямиком в подвал.

— Чур не может выходить за пределы границы, — остановился на пороге Трофим.

Ваня насмешливо поднял бровь:

— Ты еще мне расскажи, что должен делать Чур, а что нет.

А потом вздохнул и пояснил:

— Я не могу делать ничего для собственной выгоды. Только хранить равновесие, которое сейчас нарушено. И в исключительных случаях…

Он не договорил и шагнул первым, потянув Трофима за собой, а потом обернулся, лукаво подмигнул, и со всей силы толкнул его вперед.

— Что? — начал Трофим и закашлялся, обнаружив себя на полу подвала, а потом чуть не заорал от боли в обожженном теле. Опять!

— Трофим, — заплакала рядом Алина, отчего-то стуча зубами, обхватила его лицо ладонями, — Трофим! Жив! Подожди, подожди, я сейчас… Да как же это…

И замолчала, подняв голову. Стены подвала блестели, будто подернутые инеем, и Трофим устало цокнул языком. Все. Слетели с Макса наложенные Яной защитные заклинания. Сам же виновник безобразия стоял у выхода, прижав ладони ко льду, бледный до синевы, и рассматривал свои руки. Что ж, время исполнить обещание.

Ира лежала у дальней стены, скрученная Ольгой, которая сидела сверху и скалилась, шипя. А между ними остановился Ваня, задумчиво всех разглядывая.

— Ведьмы… — прохрипел Трофим, вскидываясь.

Алина наклонилась к нему, закусив губу:

— Этот чудик всех заморозил. Чуть и нас…

Она не договорила, сглотнула, поглядев на Макса, а тот виновато потупился.

— Я не хотел! — буркнул он, — Может, это вообще не я. Та мелкая ведьма как бахнула какой-то фигней, я и…Эй, деревня.

Он повернулся к Ване, не отнимая рук.

— Мы же договаривались! Чего ты читать-то начал эту Книгу дурацкую?

Ваня негромко рассмеялся.

— Макс, тебя ждет большое будущее.

— Еще бы не ждет, — огрызнулся тот, — Вот отклеит меня Трофим от стены, сразу тебе устрою большое будущее, еще одного зуба лишишься. Эй, а где дырка?

Он нахмурился и оглядел друга, наконец, замолчав.

— Ох, Макс, — покачал головой Ваня и повернулся к Трофиму:

— Удачи вам обоим.

А потом свел брови и посмотрел на Ирину.

— Много невинной крови на твоих руках. Нарушение равновесия.

Ведьма заверещала, и Ольга нажала ей на спину, пригвождая к полу.

— Я бы забрал тебя, но…

Трофим, закашлявшись, перебил:

— Жизнь за жизнь.

Ваня вскинул подбородок, раздумывая.

— Принято. Только…

Он взмахнул рукой, и Ирина заскулила, начав ссыхаться на глазах. Волосы ее поседели, кожа сморщилась. И Оля брезгливо отошла в сторону. Дряхлая старуха еле-еле подтянулась на руках и села, заплакав.

— Равновесие, — гулко сказал Ваня, — Ты больше не можешь пользоваться силами жизни. Ты человек и доживешь обычную людскую жизнь среди людей. Вы с колдуном в расчете.

— Трофим, чего это с ним? — встревоженно спросил Макс громким шепотом, кивая на Ваню, — У него там, на этой границе, крыша поехала?

Ваня поморщился.

А Трофим устало опустил голову на пол и прикрыл глаза. Кажется, кто-то никогда не изменится.

— Ты, — вдруг произнес Ваня и указал на Олю, — Ты неправильно умерла. Так не должно было случиться. Непорядок.

Девушка, охнув, отшатнулась к стене и медленно сползла по ней на пол, начав дрожать.

— Опачки, — Макс, нетерпеливо переступил с ноги на ногу, — Ты ее оживил что ли? А я говорил, что она тебе понравилась, говорил же!

— Макс, — прикрикнул Трофим, — Помолчи уже.

Оля прерывисто дышала, прижав руки к груди. Ее глаза походили на два блюдца, кажется, она пока не поняла, но… Трофим почувствовал тепло в груди. Да, так будет правильно.

Ваня обвел их взглядом и кивнул, прощаясь.

— Здесь все. А мне пора.

Он повернулся, и перед ним засветился проход.

— А я? — поднялась около Трофима Алина, — Как же я?

— Что ты? — обернулся Чур.

— Я бы хотела… — она замолчала, с надеждой повернувшись к Трофиму, мотнула головой и добавила жалобно, — Маришка…

Ваня нахмурился, раздумывая.

— Ее жизнь принадлежит той стороне. Она не вернется.

— Но как же? — растерянно проговорила ведьма.

— Однако ты очень близка к своей настоящей цели, — сказал Ваня, внимательно ее разглядывая, и еле заметно улыбнулся, — Времени у тебя немного. Только пока огненная кровь течет по жилам.

Развернулся и ушел, оставив после себя потрясенное молчание.

— Ну, во-первых, — не выдержал первым Макс, — Кто-нибудь мне объяснит, что с этим чудаком приключилось и куда он делся? А во-вторых, Трофим, поддайте огонька, а? Ну невозможно же уже так стоять! Никак эти руки не отлипают!

Глава 36

Трофим проснулся ближе к вечеру, лег, называется, отдохнуть на пару минут. И не сразу понял, что его разбудило. Негромко вибрировал телефон, торжественно врученный Максом пару дней назад в подарок.

Он потянулся, беря трубку в руки, улыбнулся и ответил на звонок.