Как научиться разбираться в людях - Егидес Аркадий Петрович - Страница 22

Если паранойяльный чем-то болен, или страдает от неразделенной любви, или жена из-за его непомерных требований и неблагодарности ушла от него, то он вовлекает в процесс своего страдания всех вокруг, призывает не только близких, но и далеких, злится, если они, бесчувственные, не сразу приехали.

Незаурядный политический деятель попал в автокатастрофу. Сын, будучи с ним в разладе, сам не звонил. Когда сын по первому же сигналу приехал, то получил свое: "Ты на вертолете должен был прилететь".

Этот же отец требовал от сына, чтобы тот бросил все дела и занимался только его здоровьем.

Паранойяльный человек и этикет обычно несовместимы. Он пренебрегает этикетом, потому что это традиция (а он традиции ломает), потому что ему вечно некогда, наконец, потому что он и без этикета настолько хорош, что этикет просто излишен.

Целовать дамам руки – мещанство. "Настоящий мужик сразу целует в губы!

– заявил один паранойяльный одному истероиду при стечении народа. Но иногда это выливается и в пренебрежение трудом уборщиц, секретарей. Из-за ошибок в тексте, перепечатанном машинисткой, он может швырнуть рукопись на пол("грамотной надо быть!") – но это, конечно, паранойяльный с психопатическим уклоном.

Итак, паранойяльные склонны давать больше конфликтогенных, чем синтонных (положительных), посылов. Но они не только в глазах других не хотели бы выглядеть плохо, они и в своих глазах хотят выглядеть хорошо, поэтому, хотя это им и трудно, они могут скорректировать свое поведение. Впрочем, для этого потребуется серьезная тренинговая работа, а не только благое пожелание.

Паранойяльный мало спит, много работает. При всей его устойчивости к стрессам это ведет к неврастении, а она усиливает его гневливость.

Но нет худа без добра. Поскольку они не умеют сдерживать аффект и сразу разражаются бранью, а значит, и разряжаются, то ишемическая болезнь сердца с ее инфарктами и гипертоническая болезнь с ее инсультами им в молодом и среднем возрасте не угрожают. Но хуже обстоит дело с желудочно-кишечным трактом. Питание, помните, у них нерегулярное, едят что попало, холодное или остывшее, часто всухомятку. Любят острые приправы, жареное. Пища заглатывается на ходу, не прожевывается. С жеванием плохо еще и потому, что зубы обычно запущены (некогда). Так что гастриты и язвенная болезнь обеспечены. Однако при этом они все же живут долго, если их не убивают в молодом возрасте. А в старости – неизбежный атеросклероз сосудов головного мозга (с инсультами) и все та же ишемическая болезнь сердца тоже склеротического происхождения (с инфарктами), потому что питание стандартно плохое: мясо (адреналин, норадреналин, жиры, холестерин), сахар, соль, мучное. Плюс гиподинамия (много сидят, пишут). Даже эмоциональные разрядки тут уже не помогают.

Психическое состояние у паранойяльного практически всегда более или менее ровное. Он равномерно гневлив, равномерно неутомим, активен. Настроение колеблется в основном адекватно ситуации от субдепрессии до гипомании (гипомания – это постоянное слегка повышенное настроение с гиперактивностью). А ситуации трудные у него бывают часто, без них он не может, он их ищет, он "просит бури" или, что чаще, сеет ветер – пожинает бурю. Но сильных невротических депрессий, ведущих к самоубийству, у паранойяльных не бывает. Это они, случается, доводят до самоубийства.

Или даже разрешают, а то и не разрешают его (опять я о "Кельнской яме" Бориса Слуцкого: "а если кто больше терпеть не в силах, партком разрешает самоубийство слабым").

Паранойяльный не прочь выпить. Состояние опьянения ему нравится – ярче воспринимаются женщины, в радужном свете видятся перспективы. Но дело для него важнее, он может и здесь отказаться от желаемого. Ведь выпивка требует времени, а для него дорога каждая секунда. Поэтому пьет он нечасто, лишь постольку, поскольку это нужно для дела, для контакта. Если люди, с которыми он хочет наладить связи, предлагают выпить, то выпьет, почему бы и нет. Но и в этом случае лишь в меру, без "перебора", и поэтому он не спивается. Хронический алкоголизм – это не его болезнь. Спиваются другие психотипы: истероиды, шизоиды, сензитивы, неустойчивые.

Паранойяльные не занимаются профилактикой – некогда заботиться о своем здоровье. Лечатся, когда подопрет; лечение симптоматическое, запоздалое, только подлечивание, залечивание, а не вылечивание. В частности, у них особенно плохо с зубами. Зубы они не лечат, запускают, а потом рвут. В результате нечем жевать и, как следствие, – протезы. А то и без протезов доживают свой век, зато с дизартрией.

Исследований, которые дали бы представление о том, сколько процентов составляют люди какого-либо психотипа, нет. Так же как и о том, сколько процентов такого-то психотипа среди мужчин и среда женщин и каковы доли женщин и мужчин среди разных психотипов. Я задумал было провести такую работу, но это хлопотливо, а дает мало. Вот .если только студенты мои для тренировки своих психодиагностических навыков будут диагностировать всех вокруг и что-то фиксировать, то, может быть, мы получим какую-то более или менее достоверную статистическую картину. Но пока изложу свои впечатления.

Паранойяльных не так уж много, процентов пять, а может быть, три. И среди паранойяльных очень мало женщин, но они есть. Прежде всего премьерши. На моей памяти, кроме железной леди Маргарет Тэтчер, были Индира Ганди, Гольда Меир, Беназир Бхутто… Ну, а из рвущихся к власти – Валерия Новодворская…

Но в общем-то: раз-два и обчелся, не женское это дело быть паранойяльной.

Мы невольно смакуем минусы, говорим о том, как тяжелы паранойяльные для народа, для сотрудников, для семьи, для друзей. Невыносимо тяжелы. Ну, с одной стороны, конечно, если это все-таки психопатия. А с другой – даже если и психопатия, то вообще без паранойяльных было бы не только скучновато жить, а и застыло бы все навечно. Был бы сплошной консерватизм – никакого социального развития, социальных движений. А можно ли жить в застывшем мире?