Девятнадцать сорок восемь том IV (СИ) - Вишневский Сергей Викторович - Страница 44

Кстати говоря, я так же про себя подметил, что очень уж любят в этом университете оставлять учеников одних для выполнения каких-то достаточно важных поручений. Взять ту же Маргариту. Хотя, с другой стороны, кто захочет целыми сутками находиться рядом с трупаками и дышать этим смрадом. Так что может быть всё как раз-таки наоборот. Самые ответственные и серьезные задания они выполняют под руководством своих преподавателей, а ведь что попроще им оставляют, рассчитывая на их самостоятельность. Всё-таки люди уже не маленькие и должны понимать всю ответственность… вроде бы…

К слову, некоторые из учеников действительно отнеслись к заданию очень педантично и чуть ли не каждую каплю вымеряли, чтобы сделать всё максимально идеально. Однако, как говорится, в семье не без урода. Нашлось и парочку идиоток, которые делали всё через одно место и явно не проявляли к эксперименту должной ответственности. И именно эти люди делали всё так, словно бы уже мастера в подобной практике и способны всё выполнить с закрытыми глазами.

В общем, не привлекая внимания, я переместился поближе именно к этим ученикам. Двое парней сидела за последней партой и беспрерывно хихикали, раскачиваясь на стульях. Я же на всякий случай держал пару гранул у себя в кармане.

Только вот уделяя особое внимание именно здесь, я не заметил, как один из студентов, видимо по неосторожности опрокинул пузырь Ясинова и газ ярким облаком вырвался наружу, поднимаясь над партами. Кто-то из учеников вскрикнул, несколько других тут же повыскакивали со своих мест и отбежали к стене.

Я мгновенно швырнул в это облако две гранулы и при помощи своей силы столкнул их друг с другом, чтобы они разбились. Однако в этот же момент я услышал, как за моей спиной смех тех парней сменился ругательствами. Они оба повалились на спину, не удержав равновесие, а над ними начало подниматься огромное зеленое облако.

Да твою ж!

С собой у меня не оказалось больше гранул. Я метнулся в сторону преподавательского стола, но быстро понял, что это займет слишком много времени. Поэтому при помощи силы притянул к себе ещё пять гранул. Не замедляясь, они подлетели к последней парте и разбились внутри уже достаточно разнёсшегося облака.

Спустя секунд пять, когда газ Шарова полностью осел и улегся, я посмотрел сперва на пол который был полностью пропитан зеленой хренью, а потом перевел взгляд на этих двух учеников. Они точно так же были полностью зеленые, словно с ног до головы облитые зеленкой.

Придурки… вообще-то так им и надо!

В этот же момент в аудиторию вошел профессор и замер с раскрытым ртом, с удивлением осматривая всё помещение.

Григорян находился в одном из своих тайных убежищ. Имперский следователь лежал на диване и просто разглядывал потолок. Пачка сигарет уже закончилась, а чтобы достать вторую, ему потребовалось бы встать с дивана. Однако в данный момент это было явно затруднительно.

После взрыва, когда он пытался вывести Громова на чистую воду, его хорошенько потрепало. Конечно, имперские люди поставили его на ноги, но многое ещё очень плохо функционировало. Григорян понимал, что по-хорошему бы не помешало посетить знакомого артефактора в академии магов. Именно он делал для него некоторые встроенные артефакты, которые на самом деле не находились даже в официальной разработке.

Имперский следователь тяжело вздохнул и продолжил погружаться в свои мысли.

«Какого хрена Громов смог всё это подстроить? Всё это могло произойти лишь при одном условии… Кто-то ему слил информацию обо мне. Причем, этот кто-то явно имеет близкие связи с… Неужели даже наша Имперская служба безопасности повязана в этом?…»

Григорян горько усмехнулся и снова потянулся за пачкой сигарет, которая по прежнему лежала пустая.

— Да твою мать! — выругался он вслух.

Он приподнялся и кое-как смог сесть на диване, уставившись в другой конец комнаты, где рядом со входной дверью висело его пальто. В боковом кармане находилась ещё одна пачка сигарет. Открытая.

В последнее время он всё чаще и чаще начинал курить. Хотя откровенно говоря, он никогда и не прекращал, сколько себя помнил, но теперь, без сигарет, казалось, что голова начинало плохо соображать. Словно этим дымом он выводил туман из своего разума…

— Чтоб тебя раком через голову…

Григорян поднялся и медленно направился к пальто, подволакивая правую ногу, что застыла и отказывалась слушаться, превратившись в замерший обрубок из металла и алхимических сплавов.

«Неужели этот императорский выпердыш Громов, смог запустить свои волосатые руки и в ИСБ? Твою же… не хочется в это верить… но! Как? Просто как тогда он смог обо всём узнать и всё так гладко подстроить? Ещё и это совещание у министра, которое гарантировало ему стопроцентное алиби.»

— Слишком много случайных совпадений… — произнес он вслух. — В такое я уже лет семьдесят как перестал верить…

Григорян наконец-то добрался до пальто, вынул пачку и облокотился на стену. Переведя дух, он поковылял обратно к койке. Кое-как развалившись на ней, он достал сигарету из новой пачки и закурил, глубоко затянувшись первой затяжкой. Выждав буквально секунду, он выпустил обильный дым и продолжил крутить мысли в голове.

«Архипов? Ну да, этот склизкий червь мог бы быть информатором и слить меня.»

— Только вот он и сам не должен был знать, чем именно я занят, — ответил он сам себе вслух и снова затянулся. После очередного выдоха, практически вся комната уже заполнилась дымом.

«Неужели Остап⁈» — мелькнула мысль в голове, от которой лицо следователя перекосило.

«Не-е-ет… тот точно не мог. В нем я уверен, больше чем в самом императоре. Хотя… За свою жизнь, в ком я только не разочаровывался. Но, тут тоже есть несколько спорных моментов. Тогда… кто остается?»

Григорян поднес сигарету ко рту и замер. Несколько секунд он пялился на верхнюю одежду у входа, а затем тяжело вздохнул. Так и не затянувшись, он слабо улыбнулся, отчего в комнате прозвучал странный звук, похожий на скрип.

«Неужели кто-то из руководства ИСБ? Куратор? Или же… сам начальник императорской службы безопасности?»

— И тут становится понятно, почему меня пытались сперва просто отстранить от дела, отвлекая всякой шушерой. А потом, когда поняли, что это не прокатит, решили и вовсе устранить… Это всё объясняет и… — тут Григорян умолк, сделал затяжку и добавил: — И усложняет.

Григорян стряхнул пепел прямо на пол и улыбнулся уже во весь рот.

— Как же ты так прозевал, Миша? — спросил он сам себя, глядя в одну точку. — Под носом прямо прозевал… Но даже если я себя накрутил, то… Этот вариант сбрасывать со счетов нельзя. А вот если я прав… учитывая, что я просто ходячий артефакт. Точнее груда старых артефактов, то они будут знать о каждом моем шаге…

«А если знает крыса, то знает и Громов», — промелькнула в голове недосказанная мысль.

Григорян на несколько секунд замолчал и задумался. После чего он посмотрел на входную дверь и резко поднялся со своего места.

— Блядство! — Снова выругался он. — Назревает какой-то пиздос, а мои руки просто связаны этими продажными выродками!

Гоша тяжело вздохнул и обвел взглядом кухню.

Столы отдраены, кафель у плиты тоже сияет новизной, а щели между ним свежей затиркой. Раковина девственно пуста и отмыта. Шкафчики все протерты, а кое где приклеена новая кромка. Даже подоконник, что успел посереть от отсутствия ухода, отмыт и выглядит опрятным. На нем, в довольно крупном горшке, стоял кактус — первое растение в этой квартире.

Митин скосил взгляд на плиту, которую отмыл, и с тяжелым вздохом подошел к ней и открыл духовку.

Оценив состояние рыбного пирога, что лежал на противне, он взял полотенце и одной рукой вытащил его, поставив на плиту сверху. Взяв пару зубочисток, он потыкал его и кивнул, после чего выключил духовку.

В этот момент, раздался лязг ключей, а спустя пару секунд в квартиру зашла Лена.