Рунописец. Путь домой (СИ) - Корсуньский Ростислав - Страница 48

Когда ученика увели, мужчина, сидевший в центре, произнес:

— Сейчас главное установить, как он получал подсказку. Давайте еще раз посмотрим видео.

На экране, висевшем на стене, появилось изображение, где оный ученик вошел в аудиторию. Почти сразу как он сел на свое место принялся что-то писать на листе бумаге.

— По поведению не видно, что он прислушивается к подсказкам или советам, — произнесла одна женщина.

— Это не важно, — заявил Игнат Юрьевич Горчаков, который в данный момент был председателем совещания, — не мог ученик решить все настолько быстро.

Все пять членов комиссии продолжили смотреть запись. Они видели, как молодой человек занялся решением задач. Быстро, даже без черновика, он решал их, записывая ответы сразу в чистовик. Как только закончил, сразу направился к столу наблюдателя.

— Здесь нет ни малейшего намека на подсказку этому ученику, — весомо заявила все та же женщина. — Я против аннулирования результатов, и считаю, что надо вернуть первое место этому Станиславу Смирнову.

— А я уверена, что он каким-то образом получал подсказки, — произнесла женщина уже в возрасте. — Если с ним работает сильный ментальный маг, то он мог передавать решения прямо в мозг.

— В таком возрасте поддерживать канал невозможно, — возразила первая женщина, — а маг, если он и был, должен находиться на большом расстоянии. Вы хотите сказать, что у простолюдина есть такой маг?

— Если говорить более правильно, то очень сложно поддерживать канал, а не невозможно, — возразил еще один мужчина. — И что, если это этот молодой человек находится в подчинении у ментального мага? Я имею в виду неизвестного ментального мага. И в этом случае возникает вопрос: а не специально ли это делается, чтобы этот молодой человек попал на императорский новогодний бал?

— Признаться, я об этом не подумал, — председатель не сумел скрыть мимолетную усмешку, которую, впрочем, никто не заметил. — Полагаю, что этот довод не вызывает сомнения, что результаты этого Смирнова необходимо не только аннулировать, но и передать в имперскую службу безопасности. Давайте голосовать.

— Хочу напомнить, что подобные вопросы требуется решать совместно с представителем великой княжны Надежды Юрьевны Рюрикович. Смирнов Станислав Владимирович является рунописцем, показывающий прекрасные результаты в учебе, и без юрисдикции специального отдела мы даже сейчас голосовать не имеем права. Уж, вы, Игнат Юрьевич, это прекрасно знаете.

— Вы правы, — согласился он, — но по моим сведениям ее высочество срочно улетела в Петербург, а там вроде бы должна уехать в Выборг. После заседания я лично сообщу ее высочеству. Результаты по регламенту окончательно должны быть утверждены уже сегодня. Предлагаю голосовать. Кто «за»?

Довольная улыбка так и норовила появиться на лице председателя. Ведь он прекрасно знал, что трое из пяти членов комиссии с ним согласны. Сейчас главное убрать этого выскочку.

— Не стоит спешить, — немного резко и жестко отреагировала Марина Сергеевна Бестужева-Рюмина. — Я уже сообщила ее высочеству о несправедливом аннулировании результатов ученика, входящего в ее юрисдикцию, как только получила извещение о комиссии. Думаю, что скоро появится ее представитель.

— Хочу заметить, что в шестнадцать ноль-ноль мы обязаны выставить окончательные результаты олимпиады.

— Я в курсе. Поэтому до четырех часов мы должны ожидать представителя ее высочества.

— Что же, — усмехнулся председатель, — в таком случае остаемся здесь.

Все члены комиссии занялись своими делами. Им оставалось находиться здесь еще чуть менее двух часов. По прошествии тридцати минут внезапно отворилась дверь и на пороге появился старший преподаватель. С выпученными глазами он уставился на мужчин и женщин.

— Т-там… с-сообщили.

— Сергей Дмитриевич, — спокойно произнесла Бестужева-Рюмина, — успокойтесь. Что случилось?

— На кортеж ее высочества, великую княжну Надежду Юрьевну Рюрикович напали.

— Кто? — вскочила на ноги Марина Сергеевна и метнула яростный взгляд на Горчакова.

— Демоны. По пути в Выборг на кортеж напали демоны из Карельского пятна, — преподаватель успокоился. — Или это был портальный пробой.

— Думаю, теперь никто не будет возражать против срочного голосования? Голосуем. Кто за аннулирование результатов и передачу Смирнова имперской службе безопасности?

Поднялись три руки.

— Кто «против»?

Две.

— В таком случае подписываем протокол.

Все быстро поставили свои подписи и разошлись по своим делам.

Четвертая реальность третьей вероятности, Земля, Российская империя, Москва.

Как только охранники меня вывели из комнаты, я задумался о происходящем. «Какого, спрашивается, они решили меня посадить в кутузку?», — я немного скосил взгляд на своих сопровождающих. Это, в самом деле, простые охранники, по крайней мере, не работники спецслужб. Те вели бы меня иначе. Когда вышли из здания, ожидал, что посадят в специальную машину с решетками на окнах, но направились мы к зданию из красного кирпича. Решил пока ничего не предпринимать, тем более что где-то недалеко должна быть негласная охрана.

Привели меня действительно в изолятор. Небольшая комната с одной кроватью, небольшой стол и стул. Сказать ничего не успел, получив толчок в спину, а когда переступил порог, то дверь закрылась. Кстати, рюкзак мой не забрали, что было главной причиной моего, так сказать, согласия с арестом. Открыв почти незаметную дверь, увидел там санузел с нормальным унитазом и небольшой раковиной для мытья рук. Раз не собираются действовать по жесткому варианту, то, скорее всего, окончательного решения еще нет. Поэтому засел за любимое дело.

Вечером следующего дня начал задумываться о побеге. Все дело в том, что про меня забыли. Сегодня в течение дня мало того, что не накормили, так они вообще ни разу не пришли. Воды было достаточно, а вот небольшая пачка сушек уже закончилась. Кстати, несмотря на неплохие в моем понимании удобства, связь здесь отсутствовала, так что даже позвонить некому.

Спать лег только под утро.

Сегодня я не решился на побег только по той причине, что первая стадия создания искусственного интеллекта подошла к завершению. Честно говоря, благодаря программированию я не обращал внимания на требования живота. Это был не полноценный искусственный разум, то есть без «незыблемых законов физики», а, если так можно сказать, полуразум, заточенный на защиту и взлом. Блок быстрого развития, тот самый, что создал уже здесь, я отключил.

— Все, — я запустил программу.

Раздался звук открываемого замка, и я быстро закрыл крышку ноутбука. Как только увидел вошедшего мужчину, тут же мелькнула мысль: «Это профессионал». После его слов «пошли», собрал вещи и без лишних понуканий направился к входу. Уже в коридоре, где находился еще один сотрудник, скорее всего, службы безопасности решил немного пошутить.

— Я пожалуюсь ее высочеству Надежде Юрьевне, что меня здесь два дня морили голодом.

Разумеется, мне никто не ответил, даже на лицах не появилось никаких эмоций. Профи есть профи. Пиликнул телефон. Я достал его, но тут один из сопровождающих протянул руку, пытаясь забрать.

— Ордер на арест? — убирая руку, спросил я, стараясь придать голосу приказной тон. — Причем, с подписью великой княжны Надежды Юрьевны Рюрикович.

Мы еще двигались внутри здания, вот я на всякий случай отскочил от них подальше.

В свое время Разумовские просветили меня на счет особого положения рунописцев в империи. Подобные случаи должны обязательно проходить через отдел, возглавляемой моей знакомой.

Раздался звонок. Я успел заметить звонившую, поэтому быстро снял трубку.

— Привет, Асами.

— Стас! Что случилось? У меня на душе неспокойно и ты не отвечаешь.

Я видел, что безопасники решили действовать более жестко, поэтому убрал вызов, не сбрасывая связь, и включил видео.

— Меня без ордера пытаются арестовать эти два типа, — я снял на камеру мужчин. — Если попытаются скрутить, буду убивать. Асами, мне нужен очень хороший адвокат.