Граф Верховцев. Задача - выжить (СИ) - Котляров Лев - Страница 45

— Щедро одарили тебя, вижу. Но не забывай, кто ты есть на самом деле.

Сказала и звонко хлопнула в ладоши, затянув веселую песню. Цветастые платья закружились с новой силой, бухнули барабаны, и через секунду мы с Василием остались одни.

— Вы целы? — Василий хлопал себя по карманам. — Вроде ничего не украли.

— Все хорошо, — бесцветно ответил я, думая над словами цыганки. — Поехали уже. Я устал.

По приезду в имение я не стал заходить к матушке, а сразу поднялся к себе в спальню. День выдался очень насыщенными, и у меня уже не было сил даже думать. Все завтра! Не зря говорят, что утро вечера мудренее.

С этой мыслью я завалился в кровать, по самый нос зарылся в теплое одеяло. И мгновенно заснул без сновидений.

***

Хмурое утро встретило меня холодом и мокрым подоконником — забыл закрыть окно на ночь. Дождь поприветствовал меня дробным стуком капель в стекло, навевая легкую грусть.

Желая отвлечься от непогоды, я привел себя в порядок и спустился в столовую. Матушка уже была там и весело болтала с Лизонькой.

— Доброе утро, ваше сиятельство! Подать вам завтрак? Сегодня Анисий приготовил кашу, вашу любимую! — затараторила улыбчивая горничная.

Я кивнул, и она побежала на кухню. На столе уже стояли приборы и блюдо с выпечкой, поэтому я сел и сразу цапнул румяный пирожок. Надкусил и подумал, что с таким питанием, я скоро стану круглым, как сдобная ватрушка.

— Отец приезжал? — спросил я Марию Федоровну.

— Да, вернулся поздно ночью, после вас с Василием. Даже ужинать не стал. Упал на кровать и сразу уснул.

— Он еще дома? Хотел обсудить с ним, как я съездил в охранку.

— Уже уехал, — всплеснула руками она. — Но письмо от них видел, сказал, что заедет. А как прошла твоя встреча с ними?

Я закатил глаза, всем видом показывая свое впечатление от встречи. Матушка засмеялась и попросила рассказать подробно.

— Приехали, мне предложили единственный стул. А потом этот офицер Цацкий, начал меня допрашивать.

Лицо матушки вытянулось и в глазах появилось беспокойство. Но я покачал головой.

— Он спрашивал про тип магии у всех, кто был в доме, а потом спросил, где мы находились в момент убийства Дубского.

— И что ты ответил? — затаив дыхание спросила она.

— Что сначала нужно разобраться, как его убили, а потом искать виновного, а не наоборот.

— Ох, чувствую, затянется дело, — посетовала Мария Федоровна и пододвинула ко мне пиалу с вареньем. — А потом что было?

Наш разговор прервала Лизонька с подносом. Она поставила передо мной миску со сладкой кашей и налила чай. Заодно положила свежих булочек на блюдо. От них шел такой аромат, что у меня рот мгновенно наполнился слюной. Когда она ушла, мы с матушкой возобновили беседу.

— Мы были на ярмарке! — сказал я. — Там столько всего интересного! Скоморохи, торговцы, видел даже как поймали воришку!

— Надо и нам с отцом съездить, а то сижу тут, скоро разучусь с людьми общаться, — со смехом сказала она.

— А еще Василий познакомил меня с артефактором.

— С Антоном Юрьевичем?

— Знаешь его?

— Кто ж его не знает! Из самой столицы к нему едут за товаром. Но характер у старика уж больно вредный и нелюдимый. А голос, — она покачала головой, — будто по сердцу режет.

— Точно, — я улыбнулся. — Я купил два камня. Защита от физических атак и малый накопитель.

— Это хорошо. Ты молодец, — одобрила она мое приобретение. — Какие планы на сегодня? В Гильдию поедешь?

— Нет, занятия закончились. Лискин научил меня всем основным заклинаниям. Остается только их отрабатывать и совершенствовать.

— Я так за тебя рада! Прав отец — у тебя талант к магии! Ты кушай, кушай, а то совсем с этой магией отощаешь.

— Еще пара пирожков, и не влезу ни в одну рубаху! — ответил я, но булочку все равно взял, клятвенно пообещав себе возобновить тренировки с Василием.

Только о нем подумал, как он вошел в столовую. Он поклонился нам с матушкой и сказал:

— Прибыл гость, желаете принять его здесь?

Глава 23

Гадать, кто приехал, нам не пришлось — в столовую сразу же вошел Прокофий Андреевич. Сначала я обрадовался — Марфа Ильинична выполнила свое обещание. А потом посмотрел на Вяткина внимательнее. Поникший взгляд, взлохмаченные волосы, осунувшееся лицо, да и мокрый пиджак на нем болтался, будто был на два размера больше.

Я встал из-за стола, поклонился, но руку не пожал. Матушка сразу кликнула Лизоньку, чтобы поставила дополнительные приборы на стол.

— Не нужно, — остановил я ее, — мы переговорим в кабинете Дубского.

Мария Федоровна удивленно замерла, а затем кивнула.

— Алексей! — крикнула она мне вслед, — сегодня должны приехать рабочие, чтобы отремонтировать кабинет. Должны прибыть с минуты на минуту. Надеюсь, они вам не слишком помешают.

— Хорошо, спасибо, — обернувшись сказал я и вышел из столовой.

Вяткин поплелся за мной.

***

— Ваше сиятельство! Я перво-наперво хотел бы извиниться, — начал он, едва переступив порог. — Я могу все объяснить!

Прокофий Андреевич затравленно окинул взглядом помещение и нерешительно затоптался в проеме. Его голос звучал глухо, в нем не было прежней уверенности.

Я молча смотрел на бывшего учителя, отчего тот сжался сильнее. Указав ему на стул, я обошел письменный стол и сел напротив.

— Ваше сиятельство! Поймите, я не со зла... меня буквально прижали к стенке! — снова заговорил Вяткин. — Дубский, он...

— Ментальный маг. Да, я знаю, — спокойно ответил я и снова замолчал.

— Да-да, ментальный. Только он больше изучал скрытность, а я — голос, но только в силу своей работы! — с жаром закончил он.

Мне было неинтересно слушать об этом. Поэтому я решил спросить о том, что меня действительно волновало.

— Прокофий Андреевич, а как вы работаете со своей магией?

Вяткин глупо захлопал глазами, пытаясь осознать, что именно я спросил.

— Как, простите, что?

— Как вы работаете со своей магией, — терпеливо повторил я.

— Черпаю силу из потока... представляю, что я хочу сделать... — он невнятно бормотал и выглядел обескураженным.

— Прокофий Андреевич! — с нажимом сказал я. — Соберитесь. Как работает ваша магия?

Вяткин вздрогнул, выпрямился, поправил полы пиджака и, наконец, начал говорить:

— Принцип работы с ментальной магией — это сформировать связь между магом и объектом. Для этого необходимо протягивать нить силы.

— Вы воздействуете на каждого индивидуально?

— Чаще всего да. Лучше всего получается, когда я смотрю в глаза.

— То есть простого желания недостаточно?

— Верно. Тут все гораздо тоньше. Позвольте спросить, а почему вы интересуетесь?

— Расскажите о ментальной магии, — я проигнорировал его вопрос.

— Это магия разума. Ее не особо любят, больше боятся. Такой маг может оказывать влияние на окружающих, порой против их воли.

Он вздохнул и поник. По одному его виду можно понять, что ему неприятно об этом рассказывать. Ведь таким объектом ранее был я.

— Еще?

— Успех в этой способности напрямую зависит от умения мага быть в гармонии с самим собой. Для этого существует множество медитаций. К тому же есть разные виды этой способности. Я мало что могу рассказать о магии Дубского. Положа руку на сердце, — проникновенно сказал он, — я не хотел бы знать о его силе вовсе!

— Что он умел?

— Отводить глаза, — нехотя продолжил он. — Контролировать память, создавать иллюзии, что еще может быть. Чтение аур?

— А вы?

— Основное, конечно же воздействие голосом. Почти как гипноз. Работа с эмоциями. Надо же как-то справляться с оравой голосящих детей, — он попытался улыбнуться, но посмотрел на меня и снова скис.

— А, к примеру, следящее заклинание? Мог он его сотворить?

— Следящее? Нет. Скорее всего, это было трансцендентная, — и, заметив мой непонимающий взгляд, добавил, — когда маг настолько хорошо может себя контролировать, что, образно говоря, может выйти из своего тела и переместиться в другое место.