Во славу Светлого Ордена (СИ) - Смородинский Георгий Георгиевич - Страница 70

Шла и молила Свет, как тогда — двадцать оборотов назад… Чтобы дал сил и позволил умереть не напрасно… отомстить этой гадине за себя и умирающих рядом ребят…

Очевидно, почувствовав что-то неладное, тварь впереди оскалилась. Глаза чудовища вспыхнули оранжевым светом, и в этот миг перед внутренним взором умирающей женщины появились очертания ярко-белой Печати. В следующий миг у Асты заледенело плечо, мантия сильно сдавила грудь, и холод проник в каждую клеточку ее тела. Боль тут же отступила, и перед глазами стало темно…

Сиди там, Лиска! И не высовывайся! Пожалуйста…

Это были последние слова папы.

Она не послушалась… Смотрела сверху и видела, как его убили чудовища. И маму тоже они убили на дороге. И всех коней. И кузнеца Рода, и дядьку Грава, который всегда улыбался и угощал ее медовыми сотами.

Кузнец с дядькой задержали чудовищ в воротах, папа забежал в дом, закинул ее на чердак и сломал лестницу заклинанием. Потом убил трёх чудовищ, а другие убили его. Они убили всех. И она тоже умрет. Светлый бог никому не помог. Зря на него так надеялись…

Захлебываясь слезами и вздрагивая от звуков внизу, Аста прошла по неровным доскам к зарешеченному чердачному окну и, привстав на цыпочки, выглянула наружу. Ноги дрожали, и, чтобы увидеть, что твориться внизу, ей пришлось вцепиться ладонями в нижнюю доску.

Оглядев двор, девочка зажмурилась и заскулила от ужаса. Два десятка чудовищ возле ворот жрали мертвого Рода и дядьку Грава. Папу, наверное, тоже жрут те, что ревут там внизу. И маму, и лошадей, и всех, кто сегодня погиб. Только одну ее не съедят, чудовищам сюда не залезть. Она просто умрет, ведь отсюда не выбраться. Чудовища теперь везде: и в доме, и во дворе. Да даже если они и уйдут — вниз не спрыгнуть. Лестницу папа сломал, а во двор на кучу соломы — не получится. Единственное окно на чердаке закрыто деревянной решеткой от птиц.

Всхлипнув, Аста села под окном, обхватила ладонями ноги и крепко зажмурилась. Тело тряслось, щеки были мокрыми от текущих слез, но смотреть не хотелось. Лучше так… Словно спишь, а проснешься и все плохое уйдет. Все будут живы…

Внизу постоянно кто-то ревел и рычал. Гремела мебель, что-то падало, и оттуда тянуло горелым. Хозяева убежали и забыли погасить огонь в очаге. Их, наверное, тоже убили. Чудовища везде. Они убили всех, и ей уже никто не поможет.

Папа и мама говорили, что Отрис очень сильный, что он придет и всех защитит. Нужно просто верить, что он придет… Но он не пришел, не спас… Еще папа говорил, что его дочь тоже должна быть сильной, но она маленькая, и ей очень страшно.

Внизу что-то загрохотало, гарью потянуло сильнее. Аста вздрогнула всем телом и, обвела взглядом темный чердак. Если бы не папа, они бы все погибли там, на дороге. Он был очень сильный, но это не помогло. Чудовища убили его… Проклятые твари!

Если бы у нее на плече проснулся образ Печати, она бы отомстила им всем! Погибла бы тоже, но отомстила! Светлый бог не пришел и никого не спас, но, может быть, он услышит и даст ей хотя бы немного Силы? На один раз, чтобы она умерла так же, как папа и мама…

Всхлипнув, Аста вытерла рукавом слезы и, сложив перед грудью ладони, снова прикрыла глаза. Она не знала специальной молитвы. Просто просила Светлого бога о том, чтобы все эти твари внизу подохли. Если он занят, и не хочет прийти, то пусть даст ей немного своей Силы. Она сделает все сама.

Внезапно Аста услышала лошадиное ржание, и какой-то мужчина прокричал:

— Лерик! Давай на ту сторону! Никто не должен уйти!

В следующий миг с улицы донеслись звуки ударов, рев тварей, лязг железа и топот копыт. Девочка вскочила на ноги, выглянула в окно и задержала дыхание. Во дворе дома конные рыцари рубили мечами чудовищ. Из тех тварей, что жрали Рода и дядьку Грава, пять уже корчились на земле, остальные разбегались в разные стороны. Во двор въезжали все новые рыцари, и прямо из седел стреляли по чудовищам из самострелов. Светлый бог все-таки услышал ее мольбу…

— С-спасите… меня! — крикнула Аста через решетку. — С-спасите, пожалуйста!

Голос сорвался, из глаз брызнули слезы, а в следующий миг девочка услышала шум у себя за спиной. Обернулась и, прижавшись к стене, похолодела от ужаса. Из нижнего зала вверх пробивались языки алого пламени. Чудовища, очевидно, разворошили очаг, и теперь ей уже точно не выбраться. Впрочем, ужас тут же прошел. Светлый бог услышал и отомстил за родителей, а она скоро отправится к ним.

— Там ребенок на чердаке! Вроде девочка, — прокричал кто-то на улице.

— Да, я слышал, — тут же ответил невидимый собеседник. — Арчи, держи поводья и смотри за конем.

— Командор! Фарис! Ты куда⁈ Там же горит…

На улице еще что-то кричали, но она уже не слушала. Из нижнего зала послышался тяжелый удар, пол под ногами дрогнул и над его краем показалась морда одного из чудовищ. Голый слегка приплюснутый череп, оранжевые глаза и торчащие в разные стороны уши. Одна из тех тварей, что убили маму и папу, услышала ее крик и смогла допрыгнуть до края чердака. Ну и пусть! От огня и рыцарей ей все равно уже не уйти!

Заметив стоящую возле окна девочку, чудовище взревело и рывком вылезло на чердак. Вскочило на ноги, громко хлопнув по полу лапами, яростно оскалилось и бросилось на нее.

В этот миг перед глазами у Асты вспыхнул ярко-белый пятиугольник, правое плечо заледенело, и она как завороженная шагнула навстречу атакующей твари. Двигаясь, словно во сне, девочка вскинула правую руку, и с ее ладони сорвался сияющий росчерк. Яркая вспышка осветила чердак, сгусток света угодил в оскаленную морду чудовища и снес половину уродливой головы. Рев захлебнулся, мертвая тварь рухнула на доски, два раза дернулась и затихла.

Испуганно отшатнувшись и вскрикнув, Аста с ужасом посмотрела на обезображенный труп, прикрыла ладонями рот и зажмурилась. Внизу тем временем разгорался пожар, дышать становилось все труднее из-за дыма и гари, но она стояла, мелко дрожала и боялась пошевелиться.

Она не знала, сколько прошло времени, но в какой-то момент внизу загромыхали шаги, лязгнуло железо, в стену снова кто-то ударился. Слабо понимая, что происходит, Аста открыла глаза и увидела рыцаря. В светлых доспехах и шлеме… Он шел к ней, а за его спиной разгорался пожар. Светлый бог услышал ее и пришел… Он все же услышал…

Она хотела поздороваться, но не смогла. Слова застряли в горле. Впрочем, ничего говорить не понадобилось. Скользнув взглядом по трупу чудовища, рыцарь вырвал решетку, затем подхватил ее на руки и, выбравшись из окна, прыгнул в кучу соломы.

Реальность обрушилась на нее ледяным водопадом эфира. Тварь в десяти шагах впереди, два оранжевых жгута, боль и безумная ярость. Да, обучение порой бывает жестоким, но без этого, похоже, было нельзя. Ведь для того, чтобы шагнуть вперед, нужно вспомнить, почему ты со Светом!

Сбив Щитом оба оранжевых заклинания, Аста шагнула вперед и выбросила левую руку. Ладонь на мгновение вспыхнула, и яркий искрящийся Диск разрубил тело чудовища пополам. Оранжевые глаза твари погасли, куски трупа упали на камни брусчатки, в ноздри плеснуло запахом серы.

Остановившись и уняв дыхание, кирия зло усмехнулась и стиснула зубы, пережидая уходящую боль. Нет, эта тварь еще не подохла окончательно, но теперь она знает, что происходит, и может все это закончить. Свет ее научил…

Все еще не отойдя от видения, Аста опустила меч и вдруг поняла, что на площади тихо. Спохватившись, резко повернулась налево, сделала шаг и замерла. Слова застряли в горле. Да и какие тут к бесу слова… Думала, что видение длилось недолго, но она ошибалась…

Бой на площади закончился. На брусчатке, лежали трупы полутора десятков «волков» и девятерых телохранителей Снори. С проломленными щитами, в измятых доспехах, в лужах собственной и чужой крови. Два с половиной десятка бойцов… На ногах остался один только Сайх.