Колонисты Пандоры 2 (СИ) - Яманов Александр - Страница 12

«Космос и корабль, превыше всего».

В остальном кинжалы выглядели вполне по-боевому. Хорошо сбалансированные, никаких декоративных изгибов и излишних украшений. Надёжный упор для руки, удобные углубления для пальцев на рукояти. Сбоку утоплена кнопка, врубающая подачу энергии в кромку лезвия.

— Можно? — спрашиваю и протягиваю руку.

Когда собеседник кивнул, то я взял один из кинжалов. Тончайшие пластинки, из которых состояла рукоять, тут же перестроились под мою руку. Нажав кнопку, активирую загоревшимся белым кромку и провожу лезвием по спинке кровати, изготовленной из металлопластика.

Если бы я проделал подобное с помощью рабочего вибротесака, то он бы начал мелко колотить по металлу, выбивая искры и мелкую стружку. Энергетическое лезвие клинка, наоборот, пошло плавно и легко сняло длинную стружку, тут же свернувшуюся в спираль. А ещё запахло сгоревшим материалом койки.

— Хорошая штука! — одобрил я.

— Да. Больше таких не делают. А эти с самой Зарканы, — ответил Зар.

— Понятно,– выключаю подачу энергии, кладу кинжал обратно и смотрю в глаза молодого зверолова, — И что Кай с Веткой? Будут биться при помощи вот этого?

— Да. Разумеется, перед поединком, Варис достанет из рукоятей батареи и заменит их на металлические балансиры, чтобы вес оружия не изменился.

— Но этими ножичками, по-прежнему можно будет легко убить человека, — констатировал я, но Зар отрицательно замотал головой.

— Что ты! Нельзя убивать на оговорённом заранее церемониальном поединке, происходящем между девушкой и парнем! Иначе убийца сразу получит заряд из плазмобоя.

— Значит, это всё просто заранее оговорённая сторонами показуха? — проговорил я, и парень утвердительно кивнул.

— Если девушка дала слово и согласилась на поединок, то обычно он происходит бескровно. У тех, кто нападал на Ветку во время сезонных игр, проводимых в джунглях, такого права не было. Поэтому она им пускала по три раза кровь, тем самым делая отвод кандидатуры в партнёры. Но сегодня такого точно не произойдёт. Да и Кай слишком ловкий и быстрый, так что подобного просто не позволит.

— Ясно. Ну, тогда пошли, посмотрим на этот спектакль.

Зар попытался сопротивляться, выкатив кучу аргументов против. Но, в конце концов, сдался под моим упорным взглядом и пошёл к выходу.

Выскользнула из казармы, мы направились прямиком к стоявшему в отдалении зданию. Это была самая высокая и защищённая мощными стенами постройка, расположенная на ферме. Насколько я знал, там жил Варис с семьёй. Здесь же находился зал коллегии звероводов, и размещалась жилая зона для самых опытных членов этого закрытого сообщества и их близких.

А прямо за ним находилась арена, представлявшая собой десятиметровое углубление, выдолбленное в каменной породе. Со всех сторон оно было обнесено в немного наклонённой стеной, с кромкой небольшого парапета, идущего по кругу.

И как раз сейчас вокруг арены собралась настоящая толпа, состоящая из четырёх сотен звероводов и их женщин.

Сразу заметно, что присутствующие разделились на четыре примерно равные части. Опытные звероводы, облачённые в парадные комбезы, сидели на каменной трибуне с бокалами в руках. Женщины устроились, напротив, на такой же трибуне.

А справа и слева, на открытых площадках, расположилась две большие группы молодых зарканцев. Ближе к нам толпились парни, в изукрашенных узорами штанах, с красивыми кинжалами, висящими на широких поясах. Голые торсы, собранные в пучки светлые волосы и отсутствие обуви, делало их похожими на самцов сумчатых макак, выделывающихся на полянке, перед сезоном спаривания.

Напротив, них стояла такая же многочисленная группа зарканских девушек. Я их видел плохо, но сразу заметил, что все они облачены в весьма фривольные и облегающие тела наряды. Если честно, то они мало чего скрывали, скорее наоборот, выпячивая определённые выпуклости.

Обе группы пританцовывали под жалкое подобие нормальной человеческой музыки, больше походившей на бит с нехитрой мелодией и примесями завывания волынки.

Первым я обнаружил Кая. Он и так был на десяток сантиметров выше своих товарищей и явно здоровее физически. Но теперь парень расположился на небольшом постаменте, возвышаясь над окружающими сна полметра. Зверолов поигрывал рельефной мускулатурой, медленно водил вокруг себя руками, будто выполняя комплекс упражнений из какой-то борьбы.

Нечто подобное каждое утро проделывал собутыльник моего деда, такой же старый колонист первого поколения. Был он узкоглаз, и звали его дядюшка Линь. В посёлке общинников, все за глаза старика называли китайцем. Как расшифровывается прозвище, никто не знал, но оно передавалось из поколения в поколение.

Настроение у присутствующих явно приподнятое. В мечущемся свете жаровен видны только улыбающиеся лица. К тому же по пути к арене я увидел длинные столы, буквально ломящиеся от еды и напитков, расположенные за женской трибуной. Это предполагает гулянку, которая должна начаться после окончания формальных поединков.

Подойдя ещё ближе к женским трибунам, я тут же почуял, что в ярко пылающих жаровнях горят не только дрова масличного дерева, но и добавлены листья кустов райской орхидеи. Именно с этих цветков обычно собирают самый сильный природный стимулятор, обнаруженный на планете Пандора.

Сбор и распространение неочищенной райской пыльцы, запрещено во всех городах колонии, под страхом смертной казни. Видимо, из-за быстрого привыкания. А вот к листьям совет кланов относился более спокойно. Конечно, там тоже содержался слабенький стимулятор, отгоняющий депрессивные позывы и вызывающий слабенький прилив сил. Но для того чтобы прибалдеть от этого куста его листья нужно жевать целыми днями напролёт. А такое могли себе позволить только те колонисты, кто работали на плантациях, прилегавших к секторам с этой растительностью.

Дым после их сожжения тоже немного воздействовал на организм людей, вызывая позитивные эмоции и кратковременный прилив сил. Так что, распознав знакомый аромат, я сразу определил причину всеобщего веселья.

Фыркнув от неудовольствия, начинаю продвигаться ближе к парапету, окружающему арену. В результате мы с Заром вклинились в пространство между женской трибуной и толпой парней, где остановились.

И как только я смог получше рассмотреть группу, соблазнительно изгибающихся девушек, сразу же обнаружил её.

В отличие от Кая, расположившегося на постаменте, Ветка проделывала тот же комплекс упражнений, стоя в плотном кругу молоденьких девушек. Как только модифицированный глаз приблизил предмет моего интереса и дал рассмотреть её получше, я буквально поплыл.

Голова закружилась. И я внезапно осознал, что подобной красоты ранее никогда не встречал. Атлетическое, но не перекачанное тело девушки, обтягивала белая ткань, не скрывающая ни одного изгиба.

Распущенные волосы, собраны в десятки длинных косичек и кружились в такт её движений, словно паря в невесомости и явно живя собственной жизнью. А фосфоресцирующий розовым, тончайший орнамент, нанесённый на белую ткань и преходящий на открытые руки, шею и частично лицо, ещё больше подчёркивал все весьма пикантные особенности девичьего тела. Прибавьте к этому гибкость и грациозность, будто у кошки и вы поймёте моё состояние.

От волшебного вида сердце забилось чаще, и пришла волна возбуждения. Да и дыхание сбилось, будто организму перестало хватать кислорода. Может, всё дело в этих чёртовых кустах?

Пока я стянув капюшон, глотал воздух и пытался восстановить дыхание, Зар успел оббежать арену со своим ящиком. Сначала он подошёл к Варису, сидевшему в первом ряду мужской трибуны. Тот заменил батареи в клинках на специальные утяжелители. Затем парень отнёс один из кинжалов Каю, а второй передал Ветке.

Когда же Зар вернулся, один из дружков Кая наконец-то заметил меня. Улыбка резко стёрлась с его лица, и зверолов метнулся к красующемуся виновнику торжества. А уже через пару секунд, выслушав своего дружка, тот перестав извиваться как уж на сковородке, и принялся искать меня.