Во славу Светлого Ордена (СИ) - Смородинский Георгий Георгиевич - Страница 74

Сказать по правде, я еще и сам не в полной мере осознал, что тут недавно случилось. Однако мне принять все это значительно проще. Моя мать — синеглазая ведьма, и я хорошо помню день нашего с ней расставания.

В отличие от рыцаря, его спутник своих эмоций не скрывал. Только у него они были какие-то странные. Восхищенное любопытство или что-то очень похожее. Так смотрят на красивую и умную женщину, или на картину в чьей-то коллекции, но никак не на окровавленный труп рогатого монстра. Впрочем, этих ищеек мне не понять. Даже не буду пытаться.

— Приветствую тебя, лер, — подошедший рыцарь оглядел труп демона, перевел взгляд на лежащую рядом с ним Джейну, вздохнул и снова посмотрел на меня. — Я комтур Зод, командор отряда рыцарей Джарты. Это, — он кивнул на своего спутника, — Рэй лер Торн, дознаватель из коллегии города. Сразу скажу… Никто не собирается тебя задерживать. Это не означает, что у Ордена нет претензий, но ни я, ни Аста лера Шинома не считаем тебя преступником. Госпожа хотела поговорить с тобой. Она собиралась узнать, не заодно ли ты с этим чудовищем, но сейчас ответ очевиден, — Зод задумчиво посмотрел на копье, торчащее у демона между лопаток, вздохнул и поднял на меня взгляд. — Ты же расскажешь нам, что здесь случилось?

— Этот урод нёс леру куда-то туда, — пояснил я, кивнув в сторону гарнизона. — Она была без сознания, и мне это не понравилось, а демон просто так уходить отказался. Собственно, так все и началось. Ближе к концу боя госпожа очнулась, кинула в демона заклинание и снова потеряла сознание. А потом прибежала эта подруга, — я указал на бесовку, — и тоже очень мне помогла. Когда демон подох, она потеряла сознание. Видимо, немного переволновалась…

Нет, сказитель из меня, прямо скажем, дерьмовый. Любого учителя словесности от моих рассказов хватил бы удар, но Зод вроде все понял, и ладно.

— Переволновалась, м-да… — комтур сдержал улыбку, и как-то странно на меня посмотрел. — Слушай, лер, а почему ты в это ввязался? Почему решил защитить госпожу? Ты ведь мог просто уйти.

— Сложно сказать… — я пожал плечами и улыбнулся. — Когда госпожа очнётся, передайте, что я восхищаюсь ее отвагой.

— Хорошо, — рыцарь кивнул и, посмотрев на Джейну, попросил: — Ты позволишь мне ее осмотреть? — Заметив выражение моего лица, он сделал успокаивающий жест и пояснил: — Все в порядке. Джейна спасла мне жизнь, и я не желаю ей зла.

Произнеся это, Зод склонился над девушкой, коснулся жилы на шее, удовлетворенно кивнул и в этот момент бесовка очнулась.

В следующий миг немаленький рыцарь в броне, полетел через голову вправо. Девчонка вскочила, метнулась к упавшему, но словно натолкнулась на стеклянную стену.

— Ой, прости! — испуганно воскликнула она, затем резко обернулась, увидела меня и попятилась.

— Спасибо! — глядя ей в глаза, серьезно произнес я и добавил: — Ты помогла. Никто тебя не удерживает.

При этих моих словах на лице дочери нави промелькнула целая гамма эмоций. Страх, неверие и… надежда? Она промычала в ответ что-то невнятное, затравленно огляделась по сторонам, а затем метнулась к мертвому демону.

Вырвав из туши копье, Джейна отпрыгнула назад, посмотрела на Зода и, убедившись, что с ним полный порядок, припустила в сторону ближайшей казармы.

Я проводил ее взглядом, затем посмотрел на сидящего на земле комтура и, сдерживая улыбку, констатировал:

— Ушла…

Зод в ответ усмехнулся, посмотрел в сторону казарм и, тяжело вздохнув, покивал:

— Да, ушла… Свободная… Как мы с тобой и хотели…

В словах рыцаря прозвучала неприкрытая грусть. Такая, что даже мне стало немного не по себе. Я не идиот и понял, что их с бесовкой связывает что-то большее, чем просто знакомство, и парню реально не позавидуешь. Нет, по-мужски я его понимаю. Красивая, сильная, хищница… Любому нормальному мужчине о такой только мечтать, но иногда мечты должны оставаться только мечтами…

— Ладно… — я вздохнул и кивнул на тушу чудовища. — Вы голову заберите. Госпожа заслужила этот трофей.

— Погоди! — сообразив, куда я клоню, Зод вскочил на ноги и сделал останавливающий жест. — Ты что же, уйдешь, не дождавшись ее пробуждения?

— Ну…– я немного смутился и, отведя взгляд, посмотрел в сторону казармы, за которой скрылась бесовка. — Не думаю, что нам стоит с ней разговаривать. Возможно, когда-нибудь… но не сейчас.

Да, наверное, это глупо, но по-другому нельзя. Все должно оставаться по-прежнему. Я и так слишком много думаю об этой рыжеволосой ищейке. Да, мне бы очень хотелось с ней пообщаться, но сейчас этого делать нельзя. Ведь не просто так за десять прошедших оборотов я ни разу не навестил свою приемную мать, и не нашел времени на поездку в Агир. Мне нельзя ни к кому привязываться, и это не обсуждается. Не стоит этого делать тому, кто в любой момент готов шагнуть за черту…

— М-да… Ты сейчас сбежишь, а она мне потом жизни не даст, — Зод сокрушенно вздохнул, обернулся и снова посмотрел на меня. — Ответь тогда хотя бы на пару вопросов.

— Спрашивай, — я пожал плечами и улыбнулся.

— Хорошо, — командор на мгновение задумался и поинтересовался: — Скажи, лер, ты эри́н?

— Да, — я кивнул и снова пожал плечами. — Не совсем понимаю, кто это, но так меня называл Хойт.

— А здесь ты…

— Здесь я искал предмет, с помощью которого меня смогут отправить в Кенай, — предвосхищая вопрос, пояснил я. — Я об этом говорил госпоже на допросе. В Кенае мне нужно выполнить поручение матери. Что дальше — не знаю…

— Она поручила тебе найти Храм Элементов?

— Нет, — я покачал головой. — Но один раз она упоминала о старом храме на высокой горе, мимо которого мне не пройти. А почему ты спросил?

— В книге, которая нам досталась от Хойта, говорится, что в Храм Элементов может зайти только смертный эрин, — пояснил Зод. — Странно, что подвижник сам тебе этого не рассказал.

— Подвижники не все могут нам рассказать, — вздохнул я, глядя командору в глаза. — Моя мать и Хойт считают, что я должен пройти свой путь самостоятельно. А этот Храм… Я найду его, когда это понадобится. Если больше вопросов нет…

— Подожди, лер! — вперёд выступил молчавший все это время дознаватель. Парень положил ладонь на кожаную сумку, что висела у него на плече и замялся. Заметив мой вопросительный взгляд, он набрал в легкие воздуха и быстро заговорил: — В день нашего отъезда в Агире началось восстание. В город вошла тысяча серых плащей, они сорвали с ратуши орденские штандарты и приказали гарнизону убираться в Лоран. Они не стали никого убивать, потому что знали, что ты сбежал. Однако теперь им известно, что за тобой в погоню отправлен целый отряд, и не трудно догадаться, что им это совсем не понравилось. Полагаю, что в течение декады, войско графства окажется под стенами Джарты. Они не будут спрашивать кто прав, а кто виноват. Прольется кровь, но это не нужно ни городу, ни Агиру! Казнь вершилась по повелению ландмейстера Снори! Магистр Моне и аббат Фарис приказали кирии тебя отпустить. Ты должен был сбежать во время поездки на кладбище…

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался я, уже примерно зная ответ.

— Письмо, господин граф! — дознаватель открыл сумку и вытащил из неё чистый свернутый лист. — Напиши им письмо! Они послушают только тебя!

Ну да… В тот момент, когда Снори поднёс к моей груди раскалённый прут, перестала действовать клятва, которую бароны принесли моему отцу. Только ландмейстер подох, и в осаде Джарты нет никакого смысла. Агир должен готовиться к главному вторжению Ордена. Ведь эти твари в Лоране не успокоятся, и обязательно придут в непокорное графство. Все так… А этот парень — самый разумный из нас. Рыжая умеет подбирать себе подчиненных.

— Хорошо! — я кивнул, забрал у Рэя лист с пером и, на его же сумке, написал послание.

Подпись поставил в левом верхнем углу, чтобы адресат понимал, что письмо написано добровольно. Затем свернул послание в трубку и запечатал его личной печатью.

В тот момент, когда я подносил перстень к нагретой смоле, земля под ногами дрогнула. Откуда-то из-за казарм донёсся оглушительный треск, а мгновение спустя в небо ударила струя оранжевого огня. Исполинский столб прорезал сгустившуюся темноту и спустя мгновение исчез где-то за облаками.