Девушка по имени Каламити (ЛП) - Лори Даниэль - Страница 33

Я не торопилась в бане, несколько раз оттирая свое тело. На обратном пути зазвонил церковный колокол, и я оторвала взгляд от своих ног, чтобы осмотреть город.

Звук металла о металл заставил меня взглянуть на кузнеца, затачивающего клинок. Полетели искры, когда его глаза встретились с моими. Это был один из тех взглядов, которые можно было физически ощутить, и это чувство не отступало, пока я не завернула за угол.

Не один пристальный взгляд упал на меня, и беспокойство начало просачиваться под мою кожу, когда я поспешила обратно в гостиницу.

Продавцы перестали кричать о своих продажах, когда я проходила мимо них, их взгляды обратились на меня. Один продавец уронил кусок мяса, когда увидел меня. И это было то, что я чувствовала — свежее мясо.

Может быть, мне следовало послушать Уэстона…

Мое сердце глухо забилось, а ноги задвигались быстрее, когда я сделала последний поворот. Я оглядывалась назад, когда врезалась в твердое тело в дверях гостиницы.

— Мне жаль… — начала я говорить, но осеклась, когда посмотрела в глаза цвета древесного угля мужчины.

Меня затянуло глубоко в темные глубины, и я не смогла бы отвести взгляд, даже если бы захотела. Я этого не сделала. Они напоминали смолу, и я застряла во тьме.

Желание оказаться еще ниже, похороненное глубоко, пока ничего другого не останется, поглотило меня.

Я хотела темноты. Мне нужна была темнота.

Я не могла вспомнить свое прошлое или настоящее, все, что я знала, это то, что я никогда ничего больше не хотела.

Чернота его глаз закружилась у меня в голове, когда его рука скользнула в мою. Я последовала за ним. Я последовала бы за ним куда угодно. Тепло от его ладони разлилось томным теплом по моей коже, по всему телу. В ушах у меня шумело, и единственное, что я осознавала, был этот мужчина.

Не тот коридор, по которому мы шли.

Не пустая комната, в которую мы входили.

Ничего не существовало, кроме него.

Он провел рукой по моему затылку, и тепло разлилось внизу моего живота.

Я задыхалась, когда его губы коснулись моих. Когда они полностью прижались к моим, кровь закипела в моих венах. Его язык скользнул между моими губами, и жар в моем теле запульсировал искрами удовольствия. Становилось жарче с каждым прикосновением наших языков и каждым прикусом наших зубов.

Желание унять жар в моем теле поднялось до зудящего крещендо, которое я едва могла выносить. Туман окутал мой разум, темный и тяжелый, когда его губы и язык играли с моими. Снова и снова.

Я застонала, когда его губы прошлись по моей шее, а его рука скользнула мне под рубашку. Он скользнул по моей нежной коже и под пояс моих брюк, в то время как я была уверена, что умоляла о чем-то бессвязно.

Когда я открыла свои затуманенные глаза, я увидела перед собой двух мужчин. Но на секунду передо мной были только двое живых мужчин.

Блеск серебра и нож пронзили шею ближайшего мужчины, кровь брызнула мне на лицо и в рот. Ледяная вода мгновенно погасила жар в моем теле, заставив меня задыхаться и дрожать. Мертвый мужчина рухнул на пол, в то время как я втянула воздух в легкие и сфокусировала свое затуманенное зрение на Уэстоне.

Он тяжело дышал, и его кулак был сжат вокруг рукояти ножа. На мгновение я подумала, что он собирается убить и меня тоже.

— Что, черт возьми, я тебе говорил? — прорычал он.

Я вздрогнула от его тона. Я даже не могла ему ответить; самый приятный момент в моей жизни, когда меня окатили холодной водой, лишил меня дара речи.

Я прислонилась к стене, гордясь собой за то, что все еще стою, откинув голову назад и пытаясь отдышаться. Это, казалось, разозлило Уэстона еще больше, потому что он ударил кулаком по стене рядом с моей головой.

Движение заставило меня напрячься. Осколки стены упали на пол, когда я посмотрела на мертвого мужчину с горечью на языке. Еще один мертвый человек. Это когда-нибудь прекратится?

— Почему ты должен ходить и убивать всех подряд? — я огрызнулась на Уэстона, вытирая кровь со своего лица.

— Ты хотела, чтобы я оставил твоего насильника в живых? — он накричал на меня.

— Прекрати орать!

Но потом я осмыслила то, что он сказал. До этого момента я не понимала, что делает этот мужчина. Каким-то образом он заставил меня почувствовать эту всепоглощающую страсть.

Подожди, значит ли это, что это не всегда чувствуется вот так? — я подумала об этом с оттенком разочарования.

Очевидно, Уэстон услышал это, потому что он снова ударил кулаком по стене рядом с моей головой. Полетели осколки.

— Остано…

— Я сказал тебе оставаться в своей комнате, — прорычал он.

— Да, ну, мне не нравится слушать убийц-психопатов.

Он ткнул носком ботинка мужчину, лежащего на земле.

— Этого можно было бы избежать, если бы ты послушала меня.

Я поморщилась.

— Ты можешь не пинать мертвеца? Что с тобой не так?

У меня скрутило живот. Мне не следовало выходить из своей комнаты. Чувство вины грызло меня, пока другой человек лежал мертвым у моих ног. Возможно, этот мужчина приставал ко мне, но что бы он ни делал с моим разумом, я чувствовала желание. Или, может быть, я была готова сама по себе? Трудно чувствовать себя изнасилованной, когда удовольствие было таким большим.

Уэстон разочарованно вздохнул, прежде чем швырнуть свой нож через всю комнату. Он воткнулся в стену, прежде чем он провел руками по волосам.

— Убийство — это не ответ на все вопросы, Уэстон.

Он перевел свой сердитый взгляд на меня.

— Я должен был просто проигнорировать это, да? Просто подняться в свою комнату и притвориться, что не слышу твоих стонов в коридоре, не чувствую исходящего от тебя мужского запаха, — сказал он с градом презрения.

Я поморщилась.

— Это просто жутко, что ты можешь..

— Заткнись.

Он кипел, в его глазах была темная буря, когда он положил руки на стену надо мной, прижимая меня к себе. Он тяжело дышал, и он был так близко, что его грудь почти касалась моей. Я встретила его пристальный взгляд, отказываясь чувствовать себя запуганной.

— Мы здесь не для того, чтобы ты развлекалась. Если я увижу, как другой мужчина прикасается к тебе, я убью его, а вопросы задам позже. Ты меня понимаешь?

Мне показалось, что кровь снова ударила мне в лицо, когда я осознала серьезность его слов, но я не позволила бы ему помыкать мной. Я не спрашивала о том, что произошло.

Но это не значит, что я не пойду и не поищу другого мужчину, похожего на него.

Эта злая штука под названием упорство заставила меня думать об этом, просто чтобы еще больше разозлить Уэстона.

— Он умрет прежде, чем от него будет хоть какая-то польза, — прорычал он.

У меня закипела кровь от того, что он сказал такое, когда это не имело к нему никакого отношения.

— В следующий раз игнорируй все, что, черт возьми, может учуять твой нос, и иди к..

— Закрой свой гребаный рот, прежде чем..

— Ты заткнись..

— Заткнись.

Принуждение физически не давало мне открыть рот, и я не могла вынести этого чувства. Это было удушающе, и от мысли, что я никогда больше не смогу говорить, у меня скрутило живот. Я попыталась оттолкнуть его от себя, но он не сдвинулся с места.

— Ты меня понимаешь? — спросил он, и мои мысли вернулись к тому, как он угрожал убить мужчин, если они прикоснутся ко мне.

Нет, я не понимала, потому что это было безумием. Я с вызовом покачала головой.

— Скажи мне, что ты понимаешь.

Я ненавидела его.

Я попыталась прикусить язык, но не смогла остановить поток слов, слетающих с моего рта.

— Я понимаю, — прорычала я.

Он отступил.

— Теперь ты можешь пойти в свою комнату и поблагодарить меня за то, что я снова спас тебя.

— Ты только и сделал, что испортил хороший вечер..

— Скажи спасибо.

— Спасибо, — угрожающе выплюнула я.

— Теперь ты можешь идти, — сказал он, а затем добавил: — в свою комнату.