Колонисты Пандоры 2 (СИ) - Яманов Александр - Страница 34

— А ещё я могу примерно определить, сколько это стоит в галактических кредитах, — уверил Павлов в конце краткой лекции.

— И сколько же? — поинтересовался капитан, не сдержав любопытства.

— На отчётах одной из Аратанских бирж я встречал суммы в 220–300 миллионов кредо. Конкретная цена зависит от длинного перечня индивидуальных параметров частички материала.

Услышав сумму, я осознал масштаб находки и сразу насторожился. Ведь такие суммы могут спровоцировать людей на необдуманные поступки и преступления.

— Чем дороже, тем хуже, — неожиданно проговорил Алексеев, а я понял, что он говорит правду, — Если бы ты сказал, что она стоит пять-десять миллионов, то я бы начал продумывать разные варианты дальнейших действий. Но всё, что дороже сотни миллионов не наш уровень. И даже вне компетенции членов городских советов. Если капсулу доставить в Новгород или Москву, то имперцы её обязательно изымут, в лучшем случае выдав владельцу небольшую компенсацию. А счастливчик, нашедший капсулу, автоматически приобрёл себе билет на тот свет.

— Капитан, а ведь твой папаша, наверняка оценил бы такой подгон? Ведь даже мизерная компенсация империи — это десятки миллионов.

— Нет, это не подгон, а большие проблемы. Пойми Ярослав, если бы торг шёл напрямую с торговыми синдикатами Аратана, то сделку можно осуществить тайно. Но так как мы все крепостные колонисты, независимо от внутреннего статуса, об этом узнают все. Имперский представитель наложит вето на лакомый кусок, и львиная доля прибыли капнет ему на личный счёт. А потом члены советов узнают о размере компенсации и начнут творить козни, получившему барыши клану.

Выслушав Бориса, я порадовался тому факту, что сидящие в одной банке городские пауки, не могут обойтись без зависти и интриг. Именно это позволяло общинам противостоять им до определённого времени.

Тем временем Мара с дочкой вдоволь насмотрелись на частичку и начали торопливо собираться. А уже через четыре часа мы благополучно перешли через болота и добрались до потайного места, где нас ждали две грузовые платформы и большая группа космотехов.

Сейчас они походили на отряд повстанцев, готовящихся напасть на город. Больше тридцати зарканцев в боевых доспехах, оснащённых синтетическими усилителями мышц, являлись немалой силой. В арсенале у космотехов были тяжелы плазмобои, кинетическое оружие и энергетические клинки. Ещё три десятка готовили оборудование и транспорт.

Увидев боевого бота и моих спутников, мастер Акос начал задавать вопросы. Но как только из-под брезента появилась контейнер с антиматерией, допрос прекратился. Хороводы зарканцев вокруг бота затянулись на полчаса. Затем мастер успокоился и подошёл ко мне.

— Если честно, я не верил, что у тебя получится. И даже когда датчики начали фиксировать искажение антигравитационного поля, мы решили, что волны идут от бота.

— Мастер, если ты не верил, то зачем собрал и экипировал боевую группу? — спросил я, указав на окруживших робота бойцов.

— Потому что был хоть мизерный, но шанс на осуществление нашего предназначения, — Акос указал на капитана Алексеева с сержантом, — Скажи честно, они тебе нужны? Или это балласт, который ты не решаешься скинуть самостоятельно?

— Они мне нужны — ответил я.

— Раз так, то больше вопросов задавать не буду. Но с этого момента у тебя появилась новая обязанность. Следи, чтобы твои люди не мешали нам работать.

Мастер наверняка догадался, зачем мне понадобились дружинники. В связи с этим я решил перейти со скользкой темы на ту, которая меня больше всего интересует.

— Что с Веткой?

— С ней всё нормально. Никаких осложнений и сейчас девушка находится на восстановлении. Информация пришла от Зара. В связи с некоторыми обстоятельствами нам пришлось ввести его в суть дела. Конечно, поначалу сын пообещал нас выдать совету, но под весом аргументов сдался. Сейчас он в городе. Его задача поговорить с Веткой и попросить её о небольшой услуге. Признаюсь сразу, мой сын не просто так покинул клан несколько лет назад. Ему поставили задачу найти тех, кто разделяет наши устремления. Только мальчик постепенно отошёл от космотехов. Но теперь он снова с нами.

— Значит, Ветка среди тех, кто хочет попасть в космос, — мигом догадался я.

— Я общался с ней несколько раз. У меня сложилось впечатление, что девица хочет оказаться на орбите даже больше клана космотехов.

— А та небольшая услуга? Она опасна для неё?

— Да — честно признался Акос.

— Но без неё не обойтись?

Мастер кивнул в ответ.

— Что сейчас происходит в долине?

— Пока тихо, но это ненадолго. Об этом не объявили, но мои городские друзья шепнули, что Кай умер в страшных муках от неизвестной инфекции. На ферму прибыл эмпат с группой военных, посланных советом. Они ищут тебя. Варис помогает, но пока как-то вяло.

Если честно, то сейчас мне больше всего хотелось увидеть Ветку. Но по поводу её вовлечения в процесс проникновения на дредноут у меня сложилось двоякое мнение. С одной стороны, я рад, что девушка с нами. Но с другой — опасался за неё.

— Частичка получена. Каковы наши дальнейшие действия?

— Времени мало, поэтому выдвигаемся к городу этой ночью. Шансов попасть на дредноут и провернуть всё задуманное не более семи процентов. Но кто не пробует, у того ничего не получается.

Перед выдвижением я выдал дружинникам оружие. Затем коротко разъяснил ситуацию. Парням было нечего терять, так что они восприняли ситуацию адекватно.

Мара же потребовала передать управление ботом лысому зарканцу с металлическим черепом. Поначалу я не хотел соглашаться. Но проверив связь с ботом, выяснил, что даже после передачи управления чужому терминалу, он в любой миг сможет сбросить настройки и переключиться на меня.

Сборы группы были недолгими. Как только стемнело, наша колонна выдвинулась к городу. И едва началось движение, я начал ощущать некие волны, входящие в резонанс с частичкой антиматерии. Платформа с трудом продвигалась по заросшей просеке и чем дальше она отходила от места сбора, тем больше проявлял себя странный сигнал.

Он проникал в моё подсознание, вызывая воспоминания и порождая в информационном поле импланта фантомные образы, будто специально испорченные системными ошибками. Поначалу ситуация пугала, но со временем я начал различать большие группы скомканных иероглифов. Они образовывали обрывки непонятных сообщений, транслируемых прямо в моё сознание.

— Круг предков. Иногда я его немного чувствую, — неожиданно призналась, сидевшая напротив Нейла и указала на стену джунглей.

— И далеко от нас этот круг? — понимаю, что это как-то связано с потоками зашифрованной информации.

— По прямой шагов пятьсот.

Сопоставив полученные вводные, закрываю глаза и стараюсь вспомнить события, произошедшие после моего попадания в долину. Воспоминания пробивались с трудом. Но постепенно я увидел, словно со стороны, как ползу между кислотными трясинами. При этом я ощущал боль от лопнувшей кожи, поражённой ядовитыми испарениями. Затем появился просвет в джунглях, ведущий на круглую площадку, утопленную на несколько метров ниже поверхности.

Свалившись прямо на круг предков, я ощутил фантомные боли от сотрясающих тело разрядов. После чего увидел площадку, испещрённую плотными рядами светящихся символов, образующих нечто трёхмерное. Причём материал, из которого сделан круг предков, оказался идентичным, используемого при строительстве дредноута.

И когда я увидел всю картину произошедшего, скомканные зарканские символы начали растворяться, открывая вполне узнаваемые трёхмерные образы. А потом моё сознание рвануло вперёд, словно выйдя из тела, и оказался в плотном потоке визуализированной информации. То, что я узрел воочию, вызывало изумление.

Туманность Зарканы занимала большой кусок космического пространства. Облетев её несколько раз, мне удалось рассмотреть, расположенные внутри туманности звёзды. Я сразу опознал главную систему, ставшую цитаделью зарканской цивилизации.